Шифр Чжэна / The Zheng Cipher (рассказ)

Материал из Warpopedia

wiki.warpfrog.wtf

Альфа-6-Фриест обернулась и выстрелила в гормагаунта, бросившегося на неё из гущи боя. Радиевый карабин в её руках дёрнулся от отдачи, и облучённая пуля вонзилась в череп чужака, опаляя хитин дочерна, а затем прошла навылет. Тело ещё падало, а альфа уже разворачивалась вновь, не прекращая стрелять и зная, что её датчики-целеуказатели направят пули туда, куда угодно Омниссии. Пока усовершенствованные ноги двигались, плавно переходя из одной позы для ведения огня в другую, она оценила расположение скитариев, вычислила эффективность исполняемого огневого решения и нашла её недостаточной. Фриест-6 отступила на шаг, уклоняясь от когтей-кос, и впечатала приклад карабина в клыкастую пасть завывающей твари. По нагруднику альфы застучали осколки разбитого черепа гормагаунта, а она уже определяла следующую цель. Радиевый карабин скользнул вдоль пальцев, одно привычное движение запястьями вернуло его в подходящее для стрельбы положение.

<Сомкнуть ряды> – отправила Фриест-6 мысль, разошедшуюся в виде импульса по нейронной сети, которая объединяла скитариев в боевую манипулу. Ответом стали не подтверждения, а действия. Воины Бога-Машины сходились всё ближе, собираясь в фалангу. Выстрелы шипящих и рявкающих радиевых карабинов оставляли курящиеся дыры в живом приливе хитина, что пытался захлестнуть когорту скитариев авангарда.

<Опасность слева, Дулак-10> – подумала альфа, отправив предупреждение одному из своих воинов. На него бросился ксенос со слишком большим количеством рук и когтей, размахивая костяными клинками и кнутами из вонючей плоти. Рад-пехотинец обернулся и выпустил очередь в вырвавшегося из толпы меньших тварей воина-тиранида, стреляя вновь и вновь, пока чужак не пошатнулся, а затем рухнул. Его разъедаемое гибельными энергиями тело содрогалось и исходило паром. Вычурные радиевые карабины, служившие снаряжением скитариев, были настоящими шедеврами оружейного мастерства, созданными за целые поколения до рождения своих носителей. Однако за этой красотой скрывалось жуткое предназначение стволов, каждый выстрел из которых омывал место попадания смертоносным излучением, после чего земля становилась такой же непригодной для жизни, как радиоактивные пустоши самого Марса.

Конечно, Котир-8 и так нельзя было назвать приятным краем. Когда-то обыкновенная шахтёрская планета, теперь она превратилась в пустошь, кишащую ксеносами, которые истребляли всё живое. Полчища свирепых органических чудовищ затопили скалистые ущелья и покрытые снегом кряжи Котира. Когда-то на нём построили двести шестьдесят три горнодобывающих станции, но вскоре не останется ни одной. Гибель планеты была столь же неизбежной, как процессы ржавления и энтропийный распад...

База, цель скитариев, вздымалась за ордой копошащихся тварей наподобие холма из металла и камня. Её возвели с расчётом на то, чтобы выдержать самые жуткие погодные условия, которые можно было представить в Галактике, выдержать и защитить от них шахтёров. Было видно, как разворачиваются пластальные платформы, как установленные на них орудия осыпают окружающую станцию местность огнём автопушек и изрыгают очищающее пламя. Однако даже такой яростный обстрел мог лишь задержать взбешённых ксеносов, что накатывали на стены подобно бушующему морю из хитина и ихора. Вскоре орудия умолкнут. Опустеют склады боеприпасов, закончится горючее в бочках. Бронированные двери прогнутся под напором и падут, как уже пали двести шестьдесят два раза.

Необходимо было действовать быстро, чтобы спасти от поглощения свирепыми ксеносами бесценную находку, хранящуюся на станции. Ради неё Фриест-6 и её боевую манипулу отправили на планету с приказом пробиться к последнему оплоту через пустынные равнины и скалистые горы от места высадки у одной из разрушенных баз.

