Воздаяние / Retaliation (рассказ)

Материал из Warpopedia

wiki.warpfrog.wtf

Воздаяние.

Это слово было таким простым. Однако Фиорос Лот знал, что оно вселяло страх в сердца врагов Империума — точно так же, как и он сам. Чудовище, подавитель, крадущийся кинжал в темноте — пустой.

Фиорос открыл свои глаза. Они были серыми, но не цвета штормового моря или яростных грозовых фронтов. Они были серыми, словно пустота — та самая пустота, которая лежала за ними. Человек оглядел своё окружение. Они называли это его покоями. Он знал — это было его тюрьмой.

Это была шарообразная комната, созданная из латуни и адамантия. Каждый дюйм этих стен был покрыт печатями чистоты, призванными погасить его влияние и держать Фиороса в изоляции — до тех пор, пока они не будут нуждаться в нём. Сама комната парила между массивными намагниченными репульсорными плитами, которые поддерживались в подвешенном состоянии антигравитационным полем. Не было способа покинуть это место, пока они не пришли бы за ним.

Внутри этой ячейки на борту гладкого безымянного корабля Фиорос глядел на маску, которая лежала на решётчатом металлическом полу прямо перед ним. Она глядела на него в ответ — такая же пустая, как и её обладатель. Полированная серебряная поверхность, складывающаяся в стилизованный череп, отражала дар своего носителя. Всевозможные загадочные механизмы выступали позади неё, формируя ужасающие очертания Анимус Спекулум. Шипованное сферическое устройство из покрытого медью металла находилось на левой стороне маски-черепа — это было единственное оружие, в котором нуждался Фиорос, позволявшее ему выплёскивать чистую тьму своего разума на врагов.

Он не наслаждался своими трудами, так как не понимал сути наслаждения. Всё, что он понимал — его задача в этой галактике. Найти цель. Свершить воздаяние. Найти цель. Свершить воздаяние. Снова и снова.

Предназначение. Оно было тем, что они дали ему после всех тех лет, которые он провёл как изгой и монстр, выставляемый не иначе как воплощение ереси. Воздаяние было его предназначением.

В уголке его комнаты зажёгся красный люмен, говорящий о том, что время снова настало. Фиорос опустил свои руки на обе стороны тяжёлой маски, встал и, подняв её, надел на голову. Он вздохнул, когда замки массивного приспособления защёлкнулись вокруг его шеи. Внутренности маски были единственным местом, которое было известно ему как дом.

Отточенными движениями он застегнул пояс, на котором висели псайк-аут гранаты, и открыл дверь своей комнаты, вдавливая руну активации для того, чтобы подать сигнал своей готовности. Дверь скользнула вбок с мягким шипением, открывая пятнадцатифутовое пространство между его подвешенным в воздухе обиталищем и следующей дверью. Две вооружённые штормболтерами турели, расположенные по углам, немедленно направили стволы в его направлении. И только потом, сопровождаемые шумом чудес древней и почтенной технологии, несколько репульсорных плит отделились от стен и подлетели ближе, формируя мостик. Первая из них едва заняла своё место, а Фиорос отмеренными шагами уже двигался по формирующемуся прямо под его ногами переходу.

Фиорос достиг галереи, залитой красным светом. Сложные пси-трекерные ауспики мягко прозвенели, подтверждая нахождение цели на поверхности планеты, что сейчас висела под чёрным боевым кораблём. Два громоздких сервитора с головами, скрытыми под чёрными капюшонами, уже ждали Фиороса. Их руки оканчивались плазменными ружьями и устрашающего вида когтями — мужчина знал, что они были приписаны к нему для создания иллюзии контроля. Однако повелители не могли обмануть его таким способом. В конечном итоге, они обманывали лишь самих себя, полагая, что сервиторы могли остановить его, если бы он вздумал пойти против них. Но зачем это могло ему понадобиться?

Время пришло. Найти цель. Принести воздаяние. Таким было предназначение. И никаким другим.

Два сервитора заняли свои места по обе стороны ассасина-кулексус, сопровождая его через заранее подготовленный коридор в ангар корабля, где его ждал орбитальный челнок. Мужчина понимал, что они сопровождали его словно зверя, но это его не заботило. Сейчас Фиороса заботила только одна вещь.

Его долг.

Воздаяние.

Это слово было таким простым, хотя оно и несло так много обличий, сколько никогда не носила сама Зара Нокс. С воздаянием никогда не было так просто: оно приходило в мириадах форм, настолько же многочисленных, как и те, кто принимали воздаяние из рук Зары. Только подобрав подходящее из бессчётных обличий, она приходила, чтобы доставить этот дар. Также была боль. В комнате, настолько же безликой, как и она сама, Зара ещё раз претерпевала мучительные изменения, свойственные её профессии. Она переносила этот процесс в стоическом молчании. Для неё это был в равной степени дар и оружие.

Полиморфин делал свою работу: её гибкое и податливое тело изменялось, становясь неуклюжим. Мускулатура Зары обретала ещё более чёткий рельеф, её челюсть становилась шире, а её кости ломались и срастались вместе, принимая новую форму. Женщина потянулась, когда её позвонки снова встали ровно, делая её больше и изменяя весь её силуэт

Красный люмен в углу комнаты Зары загорелся, говоря о том, что время настало.

Пальцами, которые ей больше не принадлежали, Зара ощупала своё новое лицо.

