Оборона Соты: Плач Эгиды / The Defence of Sotha: Aegida’s Lament (статья)

Перевод из WARPFROG

wiki.warpfrog.wtf

На закате 010.М31 изолированную систему Сота поглотила свирепая буря. Потрёпанные флотилии легиона Повелителей Ночи, совсем недавно прошедшие сквозь кровавое горнило Трамасского крестового похода, сокрушили орбитальную оборону Ультрадесанта и захватили контроль над этим отдалённым уголком Ультрамара. Подобное положение дел не могло не вызвать гнева властителей Пятисот Миров, чьи флотские силы существенно превосходили численностью корабли Повелителей Ночи – со стороны приказ о нападении казался необдуманной авантюрой, ведь призом в ней, казалось, был всего лишь очередной пограничный мирок на окраине Империума. Однако в действительности на Соте находилось нечто гораздо более ценное, нежели ресурсы или рекруты – а именно артефакт, известный как Фарос. Данное устройство являлось ключом к обороне Ультрадесанта и желанной добычей, которая позволила бы полевым командирам Повелителей Ночи претендовать на благосклонность магистра войны.

Один из этих своевольных военачальников был избран для того, чтобы командовать первоначальным ударом по планете. Эта честь досталась мастеру когтя Заару Сиакаару. Сей воин, чьи амбиции существенно превосходили осторожность, в присутствии всех собравшихся Повелителей Ночи бахвалился победой, которую его войска одержат на Соте. Подобный успех позволил бы ему высоко подняться в глазах лишившегося полноценного лидера VIII легиона (ибо Ночной Призрак пропал без вести после финальной битвы Трамасского крестового похода), и предоставил бы шанс обрести истинное могущество. Впрочем, немногих из наиболее авторитетных капитанов Восьмого заботило хвастовство щенка и выскочки. Эти мрачные ветераны предоставили мастеру когтя шанс, а некоторые даже предложили собственных воинов из числа элитных атраментаров для поддержки его вторжения. Ослеплённый грёзами о славе, Заар Сиакаар поверил им на слово и переместил свои корабли в авангард флота.

Преддверием планетарной высадки мастера когтя стал шквал снарядов макропушек и зажигательных боеприпасов, беспорядочно выпущенных между жилыми зонами, чтобы разрушить здания и разжечь пожар, стремительно распространившийся по всему Сотополису. Следом за ними стремительно снижались волны десантных капсул и планетарных десантно-штурмовых кораблей, на борту которых располагались основные силы семи рот VIII легиона – включая личную роту Сиакаара и атраментаров в авангарде наступления. Тысячи ракет устремились ввысь по следам горящего прометия, а вслед за ними небеса пронзил лазерный огонь зенитных батарей Соты, превративших небо в огненный ураган. Тем не менее, на каждую уничтоженную десантную капсулу приходились десятки других, они приземлялись на городских окраинах и извергали наружу свой смертоносный груз. В течение нескольких коротких часов горизонт скрылся за облаками дыма, а Повелители Ночи начали бесчинствовать на улицах гибнущего города, обрушиваясь на поспешно выстроенные ряды роты «Эгида» из легиона Ультрадесанта, тщетно пытавшейся защитить город и его жителей.

Мастер когтя Заар Сиакаар лично командовал наступлением из своего командного «Спартанца», координируя действия свирепствовавших на городских улицах Повелителей Ночи. Обязанности его личных телохранителей исполняли элитные терминаторы-атраментары – эти злобные убийцы, набранные из числа бойцов 1-й роты пропавшего капитана Севатара, теперь рассредоточились среди различных рот и банд расколотого VIII легиона, чтобы играть роль силовиков для других военачальников Восьмого. Бронетанковый клин Повелителей Ночи собрался вокруг командного «Спартанца»; бронетранспортёры «Лэндрейдер-Протей» и «Носорог-Деймос» везли в своих чревах десант в броне цвета полуночи, в то время как стремительные штурмовые танки «Сабля» и хорошо вооружённые «Сикарийцы-Каратели» действовали в качестве сил поддержки. Сиакаар передал один-единственный вокс-сигнал по всем частотам VIII легиона, и колонна машин устремилась вперёд по улицам Сотополиса к укреплённому кастеллуму XIII легиона, стоявшему на страже подступов к скрывавшей Фарос горе.