Альфа помнила, как содрогался во время снижения орбитальный челнок, теряя части обшивки и пикируя через созданные безумием ксеносов клубящиеся облака. Едва они вошли в верхние слои атмосферы, как на судно набросились летающие биоморфы, гаргульи, харриданы и ещё более жуткие твари пытались разорвать его на части. Во время адской высадки она потеряла двух скитариев: чудовищные создания разорвали их страховочные ремни щупальцами и улетели в кишащее ужасами небо, сжимая ещё пытавшихся сражаться воинов в лапах. Во время пути другие утонули в потоках извергнутой чужаками желчи, ксеносы обрушивались на людей смертельным вихрем когтей и клыков, вырывали скитариев из строя, а затем раздирали на части. Но авангард, непоколебимый, словно воля самого Омниссии, продолжал наступать. И теперь, когда они уже видели свою цель, Фриест-6 не собиралась останавливаться.

Альфа отдала приказ ближайшим воинам боевой манипулы, и они развернули свои карабины, встав рядом с ней огневой цепью. Скитарии выстрелили как один, пробив брешь в неистовой орде. Над стаями прыгающих и бегущих гормагаунтов возвышались ещё два многоруких воина, шагавших к служителям Бога-Машины.

<Джуд-9, устрани синаптических зверей> – спустя мгновение после приказа раздался вой выстрела. Длинноствольное ружьё было высокоточным оружием, поэтому для максимально эффективного ведения огня требовались верная рука, зоркий взгляд и собранность. Благодаря дивным благословениям Омниссии Джуд-9 обладал всем необходимым. Воин-тиранид пошатнулся от удара пули в грудь. Завопив, он бросился вперёд, споткнулся и рухнул. Из пасти умирающей твари хлынули чёрная желчь и пена. Последний из синпатических биоморфов перешёл на размашистый бег, так спеша сократить расстояние, что начал разбрасывать столпившихся вокруг него меньших сородичей.

<Альфа, цель покинула оптимальную зону> – сообщил Джуд-9.

<Принято. Исполняю протокол завоевания> – ответила Фриест-6. Откинув повисший на ремнях карабин, она шагнула вперёд, снимая с пояса электродуговую булаву. Щелчок запястья, и оружие пробудилось, соединяясь с альфой, по боевым узлам разошлось чувство родства, а ударный элемент окутался ореолом энергии.

Фриест-6 перешла на быстрый шаг, и обитающий в булаве крошечный, но свирепый машинный дух издал потрескивающий рык предвкушения. Он всегда жаждал боя, подобно тому, как адепты жаждут усовершенствований. Это чувство было прекрасно знакомо и самой альфе, и ей стало приятно при мысли, что она порадовала духа. Плоть не выдерживает противостояния с металлом. Пока что разум улья ещё не осознавал этого, но сегодня она преподаст ему урок, если на то будет воля Омниссии. Фриест-6 замахнулась булавой, шагая к воину-тираниду, и электродуговые генераторы загудели.

Существо уже шаталось, а с его челюстей падала чёрная пена. Даже порождённые флотами-ульями кошмары не могли устоять перед опаляющим дыханием Марса. Всех, кто сталкивался с воинами авангарда на поле боя, ждала смерть, если не от пуль, то просто от их близости. Но чем скорее они устранят узел синаптической сети, тем быстрее разбегутся остальные звери, и тем быстрее альфа и её боевая манипула смогут завершить задание.

Фриест-6 пригнулась, уклоняясь от размашистого удара костяным мечом, и обрушила булаву на открывшееся локтевое сочленение. По конечности пробежал ток, тиранид бросился на врага, завывая от муки. Альфа отступила на шаг, едва избежав лезвия второго меча. Её программы-целеуказатели загудели, определив слабое место в броне. Фриест-6 улыбнулась, поняв, что тварь переоценила себя. Она ринулась вперёд, ударив электродуговой булавой в колено, локоть, и, наконец, в челюсть. Разряды синих молний разорвали хитиновый панцирь на части, а костяные клинки лишь высекли искры из сработанной древними ремесленниками брони, поцарапав её.

