Костедробилка / Bonegrinder (рассказ)

Материал из Warpopedia

wiki.warpfrog.wtf

В воздухе разило горячим шлаком и закисшим мясом.

Смрад задворков то усиливался, то ослабевал в такт вращению громадных циркуляционных вентиляторов, которые нависали над Стальными Воротами, словно вершащие суд божества. По феррокритовым каналам неспешно текли раскаленные сливные потоки из печей. Они источали отвратительную желтую пелену смога, окрашивая кладку зданий, клонившихся друг к другу, будто оглушенные ударами бойцы. Из каждой двери и окна доносился дребезжащий грохот и лязг от плавильных работ.

Шум промышленности был биением сердца поселения. Цикл из тридцати шести часов, в течение которых отбойные ямы и печи превращали рудное сырье во что-то ценное. На тридцать седьмой час на улицы обрушивался дождь охладителя, изрыгаемого из невидимых труб наверху. Он тушил пожары и остужал раскаленный шлак, чтобы тот можно было выскрести из каналов для последующей переработки.

Топек Грил стоял на мостике с южной стороны, наблюдая за тем, как падающий дождь успокаивает бурлящие волны расплава в канале внизу. При попадании жидкости тот менял цвет и выбрасывал клубы радужного дыма. По-своему это было почти красиво, хотя он бы никогда так никому не сказал. Эстетическое восприятие не входило в число главных добродетелей дома Голиаф. Значение имела только сила. Мощь.

Красота для слабаков.

Короли Стальных Ворот жили, опираясь на эту аксиому – во многом как и то поселение, в честь которого они получили свое название. Это было очевидно даже по бывшей литейной, где банда устроила себе прибежище – серое плоское здание, утыканное мостиками и буровыми скважинами, в лучшем случае едва освещенное. Там постоянно было шумно – спасибо игровому притону, располагавшемуся на бывшем полу литейной. В конце каждого цикла это место заполоняли картежники, старьевщики и проститутки, тянувшие кредиты как из проезжих торговцев, так и из местных.

Грил бросил взгляд через плечо. Из-за осыпающихся стен позади него, словно дразнясь, доносилась музыка. Он услышал знакомые голоса товарищей по банде, орущих от восторга – или от злости, в случае Обжоры. Раздраженный Грил снова развернулся к каналу. В такой обстановке он не мог заснуть. Не мог ничем заниматься. Так что вместо этого он пришел сюда, куда за ним никто бы не последовал.

Он повернулся, позволяя взгляду своих невыразительных темных глаз скользить по жестяным крышам и рифленым дымоходам южной стороны. Тут в основном жили рабочие. Боссы и смотрители обитали на востоке, выше зловония и жара каналов. Как минимум, большинство из них. Он усмехнулся и сплюнул.

Короли Стальных Ворот тоже были боссами во всех отношениях, кроме названия. Их сфера влияния простиралась от податных ворот до плавилен. Сердце поселения было у них в руках, и они постарались покрепче прижать Стальные Ворота к ногтю дома Голиаф. Впрочем, это не значило, что им никто не бросал вызов. И не все претенденты принадлежали к конкурирующим домам.

Банды разрастались и дробились. Это являлось частью экосистемы Подулья. У Королей имелось по меньшей мере пять побочных отпрысков, и все они хотели занять главенствующее положение.

Грил улыбнулся, крутя фразу у себя в голове. Он не так давно добавил ее к списку выученных слов. Список был спрятан там, где его бы никто не нашел. Коргу не нравилось, когда его парни тратят время на несущественные вещи вроде умения читать и писать.

Однако Грилу было известно, что знание – своего рода стимулятор. Оно означало силу, особенно здесь, внизу. Чем больше ты знаешь, тем ты сильнее.

К примеру, Грил знал, что из пяти порожденных Королями банд осталось всего две, и лишь об одной из них стоит беспокоиться. Это были Повелители Хлама. Он непроизвольно поглядел на север, в сторону свалок и грибных питомников. Именно там Повелители Хлама водрузили свои знамена. Они правили в этих каньонах из металлолома и пустой породы, ведя торговлю с мусороборами из дома Кавдор.

Но Повелителям Хлама хотелось большего. Им хотелось стать Королями. Об этом он тоже знал.

Все началось с малого. Как и всегда. Небольшой перебор с выпивкой. Ссора – грубое слово, упавшее в нужное ухо – и началась стрельба. Пока что только стычки, но ситуация должна была усугубиться. По крайней мере, Грил на это надеялся.

Не требовалось особого хитроумия – еще одно хорошее слово – чтобы заставить Повелителей Хлама и Королей вцепиться друг другу в горло. Противостояние уже давно назревало. Дробильщик Джакс, предводитель Повелителей, затаил злобу, а человек с затаенной злобой все равно что заряженная пушка. Все, что Грилу оставалось делать теперь – ждать.

К несчастью, эта часть всегда была самой тяжелой.

