Рай / Paradise (рассказ)

Материал из Warpopedia

wiki.warpfrog.wtf

Её настоящее имя было ему неведомо – лишь прозвище, данное теми, кто жил в страхе перед её авторитетом.

Квантовая Королева.

Что бы ни продавалось в её владениях, раскинувшихся от Шахтограда до Железного Истока, она знала обо всём, а вездесущность Королевы поддерживала обширная сеть шпионов и информаторов. Стены её вотчины имели не только уши, но и глаза, и – что более важно – оружие.

И теперь он стоял на коленях на холодном полу перед троном Королевы в охраняемом огринами прибежище со связанными за спиной руками.

– Тебе доверили выполнить одно поручение, – даже отзвуки резкого и острого, как стилет Делаков, голоса женщины, что отразились от сводчатого потолка её покоев, пронзили его до глубины души.

Справа от неё стоял человек в маске по имени Крикс Фалл – тот самый информатор, воспользовавшийся услугами его банды. Он знал своё место и понимал, что лучше не встревать между королевой гильдии и навлекшим на себя её гнев жалким ничтожеством.

– И потому меня мучает вопрос – что могло пойти не так?

Он невольно усмехнулся, хотя это и причинило ему сильную боль.

– Вот и я бы хотел это понять, – процедил он сквозь разбитые губы и сломанные зубы.

– Тогда, возможно, тебе стоит рассказать мне с самого начала, что именно произошло.

***

Затухающий гул выключающегося гравитонного оружия сменил умолкшее эхо после ужасного обрушения.

Пыль ещё долго не оседала. Звуки выстрелов из автоганов и стабберов отражались от изогнутых стен купола и уносились прочь в окружающую пустошь. Когда же непроницаемая завеса из взвешенных в воздухе частиц стала рассеиваться, Пылевые Псы также прекратили огонь, и среди рухнувших опорных рам, смятых перекладин и покорёженных стоек лесов показались изломанные тела Задир Гиблоземий. Дробитель позаботился о том, чтобы ни один из генетически выведенных гигантов не выжил.

Первым в руины на поиски трофеев у мёртвых Голиафов отправился Клинкер Лудд, а Готин и Вельд старались не отставать от него. К ним присоединился Инвар Латунь, направившись прямиком к верзиле, до этого орудовавшего тяжёлым стаббером.

А вот Штроба и Окалина топтались на месте, словно не были уверены в окончательной смерти своих противников, и совершенно не спешили проверять это, выискивая на земле обоймы для автоганов. Близнецы же последовали за более опытными женщинами.

Осс прикрывал их тылы и следил за Гиблоземьем на случай, если кому-то из Голиафов или нанятому ими маркитанту каким-то чудом удалось пережить разрушительную гравитонную атаку Дробителя, и теперь высматривал их сквозь прицел дальнобойного лазера, спрятавшись среди развалин заброшенных жилых блоков.

Разобравшись с устроенным Голиафами отвлекающим манёвром, Бруно воспользовался возможностью ещё раз свериться с древней картой куполоводителя.

На ощупь она казалась жирной, и Орлок не раз задавался вопросом, неужели это впитались пот и грязь прежних владельцев или же материалом для её создания послужило нечто очень скверное.

Он нашёл купол, где они сейчас находились, и сравнил точно нанесённые на карте отметки жилых блоков с развалинами позади них, крутя «пергамент» до тех пор, пока изображение не совпало с реальным окружением.

Ругань Латуни прервала занятие Бруно, но он быстро вернулся к нему, увидев, как Орлок с разочарованным видом вертит в руках смятый металлический ствол тяжёлого стаббера – во время разрушительной атаки Дробителя его владельца разнесло на атомы потоком гравитонных частиц, а оружие деформировалось и пришло в негодность.

– Ну что, босс, вы нашли, где мы сейчас? – заглянув ему через плечо и посмотрев на карту, спросила Окалина.

– Да, конечно, – ответил Бруно как можно более уверенным голосом. – Проблема в том, что эта штука настолько старая, что не все детали совпадают – за эти годы свою лепту внесли ульетрясения, затопления, утечки токсинов, структурные разрушения и взрывы на предприятиях.

Он оторвал взгляд от карты, на которой чётко прослеживался широкий туннель, что соединял купол, где они находились, с братом-близнецом и дальше упирался в глухую стену перед ними.