Альфа отступила от рухнувшего на колени воина. Зверь захрипел, пытаясь подняться, но Фриест-6 не дала ему такой возможности, прижав дуло карабина к широкой голове, а затем спустила курок. После гибели синаптической твари стаи гормагаунтов почувствовали страх. Без направляющей воли разума улья ими вновь овладели все звериные инстинкты, и ксеносы обратились в бегство.

Фриест-6 знала, что тираниды ещё вернутся, а потому приказала боевой манипуле направится к главным дверям станции. Бойцы не стали ждать, пока их откроют, а просто взорвали створки мельтазарядом. Фриест-6 перешагнула через ещё дымящийся расплавленный металл. Её встретило кольцо автоматов в дрожащих руках бледных и напуганных людей. Выпустив повисший на ремне карабин, альфа отсоединила лицевую пластину шлема, но страх не исчез из глаз мирян.

Фриест-6 не винила их, зная, что лицо у неё такое же бледное, но при этом покрытое шрамами, оставленными облучением и войной. Кожа шелушилась, спадая, словно чешуя, во рту осталось немного зубов. На выбритой почти налысо голове торчали клочья волос, сухих как красные пески. . Глаза альфе заменяли похожие на очки импланаты, покрытые благословенными мазями. Они постоянно жужжали и колебались, записывая данные, которые впоследствии поступали её хозяину, оставшемуся на орбите. К счастью, её дёсна больше не кровоточили, а старые ожоги на шее и щеках давно уже не болели.

– Облучатели... – прошептал кто-то.

– Где ваш адепт? – прохрипела Фриест-6, прокашлялась, и спросила вновь. Она уже много месяцев не говорила вслух, ведь нейронная связь была более быстрой и не нагружала голосовые связки, опалённые радиационными бурями Марса. Альфа щёлкнула пальцами. – Ваш адепт.

– Здесь! Я здесь! – крикнул одетый в грязную мантию Администратума человек, проталкиваясь через кольцо автоматов. Он был бледным как червь и лысым, его глаза воспалились, а вокруг челюсти росла щетина. – Адепт Суж, к вашим услугам...?

– Альфа авангарда Фриест-6, – ответила воительница-машина, повесив шлем на пояс и обернулась к своим воинам. – Джуд-9, Хест-4, займите позиции для обороны. Удо-12, отбери четырёх скитариев и следуй за мной. Дулак-10, прими командование остальными и организуй защитное оцепление вокруг погрузочной площадки. Настройте хронометры на расписание эпсилон, – она снова посмотрела на Сужа. – Шифр, адепт. Он в безопасности?

– Что? О! Да, да, конечно, – запнувшись, спешно ответил Суж, глядевший на неё, вероятно, с завороженным ужасом. Немногие видели воинов авангарда вне казарм, и ещё меньше людей хотели бы увидеть таких скитариев. Одно лишь их присутствие несло гибель неулучшенным или незащищённым, ведь даже одежда и доспехи воинов пропитались смертоносными энергиями оружия, используемого во имя Омниссии, – Наш техножрец хранил его в нефе для наблюдений.

– Отведите меня туда. Немедленно, – приказала альфа. Адепт отрывисто кивнул и быстро пошёл вглубь станции. Альфа последовала за ним, слыша позади тяжёлые шаги других скитариев. Шахтёры пятились от неё. Их осталась лишь горстка, едва ли дюжина. От людей с ввалившимися глазами несло несвежим кофе и препаратами, но оружие они сжимали крепко, почти что с лихорадочной решимостью, и, как заключила альфа с полной уверенностью, были готовы сражаться. Конечно, люди следовали за скитариями на почтительном расстоянии, но так и должно было быть. Это было разумно.

