Ловец Дьяволов / Devilhunter (рассказ)

Перевод из WARPFROG

wiki.warpfrog.wtf

I

Большую часть взрослой жизни Мейсон провёл, наблюдая за тем, как умирают т`ау. В сущности, многих из них он убил сам, защищая свой родной мир Андар-Прайм от благожелательного вмешательства, которое сильно походило на вторжение.

Когда т`ау в конце концов сокрушили силы Императора и в полной мере обратили внимание на отдалённые поселения Андара-Прайм, Мейсон успел перебить множество из них, прежде чем его захватили в плен. Он был всецело намерен отдать жизнь, защищая жену и сына от безбожных ксеносов, однако ему предоставили выбор: присоединиться к так называемому «Высшему Благу» и получить долю его щедрот, или же предстать перед возмездием за пролитую им голубую кровь.

Поскольку выбор на самом деле выбором не являлся, он пообещал т`ау свои услуги в обмен на безопасность его семьи.

Несмотря на то, как много т`ау умерло у него на глазах в глуши, он никогда не видел, чтобы столько умирало так быстро или так жутко, до того, как его прикрепили к Ловцу Дьяволов.

Шас`вре Такке, герою Нафки. Убийце тиранидов.

За свою бытность гуэ`веса Мейсон быстро усвоил, что т`ау любят свои титулы до такой степени, что каждый третий-четвёртый командир, о каком он слышал, именовал себя каким-нибудь претенциозным оперативным псевдонимом вроде «Тень Солнца» или «Зоркий Взгляд». Что же до Такки, то старый т`ау не слишком наслаждался этим, как некоторые. Мейсон подозревал, что причина коренилась скорее в присущем расе т`ау стремлении выглядеть непритязательно, нежели в искренней скромности этого вида.

Ловец Дьяволов расхаживал по десантному кораблю, мчавшемуся над джунглями О`Таш`Вара. Его пёстрая броня была покрыта щербинами и рубцами. В ножнах у него за спиной лежал длинный меч, а возле плеча, словно верная гончая, следовал не менее потрёпанный дрон под названием XV-7. Такка держал свою ионную винтовку руками в перчатках так же, как дикий охотник сжимает копьё.

– Шас`ла, у меня хорошие известия с фронта! – свирепо провозгласил Такка. – Рой и`хэ остаётся заблокирован около туманности Ундамы, благодаря нашим братьям из касты воздуха!

Это заявление встретили ликованием все, кроме странного крута, ещё одного в длинном ряду специалистов, которых Такка задействовал для своих охот.

– «Мстящий меч» славно поохотился в небесах О`Таш`Вара, истребляя мерзкие капсулы лазутчиков и`хэ!

Снова ликующие крики. Последняя порция хороших новостей перед плохими, предположил Мейсон.

– Это значит, что, насколько нам известно, всего одна капсула проскользнула через нашу блокаду и достигла поверхности О`Таш`Вара.

И мы, вероятно, уже опоздали.

– Соответственно, наша задача остаётся без изменений, – рыкнул Такка. – Мы выясним, пережил ли падение кто-то из породы чужих, и если да, то выследим их и заставим пожалеть об этом.

Пока он не связался с остальным флотом тиранидов, в случае чего вся эта система обречена.

Отряд ответил очередным одобрительным криком. Мейсон закатил глаза. Они скандировали: «Ловец Дьяволов, Ловец Дьяволов!». Это была неплохая речь, но он слышал её уже достаточно раз, чтобы она утратила свой блеск.

Всё равно вы все умрёте.

Завершив своё триумфальное выступление, Такка подошёл и сел рядом с ним. Мейсон сконцентрировался на своём инфопланшете, проверяя и перепроверяя комплект охотничьего снаряжения, хранившийся в брюхе «Косатки». Это помогало отвлечься от маслянистого запаха т`ау. Работая, он рассеянно поиграл чётками, которые ему сплела Анна, но решил не произносить молитву Императору.

Т`ау ненавидели молитвы.

– Всё ещё думаю, что Л`июну следовало застеклить всю эту проклятую зону высадки, – проворчал Мейсон, обращаясь преимущественно к самому себе.

Такка насупился, и его покрытое шрамами сальное лицо напряглось в хмурой гримасе.

– Как ты знаешь, это решать Кор`о Л`июну, – напомнил Ловец Дьяволов.

– Знаю, знаю, будь оно всё проклято, – буркнул Мейсон. – Я понимаю, как работает Высшее Благо. Шас`вре.

Титул ксеноса казался склизким, словно протухший кусок пищи, который хотелось выплюнуть.

На другом конце «Косатки» странный крут многозначительно наклонил голову.

– Больной, – клекотнул он ни к селу, ни к городу.

Мейсон оглядел отвратительного ксеноса. У того было широкое телосложение и твёрдые мускулы, а кожистая шкура имела необычно светлый оттенок для крута. На покатом лбу выдавались хитиновые выступы.

– Больной, – повторил он, указывая куда-то по курсу «Косатки». – Больной слышит их там. Больной слышит это внизу, – проскрипел он, показав на потолок и пол десантного корабля соответственно. – Как черви. Ползают. Оно живое, Ловец Дьяволов. Больной найдёт его.

– Что с ним не так? – спросил Мейсон. Такка метнул на него укоризненный взгляд.

– Ты же понимаешь, что наш брат слышит тебя, гуэ`веса? – отозвался Ловец Дьяволов, демонстративно называя его ранг.

Мейсон пожал плечами. Ему было всё равно, а от раздражения командира как будто становилось легче.

– Слыхал, что он сожрал тиранида.

Глаза Ловца Дьяволов сузились. Мейсон осознал, что перегнул.

– Где ты слышал подобную чушь?

Охотник сделал неопределённый, хотя и куда менее легкомысленный жест в направлении воинов огня на борту «Косатки». Он не помнил, от кого из них услышал это, равно как и не удосужился выучить имена кого-либо из отделения.

Ловец Дьяволов наклонился поближе, и его сухой, жёсткий голос упал до угрожающего шёпота:

– Я запрещаю тебе повторять подобное кощунство. Формирователи запрещают своему роду питаться и`хэ под страхом изгнания. Говорить, будто Больной поступил так, является серьёзным оскорблением, которого я не потерплю. Ты понимаешь меня, гуэ`веса?

Мейсон кивнул. Должно быть, Такка воспринял это как извинение, пусть даже дело обстояло не так: ему просто хотелось закончить разговор. Ловец Дьяволов медленно отодвинулся, не меняя хмурого выражения лица. Мейсон перестал задерживать дыхание.