Вторжение быстро переросло в бойню – Повелители Ночи вымещали гнев за своё поражение в секторе Трамас на защитниках Соты. Эскадрильи «Лэндспидеров-Протеев» и отделения мотоциклистов следовали в авангарде основных сил Повелителей Ночи, загоняя бегущих в панике граждан прямиком к жаждущим крови клинкам VIII легиона. Вой цепного оружия и рёв болтеров в сочетании с воплями перепуганного насмерть населения образовали настоящую какофонию страданий, эхом прокатившуюся по всему Сотополису. Ультрадесантники отступали под натиском захватчиков, выигрывая время собственными жизнями и удерживая импровизированные блокпосты в отважной попытке эвакуировать из города как можно больше гражданских. Однако в скором времени начало сказываться численное превосходство неприятеля; в связи с этим легионеры Тринадцатого организовали череду контрударов, дабы обрушить целые секции зданий поперёк линии наступления Повелителей Ночи, давя вражеских легионеров и блокируя проход бронетехники. И всё же VIII легион продолжал наступать; Сиакаар и его атраментары сокрушали любое сопротивление гусеницами своего могучего «Спартанца». Впереди танкового строя неслись стаи Ночных Рапторов – перепрыгивая через обломки с помощью контролируемых запусков своих прыжковых ранцев, они приземлялись среди воинов Ультрамара и рвали их на части зазубренными мечами и зловещими крючковатыми топорами. Очаги сопротивления по всему городу окружались и ликвидировались, а выживших раненых зачастую утаскивали в пыточные ямы VIII легиона, обрекая пленников на невероятные муки.

Потрёпанные остатки гарнизона Ультрадесанта решили расположиться на площади Аттика – единственном перевалочном пункте, где сходились все ведущие к кастеллуму дороги. Центурион Виерон Экарр, последний из оставшихся в городе офицеров XIII легиона, воспользовался шансом сплотить отступающие силы Ультрадесантников, пока Повелители Ночи остановили своё продвижение ради запугивания и истребления оставшихся в ловушке города мирных граждан. Несмотря на весь хаос отступления, дисциплинированному центуриону удалось собрать значительные силы защитников – от помятых в бою фаланг прорывников до мрачных когорт телохранителей-сюзеренов. Эти мстительные воины сцепили щиты пред взором мраморной статуи Робаута Гиллимана, несущего факел Имперского Единства, полные решимости не посрамить своего примарха и задержать врага на достаточно долгое время, чтобы те, кто занимался эвакуацией города, успели укрепить кастеллум перед лицом финального удара Повелителей Ночи. Пара дредноутов модели «Дередео», Древние Менаррио и Арган, заняли позиции по обе стороны от монумента, устремив стволы своих автопушек «Анвилус» в небеса, в то время как уцелевшие «Хищники» и «Сикарийцы» блокировали продвижение неприятеля в сторону кастеллума.

Повелители Ночи отреагировали типичным для своей безжалостной натуры образом, загнав на площадь сотни захваченных мирных жителей, каждому из которых зашили веки или же вырвали глаза из черепа. Следом за толпой несчастных граждан Соты двигались эскадроны «Лэндрейдеров» и бронетранспортёров «Носорог», везущих на площадь всё ещё живые тела захваченных неофитов Ультрадесанта, лишённых кожи и прибитых к корпусам в мучительной и развратной пародии на аквилу Императора. Танки XIII легиона, чьи экипажи оказались ошеломлены кошмарным зрелищем на краткий, но вместе с тем решающий миг, открыли запоздалый огонь; хотя несколько вражеских машин исчезли в шквале разрывных снарядов и плазменных взрывов, большинство пересекли площадь целыми и невредимыми. Ударная группа Повелителей Ночи прокатилась через спотыкающихся гражданских, оставляя за собой след перемолотых тел вперемешку с реками крови, после чего резко остановилась аккурат перед позициями Ультрадесантников. Штурмовые аппарели с оглушительным грохотом упали, после чего из тьмы их внутреннего пространства наружу хлынули отряды разорителей и Отделения Ужаса VIII легиона. Десятки легионеров-предателей с убийственной яростью устремились к кобальтово-синей стене щитов.

Виерон Экарр расположился в первой шеренге; последнего выжившего офицера Ультрадесантников окружал заслон из золотых с синим бронированных тел, щиты его людей наложились один на другой, формируя оборонительный барьер. Прозвучал приказ Ciringite Frontem, и превосходно вымуштрованные легионеры Ультрамара подняли щиты выше, готовясь отразить атаку. Первые из Повелителей Ночи бросились вперёд с цепными клинками и болт-пистолетами, стремясь отыскать брешь в стене щитов, способную позволить им сломать вражеский строй. Многие оказались сбиты с ног ударами абордажных щитов, чьи хозяева сражались в идеальной синхронности. Внезапно стена открылась, и сюзерены сразили ближайших Повелителей Ночи молниеносными ударами легатских силовых топоров, после чего вновь сомкнули ряды. Атака утратила импульс и застопорилась, многие из легионеров Восьмого были вынуждены защищаться, однако другие продолжали атаковать.