– Я... я подумал, что вас придёт больше, когда получил сообщение, – сказал адепт. На раннем этапе вторжения с планетой была установлена связь, и как только о шифре узнали те, кто смог понять его важность, то отправили корабль к Котиру-8. По воле Омниссии они добрались до цели прежде, чем мир сгинул в щупальцах флота-улья под кодовым обозначением ”Левиафан”.

– Адепт, скажите, а сколько людей находилось до станции до нападения? – спросила альфа. Суж покосился на неё и печально усмехнулся.

– Сто пятьдесят пять, – ответил он. – После высадки ксеносов погибло сто сорок три человека. Продолжение работ на станции стало невозможным, – он не смотрел на скитариев. – Я записал все имена погибших и то, какая их постигла смерть. Каждый исполнял свой долг до конца. Благослови и сохрани их Император.

– Одним из погибших стал ваш техножрец, – заметила Фриест-6.

Это не было вопросом. Суж кивнул и сжал руками бока, ведя её по коридору мимо дребезжащих трубок и бряцающих приборов. Провода свисали с потолка там, где машины отключили от питания, вероятно перенаправив его на защитные системы. Подобное надругательство над творениями Омниссии терзало душу альфы, однако она сочла, что при сложившихся обстоятельствах Бог-Машина будет милосердным. Впереди находились жилые помещения персонала станции, расположенные на трёх этажах друг над другом, словно соты в улье.

– Да, старина Ребос. Именно он опознал шифр. Нечто... похитило его на третий день. Оно убило и других, но тяжелее всего по нам ударила утрата Ребоса, – вздохнул Суж, покачав головой, и провёл по затылку дрожащими пальцами. – Без него единственным ответственным за выживание станции и всех нас остался я, – адепт снова покосился на альфу. – Я так рад, что вы добрались сюда, альфа Фриест-6.

– А я рада, что вы смогли продержаться так долго.

– Лишь милостью Бога-Императора и благодаря Ребосу, – печально ответил Суж. – Именно он настаивал на том, чтобы мы поддерживали орудийные системы в надлежащем порядке, и потребовал, чтобы мы перенаправили энергопитание, – он показал на висящий кабель. – Меня же заботили скорее обыденные дела... – администратор запнулся, но потом с опаской спросил. – Выжили... только мы?

– Да. Котир-8 потерян. Но вы достойно потрудились во имя Императора, и Омниссия благословит вас за ваши заслуги.

– Скорей бы убраться отсюда... – прошептал Суж. В его голосе была нотка истерики, а показания датчиков свидетельствовали об аритмичной работе органов. Фриест-6 могла только догадываться под каким давлением находился адепт. Служителей Администратума готовили к проведению вычислений и хранению записей, но никак не к безжалостной войне на выживание. Однако Бог-Машина счёл должным одарить адепта Сужа толикой необходимых качеств, что позволило ему выдержать такие ужасы, при виде которых другие представители этой касты бы сломались, став обузой. Позволило ему сохранить находку, за которой послали боевую манипулу, и остаться в живых, несмотря на ярость поглощающих планету чужаков.

– Шифр, адепт, – напомнила альфа.

– Он здесь, – Суж привёл её в команду, явно служившую прежде нефом механикумов, лабораторией, где Ребос изучал, синтезировал и каталогизировал обнаруженные во время работы минералы. На столах для экспериментов в беспорядке лежали запчасти археотеха и прочих творений древности, а другие устройства медленно вращались в автоматических сканерах. В углу стоял одетый в мантию сервитор и прилежно записывал показания аналитических приборов. Его сервоперо тихо скребло по пергаменту, выходящему из встроенного в усовершенствованную грудь устройства лишь затем, чтобы упасть на рассыпавшиеся по полу груды документов, которые уже никто никогда не прочтёт.