Крут подался вперёд на своём аварийном кресле.

– Бооольнооой, – протянул он. Его жёлтые глаза были широко раскрыты и не мигали. Мейсон не был уверен, но ему показалось, будто он увидел скопления зубов, пробивавшихся внутри клюва.

II

– Дроны завершили сканирование, шас`вре! – окликнул пилот из кабины. – Мы обнаружили капсулу и`хэ!

В тело Мейсона впилось ощущение торможения – двигатели «Косатки» перешли с тяги на зависание. Плазменные двигатели взревели, и десантный корабль выровнялся, после чего с резким толчком коснулся земли. Кормовой посадочный люк откинулся. Внутрь хлынули анемичный свет и липкий туман, густой и желтушный, но неожиданно холодный.

Рампа ещё не успела коснуться земли, как Такка уже начал охоту.

– За Тау`ва!

Он первым вышел из «Косатки». У его плеча парил XV-7, а прямо по пятам следовали воины огня.

Мейсон так и не понял, что мотивировало этих ксеносов так рьяно бросаться в бой. У людей был Император, а что было у этих созданий? Высшее Благо? Банальности и морализаторство, чтобы изобразить дружелюбное лицо на военной машине чужих, зацикленной на покорении галактики. Мейсон не понимал этого, и ему было всё равно. Значение имело только то, что он мог по собственной воле ждать в безопасном арьергарде, пока остальные ксеносы устремлялись к неведомым опасностям.

Я не сделаю Анну вдовой, а Айрона сиротой, не ради Императора и уж точно не ради Высшего Блага.

Когда периметр обезопасили, Мейсон надел шлем, схватил свою рельсовую винтовку и вышел наружу, в джунгли. Это был уродливый мир. Исковерканные деревья пронизывали шипастые лианы, которые плавно скручивались и разматывались в поисках добычи. Жужжание раздувшихся насекомых было настолько громким, что слышалось поверх шипящих хлопков двигателей «Косатки», работавших на холостом ходу. Луны наверху двигались так быстро, что Мейсон и впрямь видел, как тени медленно ползли по окутанным туманом деревьям. В холодном воздухе пахло серой и гнилью, а ещё там присутствовала совершенно мерзкая вонь, очень хорошо знакомая Мейсону.

Тираниды.

Перед отрядом находилась огромная масса разорванной плоти, повисшая на переплетении сломанных деревьев. Она отчасти напоминала гигантское лопнувшее брюхо, за которым, словно выдранные кишки, волочились сочащиеся влагой щупальца. На горе разлагавшейся плоти чужих успело устроиться плотное облако мух. Мейсон услышал, как несколько т`ау подавляли рвотные позывы под шлемами, но он уже привык к этому смраду.

В воксе шлема раздался голос Ловца Дьяволов, отдававший команды солдатам, пилотам и машинам, за тренировками с которыми они провели последние несколько дней:

– Шас`ла, вести наблюдение, построение Яо`тан.

– Кор`уи, подтвердите, что дрон кор`веса XV-7 подключён к «Мстящему мечу».

– Больной, установи наш курс.

– Провести сканирование капсулы дронами, мне нужно знать, какую биоформу она несла.

– Гуэ`веса, начинай выгружать своё снаряжение.

Впрочем, Мейсон уже и так начал, отрабатывая знакомую процедуру высадки. Такка исключал в своих охотничьих группах всё лишнее, максимально увеличивая скорость погони за добычей. В силу этого у них было провизии всего на две недели и достаточно запасных боеприпасов для нескольких перестрелок. Большую часть грузового трюма занимали его звероловные устройства. Он сконструировал их сам при помощи усовершенствований от запасливых инженеров т`ау. Не имея понятия, на каких тиранидов они охотятся, он взял всевозможные силки, нажимные капканы, давящие клетки и подрывные заряды, способные убить широкий спектр отвратительных ксеносов.

– Гуэ`веса, твой статус?

Мейсон непривычным моргающим движением включил вокс шлема.

– В процессе. Нужно около двадцати минут. Рай`кор. Двадцати рай`кор. – Он помедлил, пытаясь мысленно произвести в голове пересчёт. – Типа того.

– Поторопись. Как только ты разгрузишь «Косатку», она займётся наблюдением, чтобы контролировать наш комплект дронов.

– Я мог бы расставить приоритеты в припасах, если бы знал, на что мы охотимся, – огрызнулся Мейсон. – Шас`вре, – добавил он.

Последовала долгая пауза.

– Сканирование дронами на предмет типа нашей охоты… неоднозначно.

Неоднозначно? Что это значит? Новый тиранид?..

Мейсон повернулся взять очередной ящик и едва не врезался в крута.

Какая-то атавистическая часть его мозга, сообщившая ему, что он находится рядом с опасным хищником, резко ожила, впрыснув в вены горячий адреналин. Стоя прямо, Мейсон сознавал, насколько пернатый ксенос выше и шире него. Тот качнул головой из стороны в сторону, будто птица, разглядывая его сперва одним жёлтым щелевидным глазом, потом другим.

Мейсон провёл достаточно лет, охотясь на рад-волков и желчных медведей в глуши, чтобы знать: нельзя выказывать страха, пусть даже сердце колотилось в груди, и он потел, несмотря на холод.

– Чего тебе? – бросил он.

– Больной чует добычу. Больному хочется… есть, – проскрипел крут низким и булькающим голосом. Его перья встали дыбом, когтистые руки крепче сжали рукоять страшной винтовки с клинком. Он угрожающе шагнул вперёд, беззвучно ступая лапами по болотному суглинку. Рука Мейсона непроизвольно поползла к боевому ножу, поскольку громоздкая рельсовая винтовка была подвешена за плечом.

– Больной, ты взял направление на добычу? – протрещал вокс.

К счастью, команда Такки вывела крута из хищного состояния. Он что-то проклокотал на своём щёлкающем наречии, после чего закрыл глаза. Слегка закачался, словно внимая музыке, которую слышал только он. Внезапно его глаза открылись, клюв издал треск, перья затрепетали. Спокойное забытье существа прошло, оно вдруг вскинуло грубую крутскую винтовку к плечу и стало всматриваться в сумрачные кроны.

– Больной слышит его разум! Чует его! Оно здесь! Оно здесь! – сердито закричал крут.

– Кор`уи, дроны фиксируют аномальные жизненные показатели? – спросил Такка у пилота по воксу.