Ультрадесантники сражались в той самой дисциплинированной манере, которой славился их легион, блокируя вражеские удары и делая выпады силовыми мечами-гладиями, чтобы убить или же покалечить своего противника. Напротив, Повелители Ночи дрались как дебоширы и уличные головорезы, используя тела погибших товарищей в качестве ступеней, чтобы перепрыгивать через стену щитов, после чего валили врагов на землю, взрезая мягкие сочленения брони и паля из болт-пистолетов в упор прямо в глазные линзы. Перехватчики «Ксифон» и «Огненные птицы» в полночной синеве VIII легиона пикировали с небес и неслись по улицам, чтобы обрушить на тылы позиций Ультрадесанта погибельный град из болтерных пушек «Мститель» и лазерных орудий, с немалым риском для себя выдерживая ответный огонь батарей противовоздушной обороны кастеллума в попытке разъярить врага до такой степени, чтобы тот опустошил весь свой боезапас как можно скорее. Десятки легионеров были разорваны в кровавые клочья, а танки «Хищник» превратились в пылающие остовы, прежде чем поток бронебойных снарядов почтенных дредноутов «Дередео» XIII легиона заставил вражеские самолёты врезаться в почерневшие от огня здания Сотополиса. Мёртвые Ультрадесантники и Повелители Ночи буквально устилали землю, а оборонительный строй защитников города сократился до трети своей первоначальной численности.

Окружавшая статую Гиллимана стена щитов восстановилась, но теперь благородные черты изваяния были покрыты рытвинами от попаданий и запачканы сажей вперемешку с кровью; раненые Ультрадесантники, которым посчастливилось попасть под прикрытие стены щитов апотекариев легиона, продолжали вести огонь из-за плеч стоявших впереди братьев. Время для сражавшихся легионов, казалось, замедлилось, ведь обе стороны упорно отказывались сдаваться. Когда ситуация стала патовой, одинокий штурмовой танк «Спартанец», безмолвно стоявший среди машин Повелителей Ночи, активировал свои двигатели. Поначалу металлический исполин двигался неспешно и с грохотом, но затем, приближаясь к яростной рукопашной схватке на окраине площади, набрал скорость. Чувствуя, что действия его «пушечного мяса» в достаточной степени ослабили лоялистов, мастер когтя Сиакаар и его надменные стражи-атраментары сочли, что настал момент вступить в бой и одержать лёгкую победу. «Спартанец» врезался в плотную толпу Ультрадесантников и Повелителей Ночи, безо всякого разбора перемалывая своими могучими траками бронированные тела как врагов, так и друзей в кровавое месиво.

Стена щитов рухнула, и Повелители Ночи хлынули через брешь в стремлении раздавить окружённых Ультрадесантников. Опустилась аппарель «Спартанца», и на поле боя вышли Сиакаар и атраментары. Эти неповоротливые воины, облачённые в видавшие виды тёмно-синие доспехи, украшенные вырванными из человеческих тел трофеями, разили направо и налево нострамскими цепными глефами, истребляя всех, кто вставал у них на пути. Разрубленные Ультрадесантники падали, словно скошенная пшеница под ударами жнеца, и даже легионеры Повелителей Ночи, приближавшиеся слишком близко к мастеру когтя, не избежали гнева атраментаров, ибо те не испытывали особого доверия к своим вероломным братьям после начала разложения VIII легиона. Двое атраментаров распознали центуриона Виерона Экарра среди его собратьев по изысканно украшенному панцирю ручной работы и атаковали его ударами цепных глеф в стремлении заявить права на убийство, способное решить исход сражения. Центурион Ультрадесанта едва держался против натиска чудовищных терминаторов, но тут трое его выживших сюзеренов бросились на защиту своего господина. Один из атраментаров схватил ближайшего Повелителя Ночи и швырнул его в сторону атакующих сюзеренов, сумев выиграть достаточно времени, чтобы выстрелить одному из чемпионов Ультрамара в грудь из плазменного бластера, после чего врезался в остальных, свирепо описывая широкие дуги цепной глефой. Занятый схваткой со вторым атраментаром, Виерон Экарр не заметил, как за его спиной возникла зловещая фигура Сиакаара. Пальцы-лезвия молниевого когтя вышли из груди Ультрадесантника, разорвав на части оба сердца прежде, чем его шлем и голова его были жестоко оторваны от тела жужжащими зубьями цепной глефы.