Где-то внизу прозвучала сирена, возвещая об окончании цикла сброса. Ливень охладителя ослаб до капающих на улицы ручейков. Слои руды уже остыли, и к каналу зашаркали сборщики шлака. Они носили громоздкие защитные костюмы, переходившие из поколения в поколение. Каждый костюм был покрыт примитивными теплоотводами и рециркуляторами воздуха, а ремонтировался уже столько раз, что теперь больше всего походил на примитивную броню. Работая длинными заостренными черпаками, они принялись практически срезать остывающий шлак и складировать его в приготовленные емкости.

Грила восхищала их точность. Она напоминала ему о временах, когда он был клапанщиком. Среди вынесенных наверх труб, над Блевотиной, точность значила всё. Требовалось думать, считать, оценивать и слушать, иначе ты покойник. Требовалось быть точным. Грилу нравилось думать, что он точен до сих пор, даже спустя год после того, как покинул уровень литейных.

Позади раздался голос:

– В Стальных Воротах ничего не пропадает.

Грил обернулся. Высокая и массивная фигура Железнозубого Корга аккуратно пролезла через люк и вышла на мостик. Тот издал заунывный скрип, и Грил инстинктивно напрягся, готовясь отпрыгнуть в безопасное место. Его юность прошла в работе клапанщиком, а в Блевотине приходится учиться переводить скрипы на язык прыжков.

– Так и думал, что найду тебя здесь.

– Я наблюдал за сборщиками шлака.

Корг подошел и встал рядом с ним.

– Знаю.

Грил украдкой метнул взгляд на Корга. Они с вожаком были похожи. Сыновьям и дочерям дома Голиаф с рождения были суждены сила и выносливость, но кроме этого – особо ничего. Корг был крупнее, после двадцати пяти лет суровой жизни и зависимости от стимуляторов его мышцы вздувались и бугрились под литой броней. По коже головы тянулась приплюснутая полоска волос, которая разделялась на множество тонких косичек, болтавшихся на загривке толстой шеи. Впрочем, в основном внимание привлекало к себе его лицо.

Когда-то в начале карьеры Корга кто-то – ныне, скорее всего, уже покойный – практически оторвал ему нижнюю челюсть. Грил слыхал, будто это случилось в тот день, когда Корг взял Королей Стальных Ворот под свой контроль. Аугметическая замена, приделанная на место отсутствующей челюсти, выглядела грубо и выдавалась вперед. По бокам она была утыкана пневматикой и клапанами. Механизмы уходили под кожу на щеках и соединялись с автоматической оснасткой.

Такая же оснастка висела на шее у самого Грила. Техно-ошейник регулировал подачу стимуляторов, которые струились в его организме и поддерживали функционирование тела. Такие имелись у каждого из сыновей дома Голиаф. Привязь, которую вручали в руки их хозяевам. Даже у Корга где-то был хозяин. Это походило на цепь со множеством звеньев. Корг являлся одним из них, Грил – другим.

Грил провел загрубелой ладонью по своему скальпу. По центру головы шла полоса волос. Он подстригал их коротко, не давая расти ввысь и вширь, как делали некоторые другие. Ему не требовалось выглядеть повыше, а у противника в драке оставалось меньше возможностей ухватиться.

Корг облокотился на перила мостика, от чего тот тревожно шевельнулся. Грил осторожно наблюдал. Он не нравился Коргу. Коргу никто не нравился, разве что, может быть, тот человек, который снабжал Королей ящиками с пивом. И даже несмотря на это, кто-нибудь обязательно пробовал пиво до него.

– Люблю дождь, – произнес Корг. – Все успокаивается. Когда спокойно, дела идут. Если слишком жарко, машины ломаются, а с ними и люди.

Грил молчал.

Корг продолжал наблюдать за дождем.

– Сейчас вот слишком жарко. Слишком много стали мелькает без причины. Когда слишком жарко, люди принимают неудачные решения. Бизнес страдает.

Кулаки Корга сжались, и металлический поручень смялся, словно бумага.

Грил помедлил. Затем набрал воздуха и заговорил:

– Все начали Повелители Хлама.

Это были не они – а Грил – но он был вполне уверен, что Коргу об этом неизвестно. Грил понимал, что если бы Железнозубый знал, то он сейчас уже был бы мертв. Того бы поддержали и другие – Тенд, Паско, даже Обжора. Им уже несколько месяцев хотелось драки, какой угодно драки.

– Неважно, кто все начал. Гильдийцам это не нравится, – голос Корга звучал ровно. Спокойно. Или настолько спокойно, насколько возможно. Грил распознал эти симптомы. Корг обдумывал проблему. Он уже принял решение, но сейчас стремился оправдать его перед самим собой. Однако это не объясняло, зачем он искал Грила.

Тому хотелось задать этот вопрос, но он не стал.

– Собираешься прикончить Джакса?

Долгое мгновение Корг молчал. Грил уже заволновался, не перегнул ли. Невозможно было сказать, что выведет Железнозубого из себя. В конце концов, Корг отошел от погнутых перил, лениво разминая руки.