– Нет, Ловец Дьяволов, – донёсся ответ из передатчика. – Но деревья затрудняют сканирование. Как только я поднимусь над пологом, отправлю их на более широкое прочёсывание.

– Поднять «Косатку» в воздух, сейчас же! – распорядился Такка. Мейсон уловил в голосе Ловца Дьяволов редкий скрытый страх, и, Император свидетель, ему это не понравилось.

– Выхожу на воздушную наблюдательную позицию, шас`вре. Подождите! – услышал он в воксе ответ пилота.

Двигатели «Косатки» ожили со щелчками и треском, устраивая на поляне бурю с рёвом ветра и круговертью глины. Мейсон отбежал от урагана.

– Поднимаюсь на высоту наблюденияааааа!

Голос пилота сменился воплями, а через долю секунды в вокс-сети грянул звук бьющегося стекла.

III

Мейсон отшатнулся от воздушной струи двигателя, задыхаясь и спотыкаясь в дыму. Снизу ему не было видно, кто атаковал кабину «Косатки» – только то, что пилот внутри умирал ужасной смертью.

Ловец Дьяволов уже стоял наготове посередине прогалины, подняв ионную винтовку к плечу, следя за кабиной и заряжая оружие.

– Кха`эло! – кричал он в коммуникатор. – Уи`Кха`эло, что происходит?

В ответ доносился только жуткий влажный звук, с которым пилота разрывали на части.

Внезапно «Косатка» резко вильнула вправо, пропахав деревья джунга. Десантный корабль смялся и завалился вперед, срезав правобортные двигатели. Т`ау среагировали, но недостаточно быстро. Обречённая «Косатка» врезалась в рассредотачивавшихся солдат с мощью метеора. Земля вспучилась, и Мейсон ощутил, как его ботинки оторвались от поверхности.

Стонущий металл. Горящее топливо. Разламывающиеся деревья. Летящие обломки. Кричащие т`ау. Всё это сливалось в ужасающую какофонию. Он упал наземь. Оптика треснула.

Мейсон кое-как поднялся и сорвал с себя разбитый шлем, сплёвывая кровь. Ловец Дьяволов уже был на ногах и выкрикивал приказы. Разбитый остов и пылающие обломки устроили в зоне высадки адскую бурю. От половины т`ау остались только голубые пятна на разорванном брюхе «Косатки». Стрелковый дрон Такки лежал на горящей почве, наполовину разбитый осколками, но каким-то образом сохранив работоспособность. Мейсон схватил свою рельсовую винтовку и нетвёрдо встал рядом с другими т`ау. На краткий миг мрачные джунгли затихли.

А потом т`ау рядом с ним разрезало на уровне пояса.

Это произошло почти что слишком быстро для глаз, но как будто растянулось на целую жизнь: только что солдат стоял, высматривая в лесном пологе угрозы, а в следующий миг его торс отделился от ног и опрокинулся в кровавую кучу внутренностей. Ловец Дьяволов выслеживал нечто такое, что Мейсон не мог увидеть через свой затемняющий фильтр. Он совсем мимолётно заметил, как между деревьев джунга мелькнуло что-то костистое, но оно исчезло в тумане. На краю обзора едва различимо показалась размытая тень, миновавшая т`ау, который умер следующим. Воина разорвали от шеи до паха, прежде чем тот вообще успел набрать воздуха для крика.

– Открыть огонь! – заорал Ловец Дьяволов. – Застрелите его!

Однако уцелевшие шас`ла и так уже стреляли. Возбуждённый треск импульсных винтовок смешался с воплями ужаса. Мейсон начал стрелять, крича от ярости и страха при каждом нажатии на спусковой крючок. Что-то невидимое, недоступное зрению, металось среди трепещущих теней, отбрасываемых пожаром, и искажёнными лунами самого О`Таш`Вара. Все беспорядочно палили, но в насыщенных паром сумерках теней было больше, чем звёзд. Они гибли один за другим, исступлённо поливая импульсными очередями в надежде попасть в зверя.

Во имя Императора…

…я умру.

Краем глаза Мейсон заметил, что Ловец Дьяволов откинул кожух мор`тониевого цилиндра своей ионной винтовки, перегружая летучие ионы иридия контактом с атмосферой. Мейсон не представлял, во что мог целиться Такка, пока не увидел, как тот навёл оружие на немногочисленные ящики с припасами, не уничтоженные при крушении «Косатки», и выстрелил.

Запасы резервных энергоячеек отряда взорвались слепящим огненным шаром, который обратил вечный закат О`Таш`Вара в полуденное солнце Андара-Прайм.

Незримого убийцу, монстра, скользившего в тенях, вдруг стало видно на долю секунды.

– Шас`ла, собраться ко мне! Ко мне! – скомандовал Ловец Дьяволов по воксу. Он включил подсветку и обвёл тень лучом целеуказателя. Сетка с маркерами немедленно передалась на шлемы отряда. – Открыть огонь!

Мейсон занял место на неровном огневом рубеже рядом с уцелевшими т`ау и снова начал стрелять точно, как на параде, превращая выделенный участок леса в почерневшие руины.

Вот только существа там не было.

– Прекратить огонь! – скомандовал Такка. Импульсные винтовки отряда умолкли. Мейсон проверил боезапас своей рельсовой винтовки и, что важнее, энергоячейки. У него при себе было не меньше сотни снарядов с триллиевыми наконечниками, но после уничтожения всех резервных ячеек он вскоре оказался бы вооружён бесполезной дубинкой.

Снова опустилась хрупкая тишина, если не считать треска пламени и хныканья умирающих, которых покидала жизнь.

– Кровь Императора! – выругался Мейсон, нарушив молчание. Он увидел, что т`ау покоробило от воззвания к его прежнему божеству. Ему было плевать. – Что это было?

Ловец Дьяволов пристально посмотрел в тени, щуря глаза. Его руки крепче сжали ионную винтовку, а на обветренном лице заиграла тень улыбки.

– Это, – мрачно произнёс он, убирая за плечо разбитые останки XV-7, – наша добыча.

IV

Мейсон вырос, охотясь на дичь и хищников в глуши Андара-Прайм вместе со своим отцом. Так что, когда т`ау явились на его планету, предавая её огню во имя их «Высшего Блага», он уже был снаряжен для охоты на них.