– Видишь? – Он указал на клубок деформированных металлоконструкций и располагавшийся позади холм из спрессованных обломков горных пород и шлаков чёрной металлургии. – Это наш вход внутрь.

– Шутишь? – присоединившись к Бруно и Окалине на вершине террикона, сказал Клинкер Лудд и проследил за указующим перстом их главаря до тупика впереди. На плече у него болтался новенький трофейный тупоносый болтер производства Голиафов. – Нет там никакого входа – только стена.

– Нет, босс прав, – Окалина прочертила в воздухе дугу. – Здесь прослеживаются контуры бывшего перехода между куполами.

– Мы тоже это видим, – взволнованным голосом произнесла Талми Дамаск, говоря одновременно за себя и сестру Чали.

Бруно злило использование ею местоимения «мы», да и сами близнецы, различимые исключительно по татуировкам, раздражали его.

– Ладно, теперь и я уже вижу, – согласился Лудд. – Но даже так это когда-то он мог быть входом, а сейчас – нет.

– Тогда мы проложим себе дорогу, – улыбнулся Бруно. – Эй, Осс?

Осс – которого за глаза называли Гроксом – принялся расчищать обрушившиеся стойки лесов, без устали поднимая их сервоклешнёй и оттаскивая в сторону, в то время как Бруно заново включил Дробителя. Машина неуклюже зашагала вперёд, и трещины на ссохшейся земле под весом широких металлических ступней стали ещё шире.

– Грунт здесь утрамбованный, – настаивал Лудд. – Будет твёрдым, что железобетон.

Соратники Бруно из числа Орлоков отошли назад, стараясь держаться на расстоянии от Дробителя, что подошёл к террикону и со скрежетом сервомоторов поднял перед собой свои огромные механические манипуляторы, а затем раскрутил до скорости бурения циркулярные пилы на торцах клешней. С пронзительным визгом, что резанул по ушам Бруно и заставил остальных поморщиться, лезвия вгрызлись в гору спрессованных рудных отходов, сменившись монотонным басовитым гулом, когда горнопроходческие клешни ушли глубже, и следующий чужеродным инстинктам амбот принялся копать.

Автоматон для земляных работ модели «Лютер» – или просто амбот – был сконструирован в качестве универсальной машины, приспособленной для работы в тяжёлых условиях. Он сочетал в себе крайне прочный роботизированный корпус и прирождённую склонность амбуля (чудовищного жуковидного инопланетного создания, предположительно, происходившего с некоего отдалённого засушливого мира смерти) к рытью туннелей – так, по крайне мере, сказал ему продавший амбота гильдеец.

Имплантированные в череп управляющие узлы контролировали агрессивные наклонности существа, делая из амбота послушного раба, готового подчиняться любой отданной его хозяином команде. Но если человек был слишком глуп или храбр, или доведён до отчаяния, то существовала возможность отключить эти самые механизмы, после чего проявлялась истинная натура амбуля, и амбот превращался в многотонного озверевшего вооружённого робота.

Бруно вспомнил, когда в последний раз чувствовал настолько сильный прилив трепетного ужаса и жгучего возбуждения – в его памяти навечно отпечатался случай в Криндовой Пади, где землеройный автоматон разобрался с бандой фанатиков дома Кавдор, сцепившихся с Пылевыми Псами.

Пока амбот рыл то, что в пустошах Подулья считалось землёй, во все стороны полетели комья разрыхлённого грунта, что отскакивали от предупредительных меток на его керамитовых наплечниках. Затем машина включила холостой ход лезвий и прекратила выработку, чтобы выгрести образовавшиеся отходы – за считанные секунды массивные манипуляторы извлекли полтонны отвальных шлаков.

Дробитель продолжил в привычной для себя манере – под гул силовой установки вгрызался пилами в препятствие, дробил на куски плотную породу и выгребал её чёткими экономными движениями землеройных конечностей.

– Эй, Осс! – крикнул ему Латунь, присоединившись к остальным, что стояли и наблюдали за работой амбота. – У меня для тебя кое-что есть.

Он с трудом тащил столь любимую дуболомами-Голиафами громоздкую клепальную пушку. Только Осс, мало чем отличавшийся – по крайней мере, телосложением – от членов дома Голиаф, обладал достаточной физической силой, чтобы управляться в бою с такой тяжёлой махиной.

