Освобождение Констаникса II / Liberation of Constanix II (статья)

Материал из Warpopedia

wiki.warpfrog.wtf

Констаникс II – небольшой и изолированный мир-кузница в сегментуме Темпестус, чьей примечательной особенностью является преобладание на поверхности кислотного океана, а также малое количество значительных участков суши. Основная часть богатств мира-кузницы была получена в результате дноуглубительных работ в океане, сбора биолюминесцентных бактерий и связанного с ними богатого органического материала для использования в биокузнях и в качестве биотоплива для мануфакторий. Ввиду небольшого количества территорий для застройки население Констаникса II и конклавов его тагматы располагались в огромных городах-баржах – парящих зданиях, поднявшихся над облаками с помощью давно утраченного технознания. Каждым городом-баржой управлял магокритарх, приносивший клятвы верности Дельвери, архимагосу Констаникса II, при этом города-баржи то попадали в немилость, то напротив, становились фаворитами правителя планеты по мере того, как их значимость ослабевала или возрастала. Незадолго до произошедшей на Исстване V бойни эмиссар легиона Несущих Слово Натракин установил контакт с архимагосом Констаникса II, обещая ему доступ к запретным знаниям в обмен на присягу делу предателей. Гордыни и стремления к власти оказалось вполне достаточно, чтобы Дельвери бросился в объятья магистра войны, поскольку Констаникс II на просторах обширной Галактики был, в общем-то, второстепенной силой; теперь же новый порядок нёс с собой грёзы о возвышении мира-кузницы и возможностях претендовать на власть величайших вотчин Механикума того времени.

В годы, последовавшие за безжалостным предательством, свершённым Гором и его приспешниками средь базальтовых песков Исствана V, пережившие Резню в зоне высадки и сумевшие бежать с планеты лоялисты искали варианты возмездия своим бывшим братьям, что безжалостно разбили их легионы. Сынов Коракса данное стремление привело сначала в сегментум Соляр – в поисках инструментов, необходимых для восстановления легиона – а затем на Освобождение, где Коракс надеялся перековать Гвардию Ворона, наделив её силой, необходимой для обретения возможности бросить вызов изменникам в открытой войне. Насколько успешной была проведённая XIX легионом кампания по вербовке – доподлинно неизвестно, однако по мере развития войны на юго-восточные границы сегментума Темпестус опустилась тень. Объявившие о поддержке магистра войны миры в данном регионе встречали своё падение, один за другим и в безмолвии. Как и в те дни, когда его только обнаружили, Коракс сражался из тени против превосходящего по силе врага, нанося удары по оккупированным мирам и разжигая пламя восстания против угнетавших их предателей. Партизанская война в масштабах целого сектора была тактикой, в которой Гвардия Ворона разбиралась в совершенстве, ибо по своей природе её воины были созданиями тьмы, призраками, выходившими из тени, дабы забрать жизни тех, кто бросил им вызов.

Именно эта кампания привела примарха на Констаникс II по следу отколовшегося флота Несущих Слово. Незначительность мира-кузницы в широком масштабе конфликта пробудила любопытство примарха, поскольку в данной ситуации Несущие Слово явно выбрали себе союзника не просто так и наверняка преследовали какую-то цель. Не желая задействовать значительные силы, Коракс направил небольших размеров флотилию на Констаникс II, атаковав город-баржу Атлас и убедив сохранивших верность Императору жителей помочь в захвате контроля над баржей. Следующим шагом должно было стать падение Иапета, планетарной столицы и предполагаемого местонахождения командира Несущих Слово и его марионетки, архимагоса Дельвери.

Приняв на себя командование механикумами Атласа, Коракс приказал им обойти установленные двигательные протоколы, контролировавшие движение города-баржи, и направить его на новый курс в направлении Иапета. В данном шаге не было ни малейшей тонкости – невзирая на возражения властителей Атласа, Коракс велел использовать город-баржу в качестве исполинского тарана, направленного на столкновение с городом-побратимом. Как только оба парящих колосса сблизились, обе стороны подняли в воздух целые эскадрильи самолётов Механикума, дабы сразиться в небесах, а охватывающие баржи энергетические купола-щиты вспыхнули от интенсивной перестрелки орудийных батарей обоих городов. Воспользовавшись этим, Атлас продолжал неумолимо двигаться вперёд, его двигатели вспыхивали, реагируя на попытки Иапета уклониться. Когда два города приблизились друг к другу, потрескивающие короны их щитов слились и с грохотом перегрузились, высвобождая разрушительные волны электромагнитных помех. Реакторная защита обоих городов вышла из строя, поскольку системы управления как Иапета, так и Атласа отключились, что стало причиной многочисленных взрывов и пожаров. Как только аварийно-ремонтные бригады мобилизовались на устранение повреждений, вторичные резервные мощности, хранящиеся в надёжно экранированных батареях, подали энергию в двигатели Атласа, направляя его вперёд, чтобы сократить разрыв между двумя баржами. Громадные конструкции из металла, ферробетона и керамита столкнулись в сокрушительном грохоте, в то время как нос Атласа пытался пробиться к верфям Иапета. На улицах планетарной столицы образовались пропасти шириной в несколько метров, воздух рассекали листы металла размером с жилой блок. Массивы печей рухнули, сминая мануфакторумы под своим весом и поднимая в небеса шлейфы пыли и расплавленного шлака. В точке удара Иапет и Атлас сцепились воедино массой искорёженного металла посреди ландшафта из упавших кранов и разрушенных складов снабжения.