Первого, скрытного рейнджера, посланного выявить очаги сопротивления в тылу, он убил самолично. Империум бросил дальние поселения, защищая жизненно-важные для мира прометиевые заводы и мануфактории, и Мейсон знал, что помощь не придёт. Поэтому, применяя охотничьи техники, которые узнал от отца, а тот от своего отца, а тот от своего, он заманил рейнджера в хитроумный капкан. Нанопроволока, используемая для опутывания диких гроксов, прорезала ногу ксеноса прямо насквозь. Мейсон следил, как тот истекал кровью, со скрытой позиции, не сделав ни единого выстрела из потрёпанного дальнобойного лазера – заряды он приберёг для трёх других разведчиков, пришедших помочь своему мёртвому другу.

Следующий десяток или около того погиб примерно таким же образом, попадаясь в его ловушки или оказываясь истреблёнными при попытке забрать раненых. Большинство умерло, когда их мерзкие тела пробили лазерные импульсы. Троих он убил своим ножом, перерезав им глотки, пока они спали. Одного пришлось бить по лицу камнем.

Так что Мейсон знал, как охотиться на других хищников. Он занимался этим всю жизнь. В конце концов, именно потому Такка и выбрал его в своё подразделение. Однако также он знал достаточно, чтобы понимать: здесь это он был добычей.

– Больной, ты чувствуешь нашу цель? – спросил Такка у крута уже в десятый раз как будто за столько же минут.

Глаза крута были неестественно расширенными и встревоженными. После побоища у места крушения Мейсон практически не видел, чтобы существо моргало.

– Больной слышит её, – дёргано закудахтал крут, качая головой и щёлкая клювом. – Громче. Запаха больше нет. Добыча не близко. Добыча не далеко.

Какие бы тактические откровения Такка ни черпал из бредней ксеноса, Мейсон их не понимал. Тем не менее, это явно не помогало. После бойни у места высадки прошло больше пятидесяти адских часов. Они приступили к охоте в тот же миг, как смогли собрать оставшиеся припасы, оставив мёртвых червям. С тех пор Ловец Дьяволов уже применил все стратегии, уловки и манёвры, которые они заучивали – от Клешни Дан`оа до Круга Ран – чтобы выследить тварь.

Она не попалась ни в одну ловушку. Если бы не утверждения странного крута, будто он каким-то образом «слышит» и «чует» тиранида, Мейсон поверил бы, что тот на другой стороне планеты.

Сдержав ругательство, Ловец Дьяволов подтянул тактический дисплей у себя на запястье.

– Но ты уверен, что она в этом квадрате?

– Слышу. Не чую, – повторил крут. Словно в этом был какой-то смысл.

Ловец Дьяволов заворчал и снова начал изучать кроны деревьев. Несмотря на отсутствие врага, Мейсон каждые несколько мгновений чувствовал, как волоски у него на загривке вставали дыбом, а тело обдавало холодным потом.

Проклятая тварь тут, просто мы её не видим.

– Поставим лагерь здесь, три дека, – провозгласил по воксу Такка, когда они подошли к мшистому скальному обнажению, которое выступало из подлеска, словно сломанная пястная кость. Густые джунгли давали мало пригодных к обороне позиций, но в неизменных желтушных сумерках это было лучше, чем ничего.

Мейсон стряхнул с плеч свой рюкзак и изнурённо опустился на землю, но так и не выпустил оружие. Он откуда-то знал нутром – как только он это сделает, существо вернётся. Достав из кармана жилета батончик пайка, он разорвал плёнку и стал есть. Вкус смутно напоминал старые грибы, замаринованные в поту. Хотя это было отвратительно, Мейсон умял батончик так, будто это была тушёная гроксовая рулька от Анны. Желудок сжался – и от мерзкой дряни чужих, и от того, что её было так мало. Мейсон пощупал в кармане. Осталось всего два. Пускай голод и грыз ему рёбра, но он решил приберечь их.

Не собираюсь начинать жрать мертвецов, как паршивый крут.

Ужас, удерживавший его глаза открытыми на протяжении пятидесяти последних часов, понемногу уступил изнеможению. Мейсон улёгся, используя рюкзак в качестве подушки, и попытался унять скачущее сердце. Уже уплывая в воспоминания об именинах Айрона, он почувствовал, как его постучали по плечу копытом.

– Гуэ`веса, – скомандовал Ловец Дьяволов. – Я хочу, чтобы твои ловушки были расставлены на нашем периметре как можно скорее.

Мейсон зевнул так широко, что в ушах хрустнуло, и это не дело ему обругать старого т`ау в лицо. Большая часть его снаряжения была уничтожена при крушении «Косатки», но ему удалось забрать немного капканов, ловушек и взрывчатки.

– Вы ожидаете нападения?

– Надеюсь, гуэ`веса, – тихо отозвался Такка. Маслянистое, морщинистое лицо ксеноса скривилось в тонкой, хищной улыбке. – Надеюсь.

– Надеетесь? – выпалил Мейсон. – Эта проклятая тварь сбила долбаный десантный корабль. Нас осталось всего тринадцать. А вы надеетесь, что она нападёт на нас снова, как только мы сядем отдохнуть?

Но Ловец Дьяволов уже переключался на другие задачи, постукивая по инфопланшету на запястье и возясь со сломанным стрелковым дроном.

– После засады нам не удавалось вывести существо на бой. Благодаря удаче или какому-то иному методу наша добыча избежала всех наших попыток изловить её или спровоцировать, несмотря на таланты следопыта Больного, – пояснил Такка. – С каждым мгновением, пока это создание живо, флот и`хэ приближается, и как только связь установится, для О`Таш`Вара станет уже слишком поздно.

Мейсону понадобилась секунда, чтобы понять, о чём говорит ксенос.

– Так вы используете наш лагерь как приманку?

– Высшее Благо требует жертв от всех нас, – невозмутимо ответил Такка.

– Я не собираюсь умирать за ваше Высшее Благо, – прошипел Мейсон сквозь сжатые зубы.

Глаза Ловца Дьяволов сузились.

– Жить ради Высшего Блага значит умереть за него, гуэ`веса, – произнёс он тихим, грозным голосом. – Я отправлю Ут`чоа, Лушу, Тонг`фа и Больного охранять тебя, пока ты будешь расставлять. Если хочешь иметь время восстановить силы, я бы поторопился.

Прежде, чем Мейсон успел продолжить спор, Такка уже ушёл. Подавляя желание сплюнуть, Мейсон заставил себя подняться на мучимые болью ноги и приступил к подготовке ловушек. Однако не осмелился выйти за периметр лагеря ни на шаг, пока его охрана не была готова.

Мейсон одну за другой выставил вокруг периметра зажигательные ловушки. Разместив все, он вернулся к первой, опустился на колени и начал вводить последовательность подрыва, настраивая параметры срабатывания зарядов направленного действия.