– Спасибо, Инвар! – сказал Грокс, одной рукой принимая от друга трофейное оружие и с восхищённой улыбкой на лице любуясь грубой мощью пушки. – И коробочка полнёхонька.

«Порой, - подумал Бруно, - не только физическая сила делала Осса похожим на потерянного сына дома генокузнецов».

– А когда ты, наконец, закончишь таращиться на свою новую игрушку… – и Бруно кивнул в сторону горы спрессованного шлака, в которой амбот прокладывал туннель.

– Без проблем, босс, – покраснев от стыда, ответил Орлок-бугай.

Подняв сервоклешнёй тяжёлую балку, Осс последовал за амботом в проход и подпёр ею потолок, а затем вернулся к куче металлолома, чтобы поискать там другую поддерживающую стойку. Он проделывал это снова и снова, пока Бруно с остальными не убедились, что туда можно без опаски идти. Взяв стойки лесов и железные подпорки, они отправились за главарём в полнящийся грохотом мрак.

Вой роющих клешней амбота внутри вырытого им туннеля звучал сильнее и отчётливей, отчего зубы Бруно отбивали дробь. Воздух наполнился пылью, разлетающимся щебнем и запахом раскалённого металла от нагретых трением чёрных шлаков, что заставило Бруно надеть респиратор и защитные очки.

Свечение различных внутренних элементов роботизированного корпуса амбота (а особенно – зловещее зелёное сияние оптических матриц) давало достаточно света для ориентации. Они продолжали идти, держась ближе к копающему жукороботу: не слишком далеко, чтобы не выйти из зоны действия голосовых команд, но и не слишком близко, если вдруг обвалится потолок – но даже так Орлоки не будут в безопасности внутри укреплённой части туннеля.

К тому же, Бруно не знал, когда и где амбот найдёт выход из туннеля – в искомом куполе, в бездонной расселине посреди напластовавшихся остатков древнего основания улья или всеми забытом тепловом стоке, что станет свидетелем смертельного падения автоматона в глубины земной коры планеты.

Точнее всего Подулье напоминало соты из древних, частично поглощённых конструкций или развалин, построенных на вершине обрушившихся куполов, что стояли поверх других руин – там встречались всевозможные скрытые провалы, расселины и много чего ещё, в том числе отсутствующие на картах каверны искусственного происхождения с гнёздами ульевых крыс-мутантов и нерестилищами сточных медуз.

Пока он размышлял о содержании межкупольных пространств, у Бруно возник вопрос – а стоило ли вообще придерживаться карты, выданной их таинственным нанимателем, и принимать гильдейскую монету в качестве оплаты? Шансы найти издавна скрытый ото всех райский уголок равнялись шансам напороться на засаду миллиазавров или прыгунов-потрошителей, что спрыгивают из вентиляционных шахт и пытаются обглодать людям лица.

От мысли о ползающих по телу двухметровых многоножках-мутантах по коже Бруно забегали мурашки, и он почти был готов повернуть назад, когда скрежетание землеройных клешней амбота сменило тональность, и на робота-копателя сошёл обвал из дроблёной породы.

Бруно сначала подумалось, что это оползень, но затем в туннель неожиданно хлынул свет.

Он прикрыл рукой глаза от ослепительного сияния, рассеявшего мрак подземного прохода, и если бы не надетые очки, он бы уже давно обливался слезами. Но им таки удалось пройти!

Выбравшись из туннеля, Дробитель неуклюже спустился на несколько метров вниз по крутому, усеянному булыжниками склону, увлекая за собой пыль и обломки камней, и, наконец, остановился.

Не дожидаясь, пока Осс укрепит последний участок, Бруно затрусил вслед за землеройной машиной и тут же остолбенел с отвисшей челюстью, а затем медленно снял очки.

Из прохода и на склоне раздались удивлённые и восхищённые возгласы людей.

– Срань Хельмавра! – вырвалось у Вельда, когда тот подошёл к Бруно и окинул взглядом представший пред ними во всей своей красе переоткрытый купол.

Готин же выругался куда более красочно и вульгарно.

Не успел Бруно отвести взор от простёршегося пейзажа, как почувствовал на плече руку Окалины – повернувшись к ней, он увидел тихие слёзы, что стекали по её покрытым каменной пылью щекам и оставляли после себя розоватые следы.