– Котир-8 был свалкой истории, так его назвал Ребос, свалкой, где за тысячелетия под поверхностью накопилось... всякое. Здесь основывали колонии задолго до Великого крестового похода и спустя века после него. Поселения погибали из-за войн и худших бедствий, но их инфраструктура сохранялась. Под безводной почвой этого мира скрыты целые позабытые ульи, – вздохнул Суж, оглянувшись. – Наши рудовозы находили плиты настила, люки, проводку, которая могла бы протянуться на километры. Мы так и не смогли определить, был ли это корабль или что-то другое. Думаю, теперь и не узнаем, так ведь?

– Да.

Суж подошёл к одному из столов и взял цилиндрическую трубку, покрытую символами Адептус Механикус. Такую старую, что это было очевидно даже без помощи диагностических датчиков. Медь позеленела, а к зубьям украшавших стороны трубки шестерней цеплялись клочья застывшей земли. Альфа с почтением взяла в руки протянутую ей находку, и провела пальцами по символам, представляя вырезавшего их человека. Вероятно внутри находилось послание, запись, возможно закодированная передача. Эти слова были сказаны в забытую эпоху и считались потерянными, но их нашли милостью Бога-Машины. Последние слова магоса Чжэна, эскплоратора, ставшего святым для братства вечной шестерни... Того, кто отправился за пределы Вурдалачьих звёзд и бесследно исчез среди небесной тьмы. Возможно, теперь они узнают, что с ним сталось.

С точки зрения альфы обнаружение этого послания стоило целого мира. Как знать, быть может именно Бог-Машина вновь направил к Котиру-8 исследовательские флотилии, чтобы они могли найти шифр до того, как он будет сгинет навсегда. Проводя пальцами по цилиндру, Фриест-6 ощутила прикосновение воли Омниссии и возрадовалась, что ответственность была возложена на неё. Такой была награда за служение Богу-Машине в полную силу и со всей прилежностью. Оказаться здесь, взять творение Чжэна, чтобы вернуть наследие тем, кто будет вечно хранить его...

– Я счастлива служить, – прошептала альфа.

– Ребос так и не сказал нам, что нашёл, только то, что это невероятная ценность.

Фриест-6 не стала объяснять ничего. Суж бы не понял. Его разум был заключён в клетку из мяса, а не являлся единым целым с хоральными узлами Великого Труда. Глазные имплантанты альфы загудели, высветилось цифровое отображение чертежей станции.

– Посадочный отсек для орбитальных грузовозов... – махнула рукой Фриест-6, – находится здесь? Какова там обстановка?

– В него... в него ещё не проникли... Но проникнут, когда мы откроем створки.

– Они всегда проникают внутрь, – заметила Фриест-6. – В этом предназначение тиранидов, так же как наше – уничтожать их, оставляя лишь протоплазму, из которой они созданы. Вы пройдёте к отсеку вместе с нами. Эвакуационный челнок ждёт нашего сигнала, – она пошла к выходу из лаборатории, бережно прижав к груди шифр.

– Я... да, конечно, – Суж кивнул, отдавая указания другим. Люди без колебаний последовали за адептом, ведущим скитариев. Большая часть занимавшего треть станции отсека приходилась на лязгающие конвейеры, где трудились сервиторы-сортировщики, теперь толкавшие, разделявшие и направлявшие лишь воздух. Руда уже давно перестала поступать из широких скатов на внутренней стене.

Из треснувших труб шёл пар, а в тёмных уголках ворчливо стучали клапаны. У станции был собственный примитивный дух, как и у всех сложных машин, больших или малых, и этот разум чувствовал, что смерть близко. Устройства сигнализации то выли, то умолкали, поя скорбную песнь, а от меланхоличных всплесков энергии нечистые электроплиты выгорали, отчего в воздухе повис маслянистый дым и пахло обожжённым металлом.