– Так, чтобы их связать, должно понадобиться всего пара минут. Прикрывайте меня.

Трое т`ау молчали, осматривая переменчивую дымку. Крут выскочил на несколько шагов вперёд, двигаясь совершенно бесшумно даже в оцепенелом воздухе. Он закрыл глаза и понюхал ветер. Его перья затрещали.

– Бооольнооой чует его. Голодное. Такое голодное… – Крут щёлкнул клювом. На землю упала длинная нитка слюны. – Близко. Больной идёт назад.

– Не поддавайтесь страху, братья, – дрожащим голосом произнёс Ут`чоа. – Тонг`фа, Луша, оборонительные позиции. Поддерживать визуальный контакт.

Следя за линией леса, т`ау медленно разошлись, но почти мгновенно исчезли среди двигавшихся теней и липкого тумана. Мейсон, оставшийся совсем один, если не считать крута, почувствовал, как волоски у него на загривке встали дыбом. Ему пришлось приложить усилие, чтобы пальцы перестали трястись.

– Луша, ты что-нибудь видишь? – спросил в воксе Ут`чоа.

– Никаких признаков добычи, – отозвался Луша.

– Подтверждаю. Тонг`фа, статус?

Ответа не было. В оглушительной тишине Мейсон ощутил, что по коже поползли мурашки.

– Больной, – пробулькал крут, держась за голову. Он начал пятиться прочь от Мейсона, в сторону лагеря.

– Тонг`фа, каков твой статус? – повторил Ут`чоа.

Крут продолжал вглядываться в лесной полог широко раскрытыми и выпученными глазами. Мейсон включил подрывной заряд, схватил свою рельсовую винтовку и крадучись двинулся к лагерю, не поворачиваясь спиной.

– Запах… Урррргххх… Больной идёт назад сейчассс!

Где-то в сумрачной дымке Ут`чоа закричал в джунгли:

– Тонг`фа! Тонг`фа, ты слышишь меня?

– Мы должны вернуться к гуэ`веса, – сдавленно сказал Луша. – Ловец Дьяволов х-хотел, чтобы мы его охраняли.

– Ловушки взведены, – шепнул в вокс Мейсон. – Я возвращаюсь.

Раздался мягкий удар: что-то упало с деревьев, нарушив зловещее безмолвие джунглей. Мейсон понятия не имел, что это было, сознавая лишь то, что ему хотелось оказаться как можно дальше. Он повернулся и побежал.

– Ч-что это, Ут`чоа? – спросил Луша. – Я… я тебя не вижу.

Последовала пауза, которая длилась как будто целую жизнь.

– Клянусь эфирными… – прошептал Ут`чоа в вокс.

Мейсон споткнулся о корень и грохнулся в холодный гнилой подлесок. Он кое-как поднялся на колени, зажимая рот. Крута нигде не было видно.

– Это Тонг`фа, – выдавил Ут`чоа. – Оно… оно съело его мозг.

Где-то в темноте наверху раздался пронзительный вопль, расколовший стылые сумерки.

– Бегите!

Прежде, чем он успел закончить своё предостережение, что-то огромное с жутким визгом спрыгнуло с кроны. Мейсон не видел, как погиб Ут`чоа, но слышал звук, с которым его тело раздавили в кашу. Луша открыл огонь и побежал. Зверь бросился за ним.

Луша возник из переменчивых теней, споткнулся и приземлился почти на ловушку. Гибкое нечто вырвалось из тьмы, остановившись перед самой взрывчаткой. Мейсон щёлкнул переключателем и подорвал заряды. Оставшиеся бомбы сдетонировали, пламя расцвело взрывом, дробя древесину. Лушу разбрызгало в дым. Ударная волна швырнула Мейсона наземь и вышибла воздух у него из лёгких. Тиранид завизжал, из чего следовало, что он не был мёртв. Мейсон с трудом поднялся на ноги, не оглядываясь назад. Глаза были затуманены от слёз, по ноге струилась тёплая влага.

Единственная животная мысль, гулявшая у него в мозгу, состояла в том, чтобы бежать обратно в лагерь.

В безопасность.

В иллюзию безопасности.

V

Бледный свет только начинал струиться сквозь мглистый полог, открывая унылую пародию на день в этой адской дыре с промёрзшими джунглями. Впрочем, не имело значения, день сейчас или ночь, ночь или день. Никто уже не осмеливался сомкнуть глаз.

Именно тогда оно до тебя и добиралось.

– Сколько – спросил Ловец Дьяволов у другого т`ау, имя которого Мейсону не удалось вспомнить от изнеможения.

Сколько? Вот до чего мы дошли?

После засады у скального обнажения они перешли на новые протоколы – все должны были постоянно поддерживать визуальный контакт, никаких исключений.

Это сработало, на какое-то время.

Однако в конце концов им потребовалось поспать. После ещё пятидесяти изнурительных часов охоты Такка разрешил отдохнуть. Двое караулят, пока остальные восемь спят. Мейсон не хотел спать, но не мог заставить себя держать веки открытыми. К сожалению, не смогли и часовые. Мейсон проснулся от криков, когда кого-то рвали на куски в глубине джунглей, а потом нашли труп с выеденными мозгами. Осталось всего девять.

Это случилось несколько дней назад. Были новые протоколы, новые стратегии, новые манёвры, чтобы перехитрить этого прозорливого монстра. Они не сработали. Ничего не сработало. Теперь грозный Ловец Дьяволов ограничивался тем, что спрашивал, скольких съели за ночь.

– Двое, – ответил т`ау. – По и Хари`кан.

Мейсон безрадостно усмехнулся от мрачной абсурдности этого – хотя бы для того, чтобы не заплакать от ужаса. От изначальных тридцати с чем-то осталось шестеро. Им ни разу не удалось выманить тиранида из тени, и теперь он попросту утаскивал их из постелей и возвращал с выскобленными головами.

Мы не охотимся на это чудовище, мы его кормим.

Ловец Дьяволов тяжело вздохнул. Он опирался на свою ионную винтовку, явно стараясь сделать вид, что не засыпает на ходу, как все остальные. Мейсон замечал, что т`ау украдкой проверяет разбитый стрелковый дрон, который он нёс на себе после бойни в зоне высадки – тот, что называл XV-7. Зачем он вообще подобрал этот сломанный элемент экипировки или зачем тащил его всю дорогу по проклятым джунглям, Мейсон не представлял.