Затем она кивнула и покинула свою маленькую комнатку. Это лицо было абсолютно не похоже на женщину, которой оно теперь принадлежало. И всё же это было её лицо. Оно не было лицом ассасина-каллидус Зары Нокс, но это всё ещё было её истинное лицо. Это было лицо одной-единственной вещи.

Лицом её долга.

Воздаяние.

Это слово было таким простым. Чёткое, наполненное единственным толкованием, словно находящая цель пуля. В нём не было места для других интерпретаций, оттенков и нюансов. Воздаяние было чистым и простым, прямым и ясным в своей точности. В этом оно мало чем отличалось от Моритана Каллена — так как он сам был олицетворением воздаяния.

Моритан сидел со скрещёнными ногами в своей пустой комнате, а винтовка «Экзитус» находилась на его бёдрах. Одна из его обёрнутых в чёрные перчатки рук покоилась на прикладе оружия, тогда как другая лежала прямо на глушителе.

Моритан знал, что другие находили эту часть войны раздражающей — ожидание. Иногда оно действовало на нервы даже членам других храмов Оффицио Ассасинорум. Конечно, они никогда бы этого не признали — но он знал. Он мог видеть это, чувствовать это в их осанке. Они не понимали значение истинного терпения, истинной стойкости. Требовался кто-то другой с похожим складом ума, чтобы полностью принять эти установки. Это был единственный путь принести воздаяние в его самой полной и славной форме; затаиться в ожидании, как паук, и выжидать — днями, неделями, и даже месяцами — пока не наставал идеальный, незамутнённый ничем момент.

С этими мыслями, Моритан внезапно начал действовать. Движениями, за которыми скрывался отточенный навык, он провёл несколько ритуалов ухода, чувствуя под своими пальцами мельчайшие части винтовки. Сборка оружия, проделанная мужчиной множество раз до этого в течение всей жизни, заняла считанные мгновения.

Затем он открыл глаза. Начищенная винтовка «Экзитус» лежала на ногах в той же самой позиции, что и до этого. Со стороны могло показаться, будто мужчина её почти не поднимал, не то что разбирал.

Точность. Безупречная точность во всём, что он делал, была абсолютным определением самого Моритана. Это была та самая бесповоротная точность, которая создала его как оружие Императора Человечества. Для Моритана воздаяние и точность были абсолютно одним и тем же.

В углу его комнаты зажёгся красный люмен. Короткими движениями ассасин-виндикар встал на ноги и активировал руну около выхода. Чёрная дверь открылась, и Моритан ступил в коридор.

Ожидание прошло. Настало время нести правосудие Императора. Цель ещё об этом не знала, но её смерть была уже предопределена.

Моритан повесил винтовку «Экзитус» на плечо и вошёл в ангар. Его разум занимала только одна вещь.

Воздаяние.

Это слово было таким простым, хотя оно ничего для него не значило. Когда Артём Вендил был пробуждён, его мгновенным ответом был бессловесный крик злобы и ярости. Он не нуждался в том, чтобы осваивать концепцию воздаяния, потому что он сам был воздаянием, обрётшим плоть.

Артём немедленно дёрнулся в захватах, которые держали его в маленькой комнате. Метаболизм мужчины был ускорен до состояния гипервозбуждения в то же самое мгновение, в которое он пробудился от криогенного сна, и волна насилия пробежала через его разум. Под своей багровой маской-черепом Артём скалил зубы, и пена запузырилась на его губах.

Его неактивное состояние всегда было таким. Он был натренирован на то, чтобы быть переполненным ненавистью, быть гневом самого Императора в человеческой форме, но даже так его злоба была несравнима с чистейшим безумием, которое должно было вспыхнуть с попаданием френзона в его метаболизм.

Ещё нет. Они нуждались в его внимании еще несколько мгновений.

Пока Артём дёргался в оковах, несколько сервоконечностей спустились с потолка его обиталища, подобно пальцам скелета, и приблизились к его голове. Из навершия каждого из этих устройств выдвинулась игла, после чего все они погрузились в маленькие разъёмы на маске-черепе Артёма. Они пробили кожу и череп под ней, чтобы привнести правду в его мозг, впрыскивая звуки, изображения, запахи и другие впечатления.

Артём походил на звероподобную гончую — и сейчас она взяла след. Он стиснул зубы и зарычал перед тем, как опробовать свои оковы на прочность ещё раз. С мягким и влажным шумом иглы вылезли из его головы и исчезли в тенях наверху.

В небольшом помещении, где содержался ассасин-эверсор, зажглись красные предупреждающие люмены и раздался пронзительный вой сирены. С резким рывком десантная капсула была выпущена, спускаясь на планету под ней как комета, несущая гибель.

— Карательная группа «Воздаяние» успешно развёрнута, – произнёс адепт Оффицио Ассасинорум на мостике маленького безымянного судна. — Цель обнаружена в зоне боевых действий С-44. Уровень враждебности «Экстремис».

— Принято, — ответил искажённый голос из вокс-передатчика. — Удерживать позицию, пока убийство не будет подтверждено.

— Удерживать позицию на орбите над Дессой, — подтвердил адепт и ещё раз просмотрел параметры миссии. — Карательная группа «Воздаяние» в пути. Род цели — Адептус Астартес, Экскоммуникат Трайторис: Бронзовые Змии, магистр ордена Аргенто Кориан. Пусть отмщение Императора наступит быстро и неотвратимо.

Книга загружена из Warpopedia - Гильдии Переводчиков Warhammer & Warhammer 40,000

wiki.warpfrog.wtf