– У всего есть предназначение. Мы тут ничего не растрачиваем впустую. Ни руду, ни кровь, – он посмотрел на Грила. – Ты понимаешь?

Грил кивнул.

– Понимаю.

– Хорошо. – Корг перегнулся через край мостика, сплюнул и отвернулся. – Повелители Хлама хотят устроить разборку. Это тебе понятно?

Грил снова кивнул.

– Понятно. Мы с ними встретимся?

Корг улыбнулся. Это была мерзкая гримаса, которую еще больше усугублял стальной блеск его зубов.

– Ага. Уже договорился. Слюнтяи заволновались. Ожидают крови.

– Они думают, ты прибьешь Джакса.

– Или что он прибьет меня.

Грил решил надавить чуть сильнее.

– А он может?

Корг сделал паузу. Его руки – здоровенные уродливые груды мышц – дернулись. Он непроницаемо поглядел на Грила.

– Ну мы поглядим, да?

– Мы?

– Ты идешь со мной на разборку. Будешь моим секундантом, – остатки рта Корга скривились в жуткой улыбке. – Это честь.

Грил фыркнул, но промолчал. Выражение благодарности было слабостью. Голиафы заслуживают любых почестей и славы, которые им достаются. Улыбка Корга стала шире, и Грилу подумалось, что тот доволен. Сделав шаг к люку, Корг поманил его.

– Пошли.

Грил нахмурился.

– Сейчас?

Корг подошел к люку.

– Ты не слушал что ли? Сейчас прохладно. Хорошее время для разговора, – он помедлил и глянул назад. – Но прихвати свой ключ для труб. Чисто на всякий случай.

Внизу, на полу цеха, их ждал Обжора вместе с остальными. Как и Грил, все они были крупными и молодыми. Обжора был самым высоким. Из его тела торчали десятки стим-узлов, голова была голой, если не считать племенных татуировок.

Тенд и Паско были пониже, но шире Обжоры. Паско был смуглым, его голову венчал массивный гребень малиновых волос, а литейную броню покрывали зарубки – по одной за каждый пробитый им череп. Тенд был бледным, его лицо украшала татуировка, напоминавшая череп. Кости были наколоты и у него на руках, а на прикрывавшей тело литейной броне были вырезаны очертания ребер.

Вместе эта троица составляла внутренний круг банды. Они были с Коргом еще до того, как тот начал всем заправлять, и поднялись вместе с ним. Совместными усилиями они держали остальную банду в узде, где это было возможно. Если бы кто-то захотел бросить вызов Коргу, ему бы пришлось сперва пройти через этих троих. Выражение лица Тенда было почти невозможно разобрать из-за его татуировок.

– Недомерок, – дружелюбно проговорил он.

Грил ухмыльнулся. Тенд ему нравился.

– Клапанщику мозгов не хватает из-под дождя уйти, – сказал Обжора. Паско хихикнул в ответ на эту демонстрацию остроумия. Улыбка Грила пропала, руки сжались в кулаки. Корг махнул рукой, пресекая резкий ответ еще до того, как тот сорвался с губ.

– А мне нравится дождь, – произнес Корг. Секунду он глядел Обжоре в глаза, и этого хватило, чтобы бандит отвел взгляд. Затем он дернул головой. – Собирайтесь. Пора идти на разборку.

Чтобы решить, кто пойдет, не понадобилось много времени. В конечном счете, их набралось восемь. Корг выбрал в довесок Лорга, Джока и Большого Амбала. Лорг с Джоком не представляли из себя ничего особенного – так, мускулы в поисках возможности размяться. Когда они не могли этого услышать, Тенд называл их мясными щитами. Большой Амбал оправдывал свое имя. Переизбыток стимуляторов роста превратил его в гору мышц. По крайней мере, так говорили. Грил ни разу не спрашивал. Общение с Большим Амбалом зачастую требовало больших усилий, чем того стоило.

Все они были облачены в литейную броню и вооружены. Паско даже прихватил свою колотушку – громоздкий автоматический гранатомет. У Грила был при себе стаб-пистолет в кобуре на пояснице, где не бросался в глаза, а ворот для патрубков он сунул себе за пояс, чтобы было легко достать.

Корг никогда не носил огнестрельного оружия. Ему хватало своего «раздирателя». Большой топор с зубьями предназначался для работы обеими руками, но Корг довольно легко махал им при помощи одной. Грил однажды видел, как Железнозубый одним ударом практически развалил неудачливого подонка надвое.

Пока они шли к гавани, дождь продолжался. От охладителя воздух приобретал странный привкус, а на коже Грила оставался склизкий осадок. Гребень Паско сплющился, со стим-узлов Обжоры стекали капли. Всю дорогу за ними наблюдали – из витрин и переулков высовывались бледные лица. Детвора из церковного орфанариума носилась вокруг, возбужденно перешептываясь, или же забегала вперед, разнося новости об их приближении. Когда намечались неприятности, известия распространялись быстро.