– Готовьтесь сниматься с лагеря, выходим на охоту через десять рай`кор, – устало произнёс Такка в вокс-передатчик. – Мейсон, подойди.

Мейсон сжался и обхватил винтовку, будто талисман – скверную замену изображению Императора, которое он когда-то носил на шее.

Лицо Ловца Дьяволов было бледным, морщины вокруг рта и на лбу углубились, глаза глядели сурово и не моргали.

– Гуэ`веса, у нас кончается время.

Даже его ритмичное произношение т`ау не могло скрыть затаённую угрозу.

Мейсон опустился на колени рядом с Таккой и достал свой треснувший инфопланшет, где отображались примитивные топографические данные, полученные ими от «Косатки», а поверх накладывалось нынешнее местоположение его оставшихся ловушек.

– Твои ловушки в этих квадратах были расставлены почти четыре дека, – объяснил Ловец Дьяволов, словно ребёнку. – Без результатов.

Не высказанный вслух подтекст рассердил Мейсона. Он достаточно наслушался историй о том, что происходило с семьями гуэ`веса, которые больше не являлись полезными для Империи Т`ау, и не собирался оставлять свою жену и сына ксеносам.

– Я расставил те ловушки на основе ваших стратагем по поимке тира… эээ, и`хэ, – возразил он. – Если они до сих пор не поймали мерзкого ксеноса, то это потому, что проклятая тварь знала о ваших действиях ещё до того, как вы их совершили.

Старый т`ау ощетинился, услышав то, что, несомненно, уже сам начал подозревать относительно тиранида: тот каким-то образом учился у своих жертв. Пепельно-синее лицо взбугрилось вокруг этого странного щелевидного органа чувств, уродовавшего его лоб.

– Не стану спорить, что способности этого и`хэ не похожи ни на что, с чем я сталкивался раньше. Но это всё ещё добыча, и я всё ещё могу убить её.

Мейсон нахмурился. Он работал с Ловцом Дьяволов достаточно давно, чтобы понимать, что тот не признает поражения, пока в нём остаётся хоть толика жизни. А ещё без колебаний пожертвует кем угодно, чтобы убить свою добычу.

Всё во имя Высшего Блага. Или его гордыни.

– Каковы ваши приказы, Ловец Дьяволов? – спросил Мейсон, воспользовавшись титулом т`ау, а не его званием.

– Мы должны выдвинуться через пять рай`кор, – ответил Такка. Мейсон не стал упоминать, что шести минут едва ли хватит даже на то, чтобы сожрать паёк, а потом вспомнил, что свой последний паёк он съел два дня назад. – Сперва мы заберём твои ловушки, потом загоним зверя вот в этот квадрат, возле гор О`Таш`Кан.

– Джунгли там реже. У нас будет меньше прикрытия. Что вы планируете? – поинтересовался Мейсон.

Лицо Ловца Дьяволов стало мрачным. Его рука непроизвольно поползла к разбитому стрелковому дрону, пристёгнутому к спине, а затем уже осознанно отодвинулась обратно.

– Чем меньше кто-либо знает о моих планах, тем выше наши шансы на успех.

Прежде, чем Мейсон успел развить тему, инфопланшет Такки тревожно пискнул. Вот это Мейсон понял.

Сработала одна из ловушек, большая. Близко.

– Шас`ла, ко мне! – скомандовал старый т`ау. За несколько секунд дремавшие солдаты проснулись, снарядились и закинули винтовки за плечи, среагировав с быстротой, которой Мейсон невольно впечатлился. Такка постучал по инфопланшету, пересылая координаты на нашлемные дисплеи отряда.

– Построение Монт`виэль, за мной, – приказал он и сорвался с места изнурённым бегом. Мейсон пристроился в колонну рядом с т`ау, петляя среди цепкой сырой листвы.

Отряд вышел на прогалину. Ловушка, проходной капкан нажимного действия, который должен был сдавливать двухтонную добычу пневмоприводными шипами, стояла посередине просвета в захлопнутом состоянии. На поляне было совершенно тихо, такое безмолвие наступает, когда хищник убивает свою цель. Мейсон взмолился о том, чтобы в кои-то веки оказаться хищником. Такка и странный крут кинулись к ловушке, а воины сформировали неровный периметр. Мейсон постарался остаться ближе к тылу, чтобы его не убили в очередной засаде, но и не настолько в хвосте, что его смогли бы схватить сзади.

– Здесь пусто.

Мейсон не знал, кто из т`ау заговорил, но ощутил в интонации обвинение. Взгляд чёрных глаз Такки был жёстким, но в остальном непроницаемым. Охотник недоверчиво приблизился к сработавшему капкану.

– Невозможно, – выдохнул Мейсон. – Эти датчики давления откалиброваны на двенадцать сотен фунтов минимум. Ничто такого размера не сумело бы двигаться достаточно быстро, чтобы спастись.

Такка пристально посмотрел в темноту.

– И всё же оно спаслось, – с упрёком прорычал Ловец Дьяволов. – Больной? – окликнул он крута через плечо.

Крут ответил булькающей речью, которая звучала совершенно не как речь, и развернулся к Такке. Мейсон увидел, что палец Ловца Дьяволов пополз к спусковому крючку его оружия. Дуло слегка приподнялось, не указывая непосредственно на крута, но и не указывая в сторону от него.

– Больной, – медленно повторил Такка. С угрозой. – Ты меня слышишь?

Крут вздрогнул, словно очнувшись от сна с открытыми глазами.

– Больной… – почти что сонно проскрипел он. – Бо-ольной… чует его. Уже так близко. Так много. Т-так голоден. Гооолоден…

Он решительно шагнул к Такке, перья подрагивали. Мейсон невольно отметил, какой жутковато тихой была его поступь.

Теперь уже оружие всего отряда двинулось в направлении исходившего слюной крута. Мейсон позаботился о том, чтобы между ним и спятившим чужим оставался хотя бы один т`ау.

– Говори осмысленно, Печ`веса, – бросил Такка. «Иначе я тебя пристрелю» осталось невысказанным. – Где добыча?

– Голоден! – снова повторил Больной, почти крича. Его лишённые век глаза выпучились, а со щёлкавшего клюва упала толстая нитка слюны. – Больной! Оно знает. Всё знает! З-здесь… Больнооой! – заверещал он, указывая когтями в пустоту.

Мейсон повернулся, проследив за вытянутыми лапами крута, и уставился в сумрачный полог над ловушкой. От темноты, словно корка с раны, отделилась тень.