Фриест-6 безмолвно вознесла молитву о прощении, надеясь, что станция её поймёт. Все творения исполняли своё предназначение по воле Омниссии. Скитарии шли к пятиугольной посадочной платформе, где в лучшие времена садились субоорбитальные грузовозы, чтобы забрать необагощённые руды. Затем они улетали прочь, неся будущий прометиум к огромным очистительным городам-заводам, прежде украшавшим экватор планеты. Альфа услышала свист, предупреждающий о приближении челнока, и приказала скитариям открыть ангар. Над ними словно застонало небо, когда начали расходиться широкие створки из фрактальных плит радупорной пластстали. Внутрь прыгнули вопящие от голода тираниды, рискнувшие воспользоваться возможностью, но спустя считанные секунды выстрелы скитариев очистили платформу от ксенозверей.

Аванпост содрогнулся, сирены завыли громче, чем прежде. Судя по отзвукам характерного шипящего треска выстрелов из радиевого джезайла, внешняя линия обороны была прорвана.

<Джуд-9, докладывай>

<Враг начал выполнение протоколов нападения. Замечены штурмовые биоморфы. Приказы?>

Штурмовые биоморфы. Это значило, что прибыло нечто крупнее гормагаунтов или синаптических зверей.

<Удерживайте позиции. Продолжайте анализ боя> – отправила альфа. Фриест-6 не стала говорить "пока сможете", но в этом не было нужды. Затем, после недолгого молчания, она добавила. – <Да направит тебя Омниссия, Джуд-9>

<Приказ принят, альфа. И... спасибо>

Она отключила связь, не ответив, и увидела, как Дулак-10 и остальные заходят в ангар. Начали действовать протоколы обороны, и все скитарии знали, как следует действовать. Они закрыли двери отсека за собой и запечатали их. Среди воинов не было Джуда-9 и Хеста-4. Кто-то должен был остаться и задержать тиранидов, до завершения эвакуации.

Фриест-6 не испытывала чувства вины. Жертва была необходимой, и каждый воин авангарда был всегда готов её принести. Смерть была постоянным спутником скитариев, она окружала их повсюду, таясь даже в самом воздухе. Все запчасти были необходимы для работы машины, каков бы ни был их срок годности, пусть некоторые из них и изнашивались быстрее, чем другие... Джуд-9 знал это. Шестерёнки не жалуются. Альфа подняла карабин и проверила патроны.

Над платформой повис челнок, опускавшийся на колоннах из раскалённого воздуха и прометиума под гул двигателей. Его противовоздушные орудия шипели, остывая, на пол падали клочья горящего мяса. Судно было небольшим по меркам челноков, в нём едва хватило бы места для горстки пассажиров и экипажа из специальных сервиторов.

– При... прибудет ли более крупный корабль? – моргнул Суж, глядя на челнок.

– Нет, – ответила Фриест-6, не глядя на него.

– Но ты сказала... сказала, что прибыла для эвакуации! – адепт заговорил громче, его подопечные начали перешёптываться между собой. Пока что им придавала сил надежда на выживание, на спасение. Кто знает как они поведут себя, лишившись её? Но Фриест-6 не стала обманывать Сужа. Ложь – удел плоти. Машина же даёт только ослепительную истину даже тогда, когда та приносит страдания.

– Иногда люди умирают, но продолжают жить, если плоды их работы становятся частью великого труда, – сказала альфа, всё ещё не глядя на адепта.

– Я не... – Суж потряс головой.

– Мы должны пережить настоящее, чтобы великий труд продолжили те, кто придут на смену нам, – продолжила Фриест-6, повернувшись к администратору. – Таковы слова техномагоса Моджаро, сказанные им в час Ксенаритского Раскола. Мы – не плоть, адепт, а шестерни Бога-Машины, вращающиеся по воле Омниссии, – последние слова она сказала голосом, ставшим почти мягким. – Иногда ради блага всего механизма нужно заменять износившиеся детали.

Суж уставился на неё, не понимая, а затем его глаза расширились.

– Вы пришли сюда не для того, чтобы спасти нас, – сказал адепт охрипшим голосом.