Со смертью своего командующего оставшиеся Ультрадесантники оказались по-настоящему сломлены, и последние из их числа встретили смерть среди разбитых доспехов и погнутых щитов погибших собратьев. Лишь пепел и трупы отмечали недолгое пребывание Ультрадесантников на площади Аттика, в то время как мастер когтя Сиакаар стоял на пороге славы, ибо триумф в Сотополисе практически гарантировал ему высокое положение среди новых военачальников VIII легиона. Но едва предводитель Повелителей Ночи остановился, чтобы нанести свою метку на окровавленное тело центуриона Экарра, назначенные в подчинение Сиакаара атраментары сомкнулись вокруг него, активировав клинки и подняв заряженные болтеры. Неповоротливые терминаторы неумолимо следовали полученным на орбите приказам об уничтожении тщеславного мастера когтя, посмевшего выйти за пределы предназначенной ему роли. Сиакаар позабыл о суровой максиме, которую Ночной Призрак привил своим сынам: честь и слава ничего не стоят, да и победа мимолётна. Важна одна лишь воля владеть ножом, а также сила направить его туда, куда должно.

Отделение атраментаров Повелителей Ночи

Облачённая в терминаторскую броню элита 1-й роты Повелителей Ночи, так называемые атраментары, вооружалась лучшим оружием, которое мог позволить себе VIII легион, и владела им с поистине смертоносным талантом. Невзирая на своё устрашающее вооружение и грозное мастерство в области смертоубийств, атраментары были столь же разношёрстной и непокорной публикой, как и весь их легион. Командовать подобным воинством было по плечу лишь самым сильным и волевым лидерам, кто желал и, главное, мог продемонстрировать самостоятельно всё то же самое, что они требовали от своих подопечных на бесчисленных полях сражений Великого крестового похода. Именно в таких обстоятельствах атраментары проявляли себя как превосходные ударные отряды, действующей с характерной вспыльчивостью и злобой – должным образом направляемые, они безжалостной бурей обрушивались на любую угрозу, посмевшую встать у них на пути.

Изворотливые убийцы

Для воинов-атраментаров ни одно дело не может быть ниже их достоинства; они давным-давно отбросили любые понятия о благородном поединке. Атраментары стремятся покончить с врагом самым болезненным и непочтительным образом, они охотно используют обман и уловки для совершения злобных и подлых атак, никогда не встречаясь с противником в честном бою, временами опускаясь даже до подставления под вражеский удар собственных собратьев, если это поможет провести успешную контратаку.

Присяга на верность

Атраментары поклялись в верности не своему легиону или примарху, а одному лишь Севатару персонально. В бою они подчинялись его приказам без вопросов, раскаяния и колебаний. Это был редкий пример верности среди легиона, известного своей склонностью к вероломству и бесчестности.

Атраментар Аран Вастак

Отсутствие связной маркировки делает практически невозможной точную идентификацию и определение принадлежности этого легионера к тому или иному подразделению, однако Вастак был идентифицирован как один из стражей, сопровождавших мастера когтя Сиакаара – во всяком случае, в ходе сражения за Соту.

Его терминаторская броня «Тартарос» украшена характерными молниевыми дугами Повелителей Ночи, символ песочных часов, как правило, служил для обозначения командных подразделений VIII легиона. Кроме того, Вастак украсил свои доспехи содранной кожей неофитов Ультрадесанта.

Легендарная миссия эпохи Тьмы: Сотополис пылает

На пути VIII легиона, стремившегося разграбить Сотополис и взять Фарос под контроль, встал планетарный гарнизон из числа Ультрадесантников 199-й роты. Окутанное тенями и обманом вторжение Повелителей Ночи застало врасплох как сынов Гиллимана, так и население Соты, которое оказались практически не в состоянии оказать должное сопротивление предпринятой врагом планетарной атаке. Здесь, среди пылающих развалин своего некогда горделивого города, Ультрадесантникам предстоит противостоять подавляющему натиску Повелителей Ночи в дерзком стремлении предотвратить попадание таинственного артефакта горы Фарос в лапы изменников.

Миссия: Честь, что рождается из долга

Эта миссия отражает доблестную оборону площади Аттика в Сотополисе силами Ультрадесанта против свирепого натиска Повелителей Ночи. Зная, что в конце концов превосходящие силы врага в любом случае одержат верх, воины XIII легиона продолжали оставаться стойкими наперекор атакующим волнам изменников. Невеликие числом, эти воины заставляли врагов оплачивать пролитой кровью каждый шаг вперёд. Любой выигранный момент отсрочки неизбежного даровал возможность орбитальным орудиям кастеллума извергнуть огонь в небеса, чтобы главная награда на Соте – Фарос – оставалась вне досягаемости предателей.

Книга загружена из Warpopedia - Гильдии Переводчиков Warhammer & Warhammer 40,000
wiki.warpfrog.wtf