Путь до гавани не занял много времени. Та располагалась на кромке громадного резервуара и походила на какой-то промышленный мусор. Причалы и молы торчали над застойными водами, где грязевые фермеры занимались своими плавучими участками. К противоположному берегу и обратно двигались траулеры, волочившие по накипи на поверхности огромные неводы для гнили.

Время от времени один из траулеров исчезал, угодив в водоворот, образовавшийся из-за постоянных протечек на дне резервуара. Впрочем, уровень воды никогда не понижался надолго. Его постоянно пополняли доверху Блевотина и стоки с верхних уровней.

Доки Грила не интересовали. В них воняло гнилью, отсыревшей древесиной и поблескивающим птичьим пометом. Биомеханические пернатые гнездились в высоте над поселением, сидя на старинных воздуховодах или распределительных трубах. В начале цикла они кружили над резервуаром, заполняя воздух своими криками, похожими на шипение помех.

Когда они прибыли на место, представители Повелителей Хлама уже их ждали. Тех было десять, и они растянулись цепью вдоль улицы. Грил узнал некоторых. Лоно Два Пистолета. Громила Фоск. Остальные лица были новыми – отбросы, недавно подобранные на литейных уровнях.

– Свежее мясо, – произнес Тенд.

– Он нас оскорбляет, – прямо сказал Обжора.

– Проверяет, – пробормотал Грил.

Обжора глянул на него.

– Что ты сказал, клапанщик?

– Он нас проверяет. Смотрит, пришли мы поговорить или подраться.

– А чего бы не все сразу? – поинтересовался Паско. Он с любовью похлопал по своей колотушке. – Железнозубый, хочешь, я начну бал?

– Нет. Мы пришли разобраться. Не лить кровь. Если он захочет все начать – хорошо. Но Железнозубый Корг свое слово держит, – Корг говорил громко, чтобы его слышали наблюдавшие Повелители Хлама. – Кого угодно спросите: Железнозубый Корг не лжет.

– Мы тоже, Железнозубый, – Громила Фоск выступил вперед с тяжелым силовым молотом в руках. Оружие он держал низко, как будто чтобы не выставлять его напоказ. – Ложь для слабаков. Сильным она ни к чему. – Он обвел взглядом Грила и остальных, остановившись на Обжоре. – Кто твой секундант?

Корг постучал костяшкой пальца по литейной броне Грила.

– Он.

Фоск моргнул, осмысливая услышанное.

– Ты уверен?

– Он уверен, – произнес Грил, позволив своей руке лечь на ключ для труб.

Фоск ухмыльнулся, продемонстрировав сломанные зубы.

– Годится, – он отступил в сторону. – Вы двое идите. Остальные остаются тут.

– Ты кто такой, чтоб указывать, куда нам можно идти в нашем же городе? – прорычал Обжора. Остальные Короли ощетинились, и Повелители Хлама напряглись в ответ. Грилу показалось, что воздух потрескивает, и он знал, что понадобится всего одно слово – одно резкое движение – чтобы они вцепились друг другу в глотки.

Ему хотелось не столько войны, сколько неизбежно сопутствующих ей возможностей. Во время войны можно было много чего сделать. Можно было высоко подняться или потерять всё. Можно было приобрести союзников, врагов, состояние… он мог бы отобрать власть у обладавших ею.

Нет, Грил не хотел войны. Ему просто хотелось взобраться выше по цепи.

Однако раздумывая, а чем это место плохо для начала, он осознал, что Корг за ним наблюдает. Не внимательно или пристально. Лениво. Как будто Грил мог сделать что-нибудь интересное. Внутри пробежал холодок. Не страх. Не совсем. Это было то же ощущение, какое бывает, когда кажется, что труба у тебя под ногами вот-вот лопнет.

Его рука соскользнула с ворота для труб.

– Это они созвали разборку, – произнес он. Обжора развернулся к нему, ощерившись. Но прежде, чем тот успел заговорить, Корг уронил свою руку ему на плечо.

– Грил прав. Они созвали разборку, им и ставить условия. Оставайтесь тут. Смотреть в оба, кулаков не разжимать.

Обжора неохотно кивнул и отступил. Паско и остальные заняли позиции напротив Повелителей Хлама. Если дойдет до драки, та будет кровавой и быстрой. Некогда бежать в укрытие. Просто две группы палят друг в друга, пока одна не попадает. Все как любили Голиафы.

Фоск сделал шаг назад и махнул рукой, показывая, что путь открыт. Грил последовал за Коргом на пристань. Запах сырости усилился, а плеск илистой воды о феррокритовые опоры стал громче.

Дробильщик Джакс ждал их в конце проржавевшего мола. Он сидел на причале в принесенном с собой кресле. Там стоял небольшой столик и второе кресло, приготовленное для Корга.

Джакс был одних габаритов с Коргом. Его волосы были поставлены жестким гребнем цвета толченой трупной муки, а лицо представляло собой мешанину рубцовой ткани и татуировок. В отличие от Корга, он демонстрировал свое богатство нарядом – кольцами на пальцах и ожерельем из кредитов, побрякивавших о его литейную броню. Некоторые из зубов у него тоже были золотыми. Молва утверждала, что если за игорным столом дела шли плохо, Джакс просто бил себя кулаком в лицо.