– Спасти, но не вас, – альфа показала на шифр, склонив голову на бок

Адепт побледнел, что казалось невозможным при его и без того светлой коже. Датчики Фриест-6 засекли падение артериального давления, и она шагнула вперёд, чтобы успокоить Сужа. Тот попытался оттолкнуть её, но лишь ушиб руку, и попятился, сжимая пострадавшую конечность.

– Вы позволите им убить нас всех, – зашипел он, задыхаясь от потрясения.

– Нет. Вы можете сражаться, если хотите. Выживание маловероятно, но возможно, – ответила альфа. Её датчики засекли скачок адреналина. Фриест-6 взглянула на его лицо, отметив участившееся дыхание, расширение зрачков и подкожную дрожь мускулов. Альфа потянулась к нему за мгновение до того, как Суж попытался выхватить оружие. Фриест-6 схватила его за запястье и надавила.

Треснули кости, адепт завопил от боли. На мгновение альфа почувствовала сожаление, ведь остальные выжившие шахтёры отреагировали на это с предсказуемой враждебностью. Они успели лишь вскинуть автоматы прежде, чем погибли от радиоактивных пуль. Спустя считанные секунды от людей осталось лишь инертное вещество. От всех, кроме Сужа. Альфа повернулась к адепту.

Всё ещё зажатый её рукой словно тисками администратор упал на колени и проклинал скитариев, молотя по её корпусу свободной рукой.

– Адепт, ты не пережил бы встречу с нами. Ты бы погиб либо от когтей тиранидов, либо от медленного разрушения тканей радиацией, являющейся нашим благословением и бременем. Упокойся с миром, зная, что твоё имя сохранится в записях о произошедших событиях, – она взяла его за голову. – И машина уцелеет.

Затем одним резким рывком Фриест-6 сломала ему шею, радуясь том, что могла проявить хоть немного милосердия, ведь Суж служил преданно и достойно.

Сирены умолкли. Альфа посмотрела на двери и вздрогнула, ощущая, как рвётся нейронная сеть, связывающая её с воинами манипулы. Через раздираемые нити она почувствовала смерть Джуда-9. Его омывал жар, поглощавший органические соединения, мозг кипел в оболочке из кости и металла. Последняя мысль скитария соприкоснулась с разумом альфы, а затем опустился саван помех.

– Совсем как дыхание Марса... – прошептала она. В Джуде-9 всегда было что-то от поэта.

Фриест-6 повернулась к тяжёлым ангарным дверям. что-то ударило по металлу, отчего тот треснул и начал прогибаться.

<Отступаем к посадочной платформе. Удерживайте позиции. Протокол обороны> – альфа бежала по лестнице так быстро, что мантия едва не путалась в ногах. Зашипели невидимые пневматические механизмы, и бок челнока начал открываться, словно металлический цветок. Наружу вырвалось облако благовоний, возвещающее прибытие вышедшего ей навстречу творения. Это был радупорный сервитор, чья голова заканчивалась сразу над нижней челюстью. Сверху был установлен голографический проектор и трубки-кадила, выпускающие в воздух облака обеззараживающих и стерилизующих благовоний. Едва сервитор вышел на платформу, как перед ним возникло нечеловеческое лицо техномагоса, руководившего всей операцией.

– Докладывайте, – приказал он.

Без лишних слов Фриест-6 протянула ему шифр в защитной оболочке. Голографические глазные устройства техномагоса закружились и защёлкали, фокусируясь на находке. Из громкоговорителей сервитора раздался скрипящий звук, и машина протянула тяжёлый коготь. Альфа отдала шифр, и сервитор убрал её в специально приготовленный отдел бронированного корпуса, в котором кладезь знаний уцелеет, даже если несущего его механического слугу выбросит в безвоздушное пространство.