Вскоре после того, как начали стихать первоначальные толчки после крушения, Тагма Атласа покинула свои противорадиационные бункеры и пересекла соединившую оба города разрушенную территорию. В соответствии с разработанными Кораксом планами Тагма должна была сформировать силы для генерального удара по храмовому комплексу, расположенному в самом сердце Иапета – а именно по вероятному логову архимагоса Дельвери. Предварительные данные, основанные на информации, полученной из потоков данных во время сближения с Иапетом, показали, что силы защитников столицы обладают заметным численным превосходством над войсками Атласа. Вследствие этого Коракс настаивал на оперативности операции, дабы перехватить инициативу. В скором времени раздалось эхо выстрелов волкитных винтовок – силы скитариев успешно истребили дезориентированные группы предателей на разрушенной территории верфей Иапета, что позволило войскам Атласа создать передовые командные пункты. Большую часть их сил составляла техногвардия – кабальные рабочие, усиленные боевыми имплантатами; в войсках Атласа предпочтение отдавалось мозговой аугментации с помощью кортикальных баз данных, передававших навыки по обращению с оружием прямо в сознание субъекта, что в сочетании с дермальным покрытием, пустотными костюмами и усиленными сухожилиями позволяло создать солдат, достаточно компетентных для участия в бою. Манипулы скитариев образовали центр строя Тагмы, прочёсывая наружные склады до тех пор, пока вся территория верфей не была зачищена, а бойцы не достигли жилых районов.

Именно там силы Атласа столкнулись с первым серьёзным сопротивлением: десятки тысяч врагов покинули свои дома, чтобы атаковать лоялистов. Бойцы Иапета были техногвардейцами, однако весьма далёкими от организованных сил: их одежда была изорвана и покрыта пылью, мануфактурная униформа испорчена грязью войны, а окровавленные руки сжимали пёструю мешанину всевозможного лёгкого оружия. Такова была техногвардия Иапета – рабочие, превращённые в движимое имущество, слабо заботившееся о собственном выживании. На лбу у каждого красовалась корона из грубых механизмов и нейрохомутов, которые, в свою очередь, состояли из кортикальных зондов и пронзающих черепа игл. Эти архаичные устройства похищали эмоции, изменяя восприятие своего владельца и изображая мир, в наибольшей степени соответствующий замыслу контроллера. Элементарные боевые знания подавляли весь страх, создавая тем самым грубые копии солдат, которым буквально имплантировали желание сражаться, несмотря ни на что. Вопросы выживания для них стояли на втором месте, а понятие «сражаться или бежать» замалчивалось в пользу идеи «убей или будь убитым».

Превосходящее число нейротрэллов вскоре заполонили улицы, и натиск их тел замедлил продвижение лоялистов до предела. Каждый захваченный городской квартал был взят ценой времени и крови; когда подразделения Атласа пробились в основную часть города за верфями, они столкнулись со второй волной сил защитников Иапета. Среди остатков частично разрушенных зданий были возведены баррикады, за которыми укрывались скитарии и технотрэллы, обломки уничтоженных построек стали удобными точками для размещения артиллерийских батарей. Продвижение войск Атласа быстро застопорилось, свежие защитники Иапета оказались более чем равными им по силам и мастерству. Поле боя превратилось в трясину из отдельных стычек, где каждое достижение быстро оказывалось сведено на нет свежими потерями, линия фронта безустанно перемещалась взад-вперёд, однако прогресс бойцов Атласа оставался незначительным.