Он сделал жест рукой.

– Присаживайся, Железнозубый.

– Мне нравится стоять, – рыкнул Корг. – Если мужчина не в состоянии стоять на собственных ногах, он годится только в кашу.

Джакс фыркнул.

– Железнозубый, тут никого, кроме нас, – с этими словами он бросил взгляд на Грила, и тот не знал, оскорбиться ему или нет. – Некого впечатлять. Хочешь садись, хочешь стой – мне без разницы.

Корг что-то проворчал и сел. Кресло заскрипело.

– Хорошее кресло, – произнес он.

Джакс посмотрел на гавань.

– Сам сделал.

– У тебя всегда был к такому талант.

– А у тебя всегда был талант распознавать таланты, – Джакс глянул на Корга. – Впрочем, найдя, ты их никогда не ценил.

Корг закатил глаза.

– Ты остался жив.

– Не благодаря тебе. – Джакс указал на Грила. – Он новенький?

– Довольно-таки.

– Он не слишком разговорчив.

– От него это и не требуется, – Корг огляделся. – А твой где?

– Она рядом, – улыбнулся Джакс. Грил напрягся. Возможно, снайпер. Повелители Хлама любили свои игрушки. Корг рассмеялся. Он не выглядел встревоженным.

– Пойдет. Ты созвал разборку. Начни разговор.

Джакс почесал подбородок.

– В основном мне просто хотелось узнать, что тебе надо. Почему твои парни собираются воевать с моими.

– А это так?

– Ты отрицаешь? – Джакс указал в сторону поселения. – Перестрелки вспыхнули почти в каждом квадратном квартале. Короли хотят крови, так говорят.

– А Повелители Хлама нет?

Джакс покачал головой.

– Не так. Не мы это начали.

Корг встретился с Грилом глазами, и у Грила опять возникло ощущение, что все сползает не туда. Он гадал, не заподозрил ли Корг чего-то. Но Железнозубый лишь сплюнул.

– Это ты так говоришь. На самом деле, без разницы, – он подался вперед и хрустнул костяшками. – Я хочу, чтобы ты сдал назад, Джакс. Играй в короля свалки, если так хочешь, но не пытайся выделываться на нашей территории. Все от податных ворот до плавилен – наше. Так было всегда.

– Но вот будет не всегда, – Джакс погремел своим ожерельем. – Если так подумать, может и пришло время. Мы на подъеме. Хлама прибавляется, а с ним и кредитов.

– Потрать их где-нибудь в другом месте.

Пока дискуссия накалялась, Грил обвел взглядом гавань. В свете плавилен стоки окрасились в тускло-оранжевый цвет. Над водой плыли огромные мерцающие облака спор железной плесени. Над неспешным течением гудело несколько старинных гелиоскиммеров, собиравших споры в воздухе. И было что-то еще – на самом пределе слышимости. Тихий скребущий звук. Будто кожа терлась о металл.

Он посмотрел вниз. Когда-то мол был мостиком. Сквозь металлические планки виднелась вода под ним. Там внизу что-то двигалось. Что-то большое. Это что-то ударилось об опору, и мол задрожал.

– Вот видишь, ты ее расстроил, – произнес Джакс.

Глаза Корга сузились.

– А ты расстроил меня, Джакс. Дела шли хорошо. А теперь ты создаешь проблемы и ради чего?

Джакс пожал плечами.

– Может, пришла пора тебе научиться делиться, Корг. В Стальных Воротах хватит места двум боссам. Падаль, да там бы и четырем-пяти хватило. Но меня устроят и двое, если ты не против, – он откинулся в кресле. – Не я все начал, и это правда. Может, просто пришла пора.

Корг поднялся на ноги.

– Может и так. Может, сейчас и начнем.

Джакс вскочил и встал напротив него, ответив на яростный взгляд своим собственным.

– Меня устроит. Можем начать отрываться по полной прямо сейчас, Железнозубый. Повелители против Королей, победитель забирает всё.

Рука Грила поползла к стаб-пистолету. Не имело значения, кто нанесет первый удар. Ни один из них не уйдет с мола. Он об этом позаботится. Какое-то время будет хаос. Масса возможностей почистить старую руду и сделать что-нибудь новое, как говорится.

Корг вдруг отступил назад и улыбнулся.

– А это хорошая идея, Джакс.

Джакс замер с выражением замешательства на лице.

– Что?

Грил тоже остановился, озадаченный неожиданным спадом напряжения. Он был уверен, что они вот-вот сорвутся. Он быстро отвел руку от пистолета и огляделся. Корг видел что-то такое, чего он не заметил?

– Бой, – сказал Корг. – Победитель забирает все. Мой секундант против твоего.

Грил обернулся. Корг улыбался ему. Ощущение, будто он на прохудившейся трубе, вернулось и стало еще сильнее, чем раньше. Корг знал. Он откуда-то знал.

Лицо Джакса медленно расплылось в ухмылке.