– Наконец-то, – прохрипел техномагос... – Это же последний шифр магоса Арктура Чжэна, написанный перед его исчезновением за пределами Вурдалачьих Звёзд. О, какие в нём должны таиться знания, какие тайны... – глазные устройства вновь закружились и защёлкали, сфокусировавшись на отмеченном радиацией лице. – Хорошая работа, Альфа-6-Фриест.

– Благодарю, архимагос Вуль, – альфа окинула взглядом транспорт. Небольшой, но крупный, достаточно, чтобы вместить её и нескольких уцелевших скитариев. Сквозь открытые створки она посмотрела на небо. Оно кишело аэроморфами тиранидов, клубились облака, потрескивающими от отвратительных пурпурных разрядов биоэлектричества. – Какова вероятность проведения полной эвакуации?

– Ноль, – просто ответил Вуль.

Фриест-6 закрыла глаза, но лишь на мгновение, а затем бесстрастно ответила, что поняла.

– Твой уровень излучения неприемлемо высок, Альфа-6-Фриест. При дальнейшем нахождении рядом с шифром это может привести к его повреждению.

– Объяснения излишни, архимагос, – ответила альфа. Она опустила на голову шлем, закрепив его щелчком пальцев. – Шестерёнки не жалуются, а продолжают вращаться. Я прошу вас лишь помолиться о нас.

Долгие мгновения Вуль молчал. Затем сервитор поднял руку, словно её потянул за нить кукловод, находящийся в миллионах километров над умирающим миром. Коготь дёрнулся в миллиметрах от руки Фриест-6, а затем опустился.

– Благослови тебя Омниссия, дочь машины, – сказал архимагос, и голограмма погасла. Сервитор тяжело зашагал обратно к челноку. Двери ангара взорвались, створки покатились по полу, высекая искры. Внутрь потоком хлынули ксенотвари, возглавляемые рычащим чудовищем – карнифексом, чей панцирь покрывали радиационные ожоги. Громадный зверь взревел от ярости, и земля содрогнулась.

– Омниссия направь и сохрани всех вас, – сказала Фриест-6, вскидывая карабин. – Помолимся же о наших братьях, ещё не исполнивших свой долг перед Богом-Машиной. Сегодня тяжкую ношу снимут с нас, когда мы исполним своё предназначение, но они продолжат служить.

– Помолимся, – прошептали все скитарии манипулы как один.

Карнифекс бежал по ступеням, изрыгая плазму из распахнутой пасти, за ним мчались гормагаунты, а за ними – ещё худшие твари. На скитариев надвигалась волна нечистых творений, потоп из мяса. Плоть не выдерживает противостояния с металлом, но может забить шестерни. Лишь забить, а не поглотить. Альфа погладила карабин, гадая, сколько времени он пролежит здесь, пока его не заберут для новых воинов служители Бога-Машины.

"Прости меня, старый друг", – подумала она, начав стрелять вместе с остальными скитариями. – "Будь терпелив, ведь за тобой вернутся, и ты вновь запоёшь похоронную песнь Марса на полях сражений..."

Радиевый карабин содрогнулся в её руках, словно откликаясь на меланхолию. Карнифекс поднялся на вершину платформы. Погиб скитарий, разорванный на части когтями, другого испарил разряд кипящей плазмы. Фриест-6 подняла электродуговую булаву и шагнула навстречу чудовищу через горящие останки. Позади ревели двигатели поднимающегося челнока. Её задача была выполнена. Альфа исполнила предназначение, завершив все подпрограммы.

Карнифекс навис над ней. Бледная плоть твари уже вздувалась и чернела от близости к скитариям. Зверь распахнул пасть, и альфа увидела, как из его горла вырывается раскалённое вещество. Ударяя электродуговой булавой по черепу тиранида, Фриест-6 улыбнулась, чувствуя, как волна жара поглощает остатки её плоти. Джуд-9 был прав.

Совсем как ласковое дыхание Марса...

Книга загружена из Warpopedia - Гильдии Переводчиков Warhammer & Warhammer 40,000

wiki.warpfrog.wtf