Мейсон услышал, что крут начал исступлённо палить во тьму, а через мгновение огонь открыл остальной отряд. Тиранид прыгнул с кроны, издавая визг, от которого стыли кости. Мейсон даже не успел вскинуть винтовку для выстрела. Ударила боль: когти пронзили мясо на бедре и вздёрнули его в воздух. Хаос. Стрельба. Вопли. Погиб ещё один т`ау. Потом ещё один. Потом чудовище развернулось и обратилось в бегство. Тело Мейсона дёргалось и скручивалось, пока монстр волок его, будто кусок мяса, глубоко-глубоко в джунгли.

Когда Мейсон очнулся, опять была ночь. В темноте проплыло что-то размытое и неясное. Он почувствовал боль везде, всюду разом. Моргнул, чтобы в глазах прояснилось, но это не помогло. Какая-то часть его мозга понимала, что он уже не на земле. Он находился где-то на деревьях. И у него были сломаны ноги. Равно как и руки.

Инстинктивная паника подступила к горлу раньше, чем Мейсон сумел подавить её. Из глотки с бульканьем вырвался визг боли и страха, и, не успев остановиться, он завопил, зовя на помощь:

– Помогите! Такка! Кто-нибудь! Мне нужна помощь! Пожалуйста!

В ветвях наверху шевельнулась тень.

Во мраке она была лишь пятном тьмы, но когда монстр приблизился, маскировка как будто сползла с него, словно плёнка масла. Мейсон увидел луковицеобразную, бронированную голову, корчащиеся щупальца, покрытые крючковатыми шипами, и жёлтые глаза, в которых горел хищный голод.

Из груди существа вырвались отростки с крючьями, которые впились в лицо Мейсона и потащили его головой вперёд навстречу пасти. Мокрые усики расступились, обнажив щёлкающий клюв, и тот широко раскрылся. Мейсон попытался сопротивляться, но сломанные руки не реагировали.

– Нет! Нет, помогите! Кто-нибудь, пожалуйста! Император, пожалуйста! Спаси ме…

Хрусь.

Его пронзила раскалённая добела боль, и он почувствовал, как череп треснул. Какие бы молитвы ему ни хотелось произнести напоследок, они умерли в горле, когда тело парализовало. Его вырвало кровью, а кишки опорожнились.

Последнее, о чём он подумал – о своём милом мальчике, чей невинный смех больше никогда не услышит. Последнее, что он почувствовал – как шипастые щупальца заползли по ту сторону глаз и вырвали его мозг.

VI

Такка понял, что Мейсон обречён, как только увидел, что монстр утащил его на деревья. Он искренне попытался разыскать надоедливого гуэ`веса, хоть и только потому, что надеялся застать и`хэ врасплох, пока тот ещё поедает свою жертву. Однако к тому моменту, как он нашёл тело следопыта, истерзанное почти до неузнаваемости, зверь снова исчез.

Вернувшись к месту засады, он обнаружил, что Мин`кай, последний воин огня в отряде, был невозможным образом ещё жив, несмотря на вспоротую грудь. Утешать его перед смертью не было времени, но Такка всё равно положил конец его страданиям при помощи выстрела в голову.

Он подозревал, что охота могла во многом пойти иначе, поступи он так же с мертвецами в зоне высадки.

Молодой Такка, Такка, который ещё не видел, как его родной мир поглотил рой и`хэ, мог бы скорбеть. Однако тот Такка умер вместе с Нафкой; теперь он был Ловцом Дьяволов, хищником, преследующим кошмары среди и`хэ. Поэтому он двинулся дальше, бросив оставшиеся ловушки гуэ`веса – мозг следопыта был вычерпан так же, как и у прочих, и Такка предполагал, что это означало: теперь добыче известны его предыдущие стратегии.

И так охота продолжалась, как раненый хищник отказывается прекратить погоню, пока у него не откажут ноги. Против врага, который знал каждый его шаг, оставалось всего две варианта.

– Больнооой… чует его… Больнооой…

После прошлой встречи с и`хэ крута как будто охватила лихорадка. Он без конца ковырял свою пепельную кожу чрезмерно длинными когтями. Его глаза постоянно были широко раскрыты, и он паническим взглядом, не мигая, всматривался в кроны деревьев. Порой он сгибался пополам, словно его терзала боль, и перья тряслись. Иногда, несмотря на необходимость скрытности, он испускал жуткий птичий крик.

Такка больше не утруждал себя выговорами круту: похоже, тот в любом случае уже не мог себя контролировать. В сущности, он подозревал, что это шумное безумие может оказаться полезным, чтобы выманить зверя из тени.

Опустилась ночь, и миазматические сумерки сгустились в мутную темноту. Наверху сердито прогремел гром, после чего пошёл скользкий, горький дождь. В воздухе пахло каким-то химикатом, который Такка не мог назвать: он лишь знал, что от него жгло раненое бедро.

– Больной. Больнооой, – проскрипел крут, когда дождь закапал с его клюва. Его шаги стали тяжёлыми и сбивчивыми.

– Не останавливайся, – уже в сотый раз подогнал его Такка, и крут поковылял дальше, принюхиваясь к чему-то такому, что чуял только он. Ловца Дьяволов сильно подмывало застрелить сумасбродное создание, однако он был слишком дисциплинирован, чтобы растрачивать впустую потенциальный актив, которых у него оставалось так мало.

– Больнооой, – повторил крут. Почти умоляюще. Такка указал на поляну за переплетением колючих папоротников. Впервые на его памяти он мельком заметил кусочек желтушных туч, пронизанных молниями. При мысли использовать Больного в качестве приманки Такка помедлил, но лишь на миг: у него кончились варианты, кончилось время, а крут уже потерялся в своём безумии.

Просто выполняй мои приказы, и я всё ещё смогу его убить. Всё ещё смогу победить.

Убедившись, что останки XV-7 всё так же закреплены на спине в качестве последнего резерва, Такка прицелился из своей ионной винтовки.

– Больной, выйди на поляну.

Крут не отреагировал.

– Больной, выйди на поляну, сейчас же. Я прикрою тебя. – солгал Такка.

Однако Больной не шевелился. Он стоял, глядя в жгучий дождь немигающими глазами и вдыхая какие-то неведомые миазмы. В его бочкообразной груди нарастало низкий, гортанный рокот. Такка услышал тихий удар, с которым винтовка крута, выскользнувшая из его лап, упала в мокрую глину.

Такка почувствовал, как у него защипало кожу, а дождь стал громче.