– О, а это славно. И что будет, когда моя девочка победит?

Корг пожал плечами.

– Мы отступим. Позволим вам занять часть территории. Поделим поселение. А если победит мой парень, вы останетесь на своих свалках. Все довольны, особенно гильдийцы.

Джакс рассмеялся.

– Ну что ж, давай.

Грил нахмурился, но ничего не сказал. Его обвели вокруг пальца. Теперь он это понимал. Именно поэтому Корг и выбрал его секундантом. Но это было ничего. Он мог справиться.

– Пушки, – произнес он.

– Нет, – сказал Джакс. – Никаких пушек. Но все остальное годится. Моя крошка не пользуется пушками. Скажем так, не ее стиль.

Стало быть, не снайпер. Грил слегка расслабился, а Джакс сунул два пальца в рот и пронзительно свистнул.

Какой-то миг было слышно только эхо свиста, да отдаленное шуршание воды. А затем нечто тяжеловесное высунулось снизу, проломив часть мола, и с кашляющим ревом выбралось из воды.

Широкая клиновидная морда ищуще приподнялась вверх и разинула пасть, извергнув наружу смрад гниющего мяса и грязи. Блеснули сотни желтеющих клыков, похожих на острые осколки. Мощные когти вцепились в металл и вытащили на мол остальную часть массивной рептилии. Сооружение угрожающе колыхнулось, и чудовище недовольно заурчало. Оно грохнуло хвостом, опоры заскрипели и покачнулись.

– Поздоровайтесь с Костедробилкой, – произнес Джакс. – Ну, разве она не красотка?

Костедробилка всхрюкнула, и из ее пасти снова вырвался порыв зловонного воздуха. В длину от рыла до хвоста она была больше роста Грила и доставала тому до пояса. Она стояла на четырех подогнутых коренастых конечностях, а чешуйчатое тело было толщиной с бочку для прометия. Шесть багровых глаз, глубоко посаженных на приплюснутой голове, пристально глядели на Грила.

– Сточный крокодил, – прошептал Грил. Это определенно была плохая труба, но времени спрыгивать уже не осталось. Легенды гласили, что эти твари являлись потомками какого-то древнего домашнего питомца, выброшенного богатым дураком из Шпиля и вынужденного сражаться за свою жизнь в трубах и стоках Подулья.

– Поразительно, чего только не найдешь на свалках, а? – Джакс легонько потрепал зверя. – Старушка Костедробилка лучше любой пушки или «раздирателя». Сточный крокодил сожрет что угодно, если достаточно захочет есть. Вот почему я держу мою девочку слегка голодной.

– Грил и сам не промах, – снисходительно сказал Корг. – Он умник. – Он посмотрел прямо на Грила. – Так ведь?

Сглотнув, Грил вытащил свой ворот для патрубков. В руке тот показался ему ужасно маленьким, и он задумался, каково это – быть съеденным сточным крокодилом. Он глянул на Корга, но не увидел там спасения. Это было наказание, ясно и просто. Пусть будет так. В Блевотине он научился справляться с авариями. Если труба подалась, остается только прыгать и надеяться, что приземлишься где-нибудь в безопасном месте. Встретившись взглядом с Коргом, Грил коротко кивнул и развернулся к ожидающему противнику. Джакс отступил назад и снова свистнул.

Взревев, Костедробилка затопала вперед. Она двигалась быстрее, чем ожидал Грил. Широко раскрыв пасть, она щелкнула зубами, и Грилу пришлось броситься в сторону, уходя от атаки. Мостик зашатался, будто пьяный – зверь крутанулся на месте, едва не сбив своим хвостом Джакса с ног. Вместе с Коргом тот перебрался в спокойное место, оставив Грила одного на раскачивающемся молу.

Сточный крокодил устремился к нему, переваливаясь из стороны в сторону и издавая низкое мычание своими гортанными мешками. Грил попятился, силясь удержать равновесие. Такими темпами мол должен был обрушиться. Зверь снова бросился на него, зубы пронеслись мимо руки. Ему доводилось видеть, что остается после сточных крокодилов. Тем требовался всего один укус. Если она всадит в него зубы, он покойник. Он ударил своим воротом для труб и попал ей сбоку по голове. Ощущение было такое, словно бьешь по литейной броне.

Зверь врезался в него, и он растянулся. Он пополз в сторону, пока Костедробилка хватала зубами, пытаясь зацепить ногу или руку. Мостик прогнулся. Он извернулся, схватил ворот обеими руками и с силой обрушил его вниз – как ему казалось, ей между лопаток.  Сточный крокодил заревел и хлестнул хвостом, массивным, словно балка. Грил сумел перепрыгнуть через подсекающую его конечность, но еле-еле. Как только подошвы ботинок коснулись металла, он ощутил, что одна из опор внизу наконец-то не выдержала.