– Какая красота, – наконец произнесла она.

– Так и есть.

Штроба же оказалась самой поэтичной.

– Райские кущи, – едва слышно произнесла она, словно купол был таким же священным местом, как имперский храм или усыпальница почитаемого Экклезиархией святого, чей благословенный покой ей не хотелось тревожить.

Когда же радостные перешёптывания закончились и воцарилась тишина, Бруно неторопливо просмаковал каждую дивную деталь окружения.

Всё в куполе радовало глаз, и первым, что поразило его, была палитра цветов. Красочность окружающего вида превосходила даже кричащие оттенки граффити присягающей на верность банды малолеток, в то время как Подулье (например, жилые зоны наверху) было однообразно серым, коричневым или чёрным с редкими яркими пятнами расползающейся ржавчины кроваво-красного цвета, желчно-жёлтого сияния экранированных люменов или ядовито-изумрудных потёков из прохудившихся сливных труб.

Засилье не слишком распространённого в Подулье зелёного цвета обеспечивали покрывавшие котловину купола пышные заросли гигантских папоротников и суккулентов с мясистыми листьями. Дробитель привёл их на вершину крутого уклона, состоящего из тех же железных шлаков и спрессованной земли, что блокировали подземный ход сообщения, ведущий на захваченную Голиафами территорию. Косогор тянулся вниз к вогнутому основанию купола, где в свете тысяч сияющих люмосфер буйствовала растительность.

У подножия склона возвышался могучий лес из гигантских грибов – их толстые мясистые ножки цвета яиц миллиазавра венчали широкие оранжевые шляпки, создававшие плотный полог – а чуть дальше на расстоянии полумили его сменял пышный зелёный подлесок.

Слева от основания вздымался покрытый папоротниками и саговниками хребет из осадочных пород, что тянулся вдоль изгибающейся стены купола к туманному горизонту, где Бруно высмотрел ржаво-красный фасад какого-то древнего здания. Под ним чуть впереди на покрытой рябью поверхности озера играли блики моргающих люмосфер.

Ещё никогда ему не встречался такой обширный резервуар с водой, не загрязнённой промышленными стоками и не окрашенной в охряный цвет утрамбованной пыли, которая заменяла землю на большей части Подулья.

Сняв респиратор, Бруно сделал глубокий вдох – он впервые дышал столь чистым воздухом, от которого на корне языка разливался сладкий привкус.

Воздух не только пьянил приторными ароматами, но и полнился необычной какофонией из щёлканья жуков, гула сверкающих крыльев и глухим журчанием воды в устье реки.

Оглянувшись по сторонам, Бруно заметил, что усеивавшие склон булыжники были, по сути, отколовшимися кусками крыши купола, треснувшей из-за пустившей корни купы шипняка, проросшего через техническое подполье или канал внутри скалобетонной конструкции. Там же на высоте четырёх метров рядом с зияющей расселиной виднелось выведенное трафаретным шрифтом исконное название купола – L-16G.

– Вы только посмотрите на это… – сказал Инвар Латунь, оставив автоган висеть на нашейном ремне и почесав мозолистой рукой седеющую бородку.

– Знаю, – только и смог ответить Бруно.

– Никогда бы не подумал, что попаду в рай, живя на бренной земле. Ну, так что, мы возвращаемся обратно?

– Чего? – воскликнула Штроба.

– Нет! – в голос вскричали близнецы.

– А почему нет? Дело сделано, – сказал Латунь. – Дополним карту маршрутом сюда, вернёмся домой, отдадим её этому вашему гильдейцу, заберём деньги, всем спасибо, все свободны.

На лице Бруно расцвела радостная улыбка.

– Или же мы сначала осмотримся. Если вдруг наткнёмся на какую-то древнюю технологию или залежи «жутика» – ничего страшного, добудем, что сможем, и только потом вернёмся в гильдию с картой и маршрутом к этому куполу.

– Мне казалось, нам поручили просто найти это место, а не заниматься его исследованием, – настаивал Латунь.

– Так и есть, – согласился Бруно, – но нет ничего зазорного в том, чтобы немного сымпровизировать, да и к тому же Крикс Фалл не запрещал нам разведывать купол.

