Цена предательства / The Price of Treason (рассказ)

Материал из Warpopedia

wiki.warpfrog.wtf

Перевод коллектива "Warhammer Age of Sigmar — Чертог Просвещения"
Этот перевод был выполнен коллективом переводчиков "Warhammer Age of Sigmar — Чертог Просвещения". Их группа VK находится здесь.

– Айда залп по ним!

Сержант Хэскалл почувствовал горький привкус вальхемита, когда пламя и дым вырвались из стволов дюжины мушкетов. Слаженный огонь срезал несколько десятков приближающихся врагов, каждая пуля пробивала дыру в стальных пластинах, разрывая плоть и кости. Но этого было недостаточно. По мокрой земле шагали новые альвийские воины, наконечники их длинных копий поблескивали в тумане, башенные щиты сомкнулись в идеальном строю. Один из них держал нечестивое знамя с грязной иконой и двумя знакомыми и презренными словами: Хар Курон.

Хар Курон. Так кхейнитки и их соратники-повстанцы называли Анвилгард. Родной город Хэскалла, город, который проклятые альвы разграбили во имя величайшей предательницы – Морати. От переполняющей его ненависти сержанту даже было трудно дышать. Так много товарищей погибло, и скоро к ним присоединятся жалкие остатки его отряда. Но на этот раз отступления не будет.

– Вторые шеренги, огонь! – взревел он, и еще один залп ударил по врагу. Затем альвийские копейщики оказались у подножия импровизированных баррикад. С жутким спокойствием они начали перелезать через наваленные балки, не обращая внимания на устремившиеся в них штыки.

– Было честью служить с вами, парни, – произнес Хэскалл. – Давайте покажем этим вероломным ублюдкам, как Опаленные Рейнджеры встречают свою судьбу.

Неспроста Рейнджеры считались элитными солдатами в рядах Вольных рот Анвилгарда. Взвод Хэскалла сражался, словно разъяренные грифогончие. Они хватали топоры, кинжалы и дубинки и бросались в бой. Но врагов было не менее трех десятков против ничтожной дюжины солдат, к тому же альвы не были изнурены голодом после нескольких недель полета через знойные джунгли Опаленного побережья. Хладнокровные и превосходно обученные, альвийские воины сбивали солдат Хэскалла с ног, пронзая их копьями или ударами умбонов в форме черепов на их щитах.

– Предатели! – взревел Хэскалл.

Сержант перехватил мушкет за ствол и замахнулся тяжелым железным прикладом, пытаясь ударить врага в голову, минуя его поднятый щит. Альв проворно перекатился в сторону и тут же молниеносно вскочил, его глаза были пустыми и бесстрастными, словно у акулы-живодера. Одной рукой Хэскалл выхватил пистолет из кобуры и выстрелил. В кровавом всплеске враг отлетел прочь.

Бросив мушкет, Хэскалл быстро зарядил в пистолет следующую пулю. Строй альвийских копейщиков разошелся, и сквозь открывшийся проем величественно прошла фигура, бледная кожа блестела в угасающем свете. На ней была черная мантия, а в руках раздвоенный золотой посох. Густая грива седых волос развевалась вокруг ее жестоких угловатых черт, когда она пристально смотрела на Хэскалла. Сержант поднял пистолет, но прежде, чем он успел взвести курок, альвийка выплюнула одно резкое слово.

Ужасающая боль охватила Хэскалла с головы до пят, будто его опустили в чан с кипящей кислотой, а разъяренные крысы прогрызали путь сквозь его внутренности. Он упал на болотистую землю, задыхаясь и корчась. Сержант так яростно скрипел зубами, что почувствовал, как они крошатся у него во рту. Кровь текла из его глаз и носа. Сквозь расплывчатую дымку агонии он увидел приближающуюся альвийку, глядящую на него сверху вниз, как если бы он был не более чем насекомым, которого она собиралась раздавить.

– Надоедливые создания, – сказала она. – Вам не хватает ума, чтобы понять, что ваше время подошло к концу?

Хэскалл попытался обложить предательницу проклятиями, но из его рта вырвался лишь бессловесный стон.

– Убейте всех до единого, – приказала колдунья. – И поспешите. Мне наскучило охотиться на этих паразитов.

Два приспешника ведьмы с пустыми глазами нависли над Хэскаллом. Когда они подняли копья, он закрыл глаза в ожидании встречи с Богом-Королем.

– Обожди-ка, ковенша.

Чистый властный голос разнесся по округе, перекрыв крики и стоны раненых. Хэскалл приоткрыл глаз и увидел сверкающее острие копья, замершее в сантиметре от его лица. Колдунья подняла руку и теперь смотрела на одинокую фигуру, закутанную в чешуйчатый плащ. Пальцы новоприбывшего поглаживали рукояти двух украшенных драгоценностями ятаганов, висящих на его поясе.