Мол внезапно накренился, едва не сбросив его в илистую воду. Он зацепился за настил своими сильными пальцами, остановив падение, и крякнул – растяжение руки вышло за пределы болевого порога. Фиксируя ускорение пульса и прилив адреналина, автоматическая оснастка впрыснула в кровеносную систему больше стимуляторов. Сердце забилось быстро, мир стал податливым и истерся по краям. Единственным, что казалось реальным, была Костедробилка, которая, скользя, пробиралась к нему, с хищной сосредоточенностью прищурив красные глаза.

Он ударил воротом по металлу, подманивая ее.

– Давай же, – прорычал он. – Давай!

Он подтянул к себе ноги и поджал их, удерживаясь на месте при помощи одной руки. Когда Костедробилка подползла поближе, он прыгнул и ударил зверя в рыло. Сточный крокодил завертелся, щелкая зубами, а он стал карабкаться по спине твари. Та инстинктивно перекатилась, впечатав его в мол. От резкого движения не выдержала еще одна опора, издавшая визг гнущегося металла.

Вода устремилась к нему навстречу, увлекая в свои холодные глубины. Поле зрения заполнил погружающийся мол, и Костедробилка последовала за ним. Вода здесь была глубже, чем он думал. Дна он не видел. Опоры были прикручены в заросшему илом куску металлолома, поднимавшемуся из неосвещенной бездны. Сточный крокодил стрелой несся к нему, двигаясь уже без неуклюжести – быстро и с жутковатой грацией.

Деваться было некуда. Стиснув зубы, он развернулся, и туша врезалась в него. Он еле увернулся от челюстей, но чешуйчатая шкура пустила ему кровь сбоку, где литейная броня прикрывала не полностью.

Его отбросило в красном облаке, а она развернулась, взмахнув хвостом, и снова атаковала. На сей раз он был готов. Держа ворот для труб вертикально, он сунул его вперед, прямо в раскрытые челюсти. Сточный крокодил рефлекторно захлопнул рот, и инструмент засел в складках пасти. Грил понимал, что ей понадобится всего секунда, чтобы избавиться от приспособления. Ему требовалось более основательное решение. Он огляделся, высматривая оружие, острый край, что-нибудь.

Он увидел мол, который медленно погружался в облаке частиц ржавчины, по секциям сползая вниз. Несмотря на то, что на краю обзора плясали черные точки, а жижа обжигала глаза и кожу, у него начал складываться план. Голиафы могли задерживать дыхание дольше других, однако нужно было заканчивать быстро.

Пока зверь яростно дергался, Грил стал загребать воду, уплывая к тонущему молу. Он боролся с тягой течения и собственными натруженными легкими. Стимуляторы вкачивали в мучимые болью конечности ложное ощущение силы и очищали разум от усталости. За это предстояло поплатиться позже, если он выживет. Но сейчас они были ему необходимы. Его идея требовала точности, которую могли дать лишь стимуляторы.

Он добрался до мола, ухватился за ржавый край и втащил себя в объятия сооружения. Он петлял между сломанных распорок, распарывал себе плечи и скальп, но не останавливался, заставляя себя двигаться все быстрее и быстрее, поскольку чернота перед глазами все разрасталась. Еще несколько мгновений – вот и все, что ему требовалось. Совсем чуть-чуть быстрее.

Позади он чувствовал вибрацию – Костедробилка двигалась по его следу. Она неслась за ним сквозь тонущие металлические секции, хлеща хвостом из стороны в сторону. Сточный крокодил был голодным, а еще тупым. Плохое сочетание.

Мол все еще опускался, когда он добрался до противоположного края и той дыры, где изначально выбирался на поверхность. Он метнулся в нее, кромка задела бедра, и по телу прошла болезненная судорога. Почти задыхаясь, он извернулся в облаке грязевых пузырей.

Крутанувшись, он увидел, что Костедробилка влетела в дыру через полсекунды после него. Недостаточно быстро. Распорки сомкнулись, словно челюсти капкана, прижав сточного крокодила. Из пасти твари вырвался поток пузырей, она боролась с запершим ее металлом. Тот слегка подавался, но она крепко попалась. В точности как он и надеялся.

Мол заклинило между оставшихся опор – наполовину в воде, наполовину над ней. Вокруг, словно дым, поднимались облака ила и ржавчины. Грил ухватился за металл и приготовился подтянуться наверх, навстречу свежему воздуху. Но остановился. Он посмотрел вниз и встретил все более паникующий взгляд зверя. Ей не освободиться. Не хватит времени. Она здесь утонет.

Он капитулировал перед протестующими легкими и полез наверх, вынырнув на поверхность и судорожно дыша. Цепляясь за обвалившийся мол, он поднял глаза. Корг, Джакс и остальные пристально глядели вниз. Корг насмешливо улыбнулся и дружелюбно похлопал Джакса по плечу.

– Похоже, мы победили, – произнес он.

– Где она? – спросил Джакс. – Где моя крошка?

Грил посмотрел на него, а затем снова вниз.

– Там, внизу, – сказал он. – Погоди.

Прежде, чем кто-либо успел его остановить, он набрал воздуха и погрузился под воду.