Гвардии Ворона пришлось вмешаться, чтобы переломить ход битвы, поскольку с учётом немногочисленности воинов XIX легиона их роль в захвате Атласа оставалась скрытой, как и присутствие примарха. Пока Атлас приближался к Иапету, Коракс разместил своих воинов во главе с командором Агапито на борту штурмовых кораблей. В дымке смога и пыли, повисшей над сражающимися городами, Гвардия Ворона ждала момента столкновения двух барж. Возвестивший об этом оглушительный грохот послужил сигналом для легионеров Девятнадцатого, и штурмовые корабли нырнули к правому флангу враждебных механикумов. На сей раз Гвардия Ворона спускалась не с бесшумностью хищной птицы, но в обличье огненной смерти: каждый штурмовой корабль атаковал защитников Иапета ударами бомб и шквалом ракет, превращавших целые манипулы солдат тагматы в обугленные ошмётки мяса. Подлетев ближе, крылатые машины открыли двери и извергли наружу облачённых в чёрное легионеров, спускающихся на пылающих реактивных ранцах. Агапито и его воины приземлились среди дезориентированных остатков вражеских сил, уцелевших после небесной атаки штурмовых кораблей Гвардии Ворона, и обрушились на свою добычу в вихре клинков и когтей, окрасив улицы кровью. Как только зона высадки оказалась расчищена, бойцы XIX легиона устремились вперёд, но не в лоб вражеским позициям, а вдоль их фланга, нацелившись прямиком на храмовый комплекс. Их задачей было привлечь внимание врага, вынуждая отправить как можно больше сил разобраться с легионерами и таким образом ослабить противостоящие Тагме Атласа войска. Поначалу Гвардейцам Ворона противостояли разве что мобилизованные нейрорабы, с которыми перемалывающие цепные мечи и молниевые когти штурмовых отделений Гвардии Ворона справились без труда. Однако вскоре против сынов Коракса оказались развёрнуты скитарии и бронетехника, и всё большее их число отправлялось на выслеживание воинов Девятнадцатого.

На затянутых дымом улицах Гвардия Ворона занималась своим смертоносным ремеслом, внезапно появляясь из густого тумана и глубоко врезаясь в ряды предателей, а затем отступая в близлежащие разрушенные строения, пока противник продолжал топтаться на одном месте в поисках незримых охотников. Бронетанковые колонны «Криосов» и «Каракносов» угодили под перекрёстный огонь – расположившиеся на вершинах зданий легионеры обрушили на них шквал ракет и плазмы, в то время как очереди болтерного огня уничтожили дезориентированных воинов, вырвавшихся из горящих транспортов. Поскольку вокруг продолжал бушевать бой, в отчётах скаутов появились известия о дополнительных силах, переброшенных на позиции Гвардии Ворона, включая разведывательного титана «Гончая» и группу Несущих Слово, отозванную из храмового комплекса. Хотя Агапито всей душой желал сойтись в бою со своими былыми родичами и отомстить им за предательство на Исстване, поступить так означало обречь своих воинов на бессмысленную смерть. Гвардейцам Ворона под его командованием требовалось послужить приманкой и тем самым выманить преследователей, уведя их подальше от храмового комплекса. Столкнувшись с превосходящими силами врага, Гвардия Ворона отошла к заранее намеченным точкам сбора, уводя противника как от резиденции местного правительства, так и от сражающихся сил механикумов.

Преследование сил Агапито положило начало заключительному этапу плана Коракса: на поле боя вышел сам Владыка Воронов. Его враг не сражался в яростной схватке между тагматами, не было его и на улицах, покрытых телами убитых его сыновьями врагов – те, кого искал Коракс, скрывались в самом храмовом комплексе. Теперь сердце Иапета, лишённое защитников благодаря усилиям Агапито и оставшееся без оборонительных башен после бомбардировки самолётами Атласа, осталось уязвимым. Штурмовые корабли Гвардии Ворона прорвались сквозь дым сражения, пролетели над сражающимися сторонами и приземлились возле храма в форме зиккурата, расположенного в самом центре комплекса. Технотрэллы и скитарии, по всей видимости, последние отбросы, оставшиеся охранять зиккурат, падали под ударами примарха и его избранных воинов, словно пшеница, пока те прокладывали себе путь к храму. Вход в святая святых архимагоса Дельвери скрывали богато украшенные двери, из-за которых вышли три высоких крабоподобных шагохода. Каждый из них представлял собой амальгаму органики и искусственных материалов, а на броне их были выгравированы загадочные руны, которые пульсировали от сокрытой внутри тёмной энергии. Коракс бросился навстречу отвратительным созданиям, и его когти встретились с клешнями врага. Генетически усиленные сухожилия примарха противостояли порченым варпом механизмам, и хотя примарх вышел из первой схватки победителем, оторвав своему противнику одну из клешней силовыми когтями, сражавшиеся рядом с ним легионеры были разорваны на части один за другим. Теперь для окружённого со всех сторон Коракса единственным союзником оставалась скорость – прыгнув вперёд, он рассёк подбрюшье одного из конструктов. Второго сбил ракетный обстрел штурмового корабля, а третий был уничтожен, когда примарх активировал реактивный ранец и взлетел в воздух, обрушившись на корпус конструкта с достаточной силой, чтобы расколоть его бронепластины, из-под которых тут же хлынула шипящая жидкость. Оставшись в одиночестве среди уничтоженных машин и павших сыновей, примарх целиком отдался своему гневу, взламывая двери зиккурата в поисках добычи.