Он тоже был альвом, и, судя по его яркой одежде, татуировкам и жутким шрамам, пересекавшим его лысый череп, он принадлежал Плети – одному из корсарских объединений, охотящихся на ужасных зверей. Всякая надежда Хэскалла на спасение разлетелась вдребезги, поскольку эти каперы были одними из первых, кто примкнул к Морати. Сержант слишком хорошо знал этих хладнокровных убийц, поскольку Опаленные Рейнджеры сражались бок о бок с Загонщиками во многих жестоких пограничных войнах.

Он вдруг осознал, что желает отдать свою судьбу в руки альвийки-ведьмы, нежели капера.

– Я Ювет Траск из Приливной Гадюки, – произнес корсар. – И я заявляю свои права на этих пленников.

– У тебя тут нет власти, морское отрепье, – ответила колдунья, ее слова сочились презрением. – Я служу самой Друзе Краэт, и матриарх шабаша приказала убить всех лоялистов в пределах ста лиг от Хар Курона. Прочь!

Загонщик подошел ближе, по-видимому, не впечатленный сверкающими копьями и многострелами, направленными в его сторону.

– Пленники наши, – сказал он. – По договоренности с самой Морати-Кхейн. Никто не отказывает Плети в должном, ковенша. Я не буду повторять дважды.

– Ты смеешь угрожать мне? – фыркнула альвийская ведьма. – Немедленно схватите этого дурака. Мне понравится сдирать кожу с его надменных костей.

Несколько бледноглазых копьеносцев двинулись вперед, нацелив острия в живот Ювету Траску.

Лысый альв пожал плечами и поднял тонкий палец к небу.

– Будь по-вашему.

Послышался свист, и в глотки рабов альвийской ведьмы вонзились черные стрелы. Копейщики попадали, дергаясь в конвульсиях. Хэскалл откатился в сторону, прикрывшись трупом одного из альвов от внезапной бури. Ятаганы Траска в мгновение ока оказались в его руках, и он бросился к ведьме, перекатываясь, чтобы уклониться от стрел черного пламени, которые она принялась швырять в него. Лезвия ударились о металл, когда альвийка взмахнула своим посохом, ее лицо исказилось от ярости.

Еще больше стрел взвилось в воздух, убивая копейщиков с пустыми глазами, пока те молча выстраивались в стену щитов. Затем, с леденящими кровь криками, силуэты высыпались из болотных рощ по всем окрестностям – корсары и лесные альвы в зеленых плащах, но также и люди. Последние были в рваных черно-алых туниках.

– Анвилгард выстоит! – закричали они, и Хэскалл почувствовал первый проблеск надежды за последние несколько дней.

Сержант с трудом поднялся на ноги и стал рыскать в грязи в поисках заряженного пистолета. Наконец, его пальцы сомкнулись вокруг рукояти. Холод железного дерева действовал успокаивающе. Не более чем в дюжине футах от него капитан корсаров обменивался молниеносным шквалом ударов с альвийской ведьмой, которая на удивление успешно парировала все атаки. Она вдруг ударила посохом в живот Траска, а затем прижала свое оружие к его шее.

– Ты на стороне людей? – сплюнула она, сильнее вдавливая посох в горло корсара. – Против своих же родичей?

– Моя судьба принадлежит лишь мне одному, – ответил Траск, скривившись в попытке вырваться из ее хватки. – И я не желаю иметь отношения к заблуждениям Теневой Королевы.

Руки Хэскалла дрожали, но он упер локоть в труп убитого альва и выстрелил. Пуля попала в цель, и альвийская ведьма завизжала, схватившись за окровавленное плечо. Ее взгляд метнулся к нему, обещая смерть, и она выставила руку вперед, метя ему в грудь.

В этот миг два ятагана Ювета Траска вонзились ей в живот. Колдунья пронзительно вскрикнула, а затем ее угольно-черные глаза закатились. Корсар высвободил клинки из мертвого тела и повернулся к Хэскаллу.

– Весьма недурно, – сказал он, неохотно кивнув.

Приблизившись, альв протянул руку и помог сержанту подняться на ноги. Звуки битвы вокруг них стихли. Хэскалл видел, как его раненые наблюдали за своими спасителями, пока корсары ходили между телами и добивали выживших.

– Ты и твои люди еще способны сражаться? – спросил Траск, вытирая клинки о мертвого копейщика.

– А то, – ответил Хэскалл. – Но я не понимаю. Почему вы…

– Потому что не каждый альв Анвилгарда хочет участвовать в этом безумии, – сказал Траск. – И потому, что во флоте Загонщиков Плети есть те из нас, кто знает, что нельзя путать маску доброжелательности с лицом змеи под ней. Подбери свое оружие. Нам предстоит еще много убийств.

Книга загружена из Warpopedia - Гильдии Переводчиков Warhammer & Warhammer 40,000
wiki.warpfrog.wtf