Это был глупый поступок. А может и умный. Он еще не решил. Время покажет. Он едва мог что-то видеть, но пробирался вниз наощупь. В Блевотине приучаешься работать вслепую. Он двигался на вибрацию. Костедробилка была там же, где он ее оставил. При его приближении она забилась, но он не обращал внимания. Схватившись за кромку дыры, которая ее прижимала, он уперся ногами с обеих сторон от ее головы. Стимуляторы заработали, прокачиваясь по его телу, и его мускулы вздулись.

Металл шевельнулся, заскрипел, застонал – и, наконец, подался. Сточный крокодил метнулся вперед, отшвырнув его в сторону. Костедробилка судорожными рывками устремилась к поверхности, истекая кровью из дюжины небольших ран. Грил оттолкнулся от металла и последовал за ней. Стимуляторы выходили из его организма, оставляя после себя слабость и дрожь. Он еле сумел добраться до поверхности.

Хватая воздух, он выбрался на боковину мола и потянулся навстречу рукам товарищей по банде. Тенд вытащил его наверх.

– Умный ход, недомерок, – шепнул он.

Грил слишком устал, чтобы говорить. Он осел на колени, с него потоками стекала грязная вода. Он огляделся по сторонам. Тут были Обжора, Паско и все прочие. В какой-то момент им разрешили приблизиться к происходящему – как он предполагал, чтобы получше рассмотрели, как Костедробилка его сожрет. Обжора яростно смотрел на него, но остальные выглядели довольными. Или, по крайней мере, повеселившимися.

Внизу ревела и плескалась Костедробилка – рассерженная, голодная и сбитая с толку. Такие же ощущения были и у ее хозяина. Джакс подошел к Грилу с хмурым выражением на лице.

– Ты ее спас. Почему?

Грил поднял на него взгляд. Сплюнул воду.

– Хорошая драка, – произнес он.

Джакс на мгновение уставился на него, а затем рассмеялся.

– Не такая уж хорошая. Она проиграла, – он глянул на стоявшего неподалеку Корга. – Вижу, Короли честно зарабатывают свою репутацию.

– У нас так всегда, – произнес Корг.

– Может и так, – Джакс вздохнул и обвел воду взглядом. – Хотел бы я тут обосноваться. – Он покачал головой. – Может быть, в другой раз.

Корг пожал плечами.

– Может быть. А пока что убери своего сточного крокодила из моего резервуара.

Джакс снова рассмеялся и двинулся прочь, созывая своих парней.

Корг поглядел ему вслед и обернулся к Тенду с остальными.

– Идите с ними. Убедитесь, что они ушли.

Когда те удалились, чтобы проследить за Повелителями Хлама, он с испытующим видом посмотрел на Грила.

– Зачем ты ее спас?

– Джакс любит эту тварь. Если мы ее убьем, он воспользуется этим поводом, чтобы начать драку.

– Возможно, – Корг покачал головой. – Думал, ты умный, да? – Он говорил, понизив голос, чтобы больше никто не смог его услышать. – Думал, начнешь войну и поглядишь, что с нее поимеешь, а?

Грил обдумал свой ответ, а затем кивнул. Если Корг и так все знал, не было смысла пытаться соврать.

Корг фыркнул.

– Ага. И впрямь умник, – он сделал паузу. – Не люблю умников. От умника только и жди проблем. Но чтоб побить этого сточного крокодила, а потом спасти его, требовалась смелость. Теперь Джакс нам должен, и он об этом знает.

– Должен мне, – произнес Грил.

Крякнув, Корг обдумал и это.

– Ага. У тебя есть смелость и мозги. Возможно, и того, и другого с перебором, – он вперил в Грила жесткий взгляд. – Мы в Стальных Воротах ничего не растрачиваем впустую. Ни руду, ни кровь. Всему есть применение. Даже умникам. – Он поставил свой ботинок Грилу на загривок, заставив того распластаться на земле. – Но порой, какой бы полезной ни была вещь, она все равно ломается.

На шею и позвоночник Грила навалился вес, и он почувствовал, как и без того измученные кости тревожно заскрипели. Надавить чуть сильнее – и они сломаются. Грил вцепился в землю, пытаясь облегчить нарастающую боль, но изнеможение лишило его сил. Стимуляторы переставали действовать, и его тело казалось дряблым и опустошенным.

Боль становилась все сильнее, перед глазами вспыхивали красные огни агонии. Но как раз в тот момент, когда Грил решил, что Корг намерен растереть его шею в порошок, предводитель банды спросил:

– Теперь понимаешь?

– Ага, – отозвался Грил сквозь сжатые зубы.

Корг отпустил его и отвернулся.

– Хорошо. Подъем. Ты же Король, помнишь?

Грил медленно, через боль, поднялся на ноги и потер загривок. Он посмотрел вслед уходящему Коргу, а затем наклонился вперед и сплюнул в воду внизу.

– Помню, – тихо проговорил он.

Книга загружена из Warpopedia - Гильдии Переводчиков Warhammer & Warhammer 40,000

wiki.warpfrog.wtf