В самом сердце храма его взору открылась кошмарная картина. Святилище труда и преданности Омниссии превратилось в инфернальный пейзаж из искривлённого металла, освящённые машины были заменены плотью, заключённой в наэлектризованные клетки, окружённые ореолом света малинового оттенка, который исходил из центра зала. Десятки наполовину готовых крабообразных машин, идентичных тем, которых победил примарх, стояли на сборочном конвейере. Продвигаясь глубже в адскую кузницу, Коракс заметил пьедестал, сотворённый из металла и кости; его окружали искусственные сталагмиты из тёмного камня, усеянные вырезанными рунами, вокруг которых потрескивала омерзительная аура нереальности. У подножия сооружения Коракс наконец-то сошёлся в бою с архимагосом и его союзником Натракином из Несущих Слово. Подобно хищной птице, Коракс взмыл в воздух, прыгая сквозь путаницу подвешенных к потолку храма механизмов, чтобы избежать инфернальных молний оружия архимагоса. Последним прыжком примарх атаковал вероломного Дельвери, одним ударом снеся его голову с плеч, прежде чем обратить своё внимание на Натракина. Несущий Слово стоял на вершине платформы – окружённый энергией варпа, он грелся в омерзительной ауре эфира, чья энергия вливалась в него. На броне Натракина разошлись трещины, когда его тело начало расти – сила имматериума увеличивала его тело до тех пор, пока он не стал равным по размерам самому Кораксу. Заклятые враги сошлись в шквале ударов, однако каждая нанесённая Владыкой Воронов рана быстро заживала на изменённом теле Натракина; казалось, что Несущий Слово вообще не обращает внимания на боль, в то время как Коракс понемногу начал уставать. Не имея возможности прикончить врага обычным способом, примарх пронзил Несущего Слово своими когтями, а затем швырнул его прямо в эфирный разлом. Погрузившегося в потрескивающий энергетический вихрь Натракина буквально разорвало на части, а его вопли продолжали разноситься по всему храму, пока Коракс разрушал пьедестал и питающие его механизмы.

После гибели руководства Иапета Коракс взял под контроль коммуникационную сеть, вызвав резервные штурмовые корабли с технодесантниками на борту, чтобы получить доступ ко всем системам комплекса. Инфосферы предоставили командные коды, необходимые для ввода новых приказов в нейросистемы сил самообороны Иапета, направляя их против тех, с кем они сражались плечом к плечу всего несколько минут назад. Иапет пал за один-единственный солнечный день, и верным техножрецам Атласа поручили задачу по восстановлению порядка в оставшихся городах-баржах. Весьма довольный тем, что власть Императора над миром-кузницей удалось восстановить, Коракс приказал силам XIX легиона отступить и объединиться с остальной частью Гвардии Ворона, сражавшейся на Эузе. В свою очередь, Констаникс II вновь оказался в изоляции, однако он внёс свой вклад в более масштабную войну, служа в качестве центра снабжения флотилий Гвардии Ворона.

Дополнительные источники войны

Оружие Омниссии

Некоторые миры получали свою выгоду от покровительства миров-кузниц в обмен на дань в виде наиболее интеллектуально одарённых жителей планеты. Поставки вооружения Механикума придавали ополченцам значительную силу.

- Благословенное оружие

- Освящённое оружие

Аугментация десятины

Эти лишённые улучшений трэллы, призванные в ряды техногвардии в час острой нужды, подвергаются быстрой принудительной аугментации. Этот процесс включал использование грубых нейросупрессоров, которые притупляли чувства субъекта к ужасам войны.

Осколки кузницы

Данные силы происходят из колонии, бессознательно обосновавшейся на развалинах давным-давно забытого анклава Механикума, чьи заново открытые хранилища изобилуют чудесами искусственного интеллекта, которые перепрофилированы для службы в рядах ополчения. Не желая информировать о находке Механикум из страха перед их стремлением вернуть себе былые владения, эти отряды полагаются на свои собственные элементарные знания, чтобы поддерживать оборудование в рабочем состоянии.

Освобождение Констаникса II

Легендарная миссия: Захватить и удержать

Присутствие Несущих Слово на Констаниксе II оказалось большой неожиданностью, поскольку мир-кузница являл собой второстепенную силу, не имевшую очевидной стратегической ценности в более масштабном конфликте. Не желая, чтобы Несущие Слово беспрепятственно воплотили в жизнь свой замысел, Коракс возглавил часть своих расколотых сил, чтобы исследовать мир-кузницу и, если возможно, вырвать её из хватки предателей.

Книга загружена из Warpopedia - Гильдии Переводчиков Warhammer & Warhammer 40,000

wiki.warpfrog.wtf

Table of Contents

Unnamed