Нет, не громче. Просто все остальные существа полностью затихли.

– Ты привёл его прямо ко мне, – тихо проговорил Такка, следя за тем, чтобы не делать никаких резких движений. Не спросил, ведь он уже знал ответ. Больной щёлкнул клювом и угрожающе зашипел. – Ну конечно, привёл. Всё это время я использовал тебя, чтобы выследить его, но это оно следило за тобой. За твоей порчей.

К счастью, на сей раз злополучный крут ничего не сказал. Его как будто охватил паралич, от чего он стал громко рыгать. Такка повернулся и навёл свою винтовку. Больной заревел, исходя слюной. Такка выстрелил. Больной бросился в атаку.

Такка успел выпустить всего один заряд, но тот всё же вырвал из бедра крута неровный кусок плоти. Охваченный безумием разум даже не заметил раны. Больной врезался в Такку, шипя и плюясь от звериного голода. Такка вскинул свою винтовку как раз вовремя, чтобы не дать щёлкающему клюву Больного расколоть ему череп. Мор`тониевый энергоцилиндр лопнул, и ствол из фио`така разлетелся, полыхнув излучением.

Такка перекувырнулся и поднялся на ноги, ослеплённый жгучей вспышкой. Он инстинктивно вытащил меч, услышав, как обезумевший крут ломится на него, совершенно не сознавая, что левая сторона лица обуглилась до кости. Такка сделал перекат и выпад вверх, безупречный удар. По всей груди расцвела боль, но это сообщило ему, что он не мёртв.

Больной или та тварь, что раньше была Больным, пошатнулась и остановилась. Клинок Такки насквозь прорезал живот крута, зацепив позвоночник. Фонтанирующие внутренности сыпались из разорванного брюха во влажную кучу у его ног.

Крут застыл, получив рану, которую не могло игнорировать даже его сожранное сознание. И всё-таки он не был мёртв, а Такка теперь находился в пределах досягаемости когтей. Больной стал бешено полосовать, бодаться и рвать. Его искалеченный клюв сомкнулся на наплечнике Такки. Фио`так согнулся, треснул и раскололся, и острый клюв вгрызся в кость. Такка вскрикнул и выпустил меч из руки: нервы были рассечены. Ноги Больного подломились, но он сбил Такку на землю.

Такка был придавлен, и его рвали на части. Свободная рука вслепую нащупывала что-нибудь, что угодно, лишь бы появился шанс. Пальцы в перчатке не чувствовали ничего, кроме мягкой глины. Клюв Больного перекусил кость. Такка увидел свой шанс. Он ухватился за одно из толстых перьев, торчавших из обугленной головы крута, отломал его и всадил зазубренный шип глубоко в изуродованную глазницу Больного.

Крут оцепенел: его связь с неведомым зловещим кукловодом нарушилась.

Страдальчески застонав, Такка стащил с себя мёртвого крута. Плечо было прокушено почти до кости, а сочетание онемения с неясным ощущением расползавшегося тепла сообщило ему, что он умирает от кровопотери. Изорванную плоть на груди жгло болью, но кровью он не кашлял. Пока что. Он попытался сесть вертикально и почувствовал, как в глубине тела лопнуло что-то влажное. Спинка языка окрасилась горячей кобальтовой синевой.

Затишье усилилось. Даже звуки шторма наверху как будто приглушались в присутствии зверя. Сверкнула молния, высветившая небольшой просвет среди искорёженных деревьев. На мгновение в тумане проступил силуэт и`хэ, но он исчез, словно клуб дыма среди урагана.

Нечто невероятно огромное выпрыгнуло из лесополосы и приземлилось в джунглевом подлеске. Стук дождя по невидимому телу указывал на то, что монстр был втрое выше т`ау. Затем его кожа стала меняться, как масло на воде, и стал виден облик добычи Такки. Она была змеевидной и сгорбленной, с массивными косами, поднимавшимися над плечами, и цепкими когтями. Её морда представляла собой слюнявое скопление извивавшихся щупалец, но в жёлтых глазах горел острый ум. Она не была похожа ни на одного и`хэ, на которых ему когда-либо доводилось охотиться. Зеркальный зверь. Джи`каара г`эль.

И`хэ испустил влажное, леденящее душу шипение. Это был звук высшего хищника, приближающегося, чтобы убить. Чужеродный кошмар подкрадывался, не спеша. Не чувствуя опасности.

Такка знал, что умрёт. Он никак не мог этому помешать. Хуже того, могло быть так, что он уже провалил своё задание. Насколько он понимал, это существо успело воззвать к рою и`хэ в туманности Ундамы, и ужасная мощь его голода уже обратилась в направлении колоний О`Таш`Вара. Однако он, в конце концов, оставался Ловцом Дьяволов и никогда ещё не проигрывал своей добыче. Пусть он был слаб, голоден, безоружен и истекал кровью, но не собирался начинать теперь.  И у него оставалась одна стратегия, которой он ни с кем не делился.

Посмотрим, как ты увернёшься от этого, джи`каара г`эль.

– XV-Семь, – шепнул он дрону, привязанному к его спине. – Дать «Мстящему мечу» указание выполнить директиву Рип`ика.

XV-7 не отреагировал.

Такка перевернулся, насколько смог, кашляя кровью. Его верный кор`веса лежал разбитым в грязи, сорванный со спины взбесившимся крутом. Панцирь из фио`така был вспорот отметинами от когтей. Такка почувствовал, как у него упало сердце.

– «Мстящий меч», – закричал он. – Это Такка! Выполнить прицельный залп из рельсовых пушек по текущим координатам! Подтвердите.

Нет, нет, нет. Не может быть. XV-7 ещё способен передавать. Я знаю!

И`хэ подступал. На таком близком расстоянии Такка видел крючковатые шипы на извивавшихся щупальцах. Его стрелковый дрон на миг ожил и замерцал, а затем потух, выбросив синие искры.

Нет, нет, нет! Не так. Не так!

– XV-Семь! Ты передаёшь? «Мстящий меч»! Кто-нибудь! Огонь из всего по моей позиции! Добыча здесь! Добыча здесь!

Джи`каара г`эль прыгнул с чужеродным воплем. Боль, которую ощутил шас`вре Такка, когда шипастые щупальца сорвали его лицо с черепа, сокрушила его рассудок. Однако боль от знания, что своей неудачей он обрёк О`Таш`Вар на гибель, была намного хуже.

Книга загружена из Warpopedia - Гильдии Переводчиков Warhammer & Warhammer 40,000

wiki.warpfrog.wtf