– Мне это по душе, – вторил Клинкер Лудд, спускаясь по склону в направлении грибного леса и проверяя на ходу боезапас болтера.

Седовласый гангстер нахмурился.

– Ну же, Инвар, я тебя хоть раз подводил? – спросил Бруно.

– Босс прав, – сказала Окалина. – После всего пережитого нами по пути сюда будет преступлением сначала не проверить самим, что здесь да как.

После слов Окалины в памяти Бруно всплыли воспоминания о столкновении с тварью с множеством щупалец, что скрывалась в затопленном служебном туннеле,  и бандой мутантов-грабителей, а также сражении с их заклятыми врагами – Задирами Гиблоземий.

– Верно. И я не уйду, пока не узнаю, какие секреты хранятся вон там, – и он указал на здание на другой стороне купола.

– Хорошо, – ворчливо согласился Латунь. – Как скажешь.

– Именно.

Бруно перевёл взгляд на остальных Пылевых Псов.

– Разделимся на три группы, точка сбора – на той стороне купола. Я хочу, чтобы ты, Осс, Штроба и близнецы проверили вон тот хребет, – он указал на утёс слева, что прилегал к стене купола.

– Понял, – коротко кивнув, ответил Грокс.

– Лудд и Окалина, пойдёте со мной.

– Да! – триумфально вскинул кулаки к небу Клинкер Лудд, зная, что, куда бы ни пошёл Бруно, Дробитель будет рядом. Если они наткнутся на что-то недружелюбное в этом удивительном райском уголке – каналлигатора или ужасного мутанта-переростка, что, по рассказам, обитали в неизведанных глубинах на дне улья – любой здравомыслящий гангстер захочет держаться поближе к амботу.

Соразмерно той радости, которую испытывал Лудд, разочарование Готина нашло выход в виде красочного ругательства, на которое Бруно решил не обращать внимания.

– Инвар, будь добр, возьми этих двух ублюдков, – он демонстративно посмотрел сначала на Готина, а потом – на Вельда, – и пройди по периметру купола в противоположном направлении.

– Сделаю, – ответил Латунь, встретив суровым взглядом яростный взор Вельда.

– Тогда пошевеливаемся, народ. Время не ждёт.

***

Пока Грокс с отрядом покоряли хребет, а Латунь с ребятами пошли направо вдоль стены купола, Бруно вместе с Окалиной и Клинкером Луддом отправились в грибной лес. Последним, скрипя гидроприводами роботизированного корпуса, шёл Дробитель.

Во время спуска со склона земля под ногами становилась рыхлее, а затем они нырнули в тенистый полог, образованный широкими шляпками грибов с бледными мясистыми ножками, торчащими из мягкого суглинка – при каждом шаге тот испускал кружащий голову насыщенный землистый аромат.

Бруно, привыкшему к бесплодной пустоши Подулья, ещё не встречались места, подобные этому, и теперь оказаться там, где за Император знает сколько лет не ступала нога человека, было чем-то из рода вон выходящим.

Купол L-16G с его чудесными запахами, звуками и красотами вскружил ему голову сильными эмоциями и чувством эйфории – что удивительно, даже долгая грызня с вражескими бандами за территорию в недрах Гиблоземий так не повлияла на рассудок вожака Пылевых Псов.

Он водил автопистолетом из стороны в сторону, проверяя дорогу впереди, ведь в любом уголке Подулья тебя поджидала опасность (от людей и не только), и Бруно сомневался, что, какой бы богатой ни была флора и фауна в этом кажущемся раем месте, оно не сильно отличалось от остальных.

И тут он опешил от треска радиопередатчика.

– Что такое? – спросил Клинкер Лудд.

– Я балдею от этого места! – в канале раздался голос радующегося, как ребёнок, Осса. – Отсюда мы видим… э-э-э… – он осёкся, не найдя нужных слов. – Даже не знаю, что это. Ну, типа, оно похоже на отстойник, но без всякого там хлама или плавающих дохлых крыс.

– Ты имеешь в виду… озеро? – колеблясь, предположил Бруно.

– Точно! – оживлённо воскликнул Осс. – Это озеро с чистой водой! Вот так диковина.

– Вы видите то здание?

– Да, – ответил Грокс.

– Есть идеи, что это?

– Не, пока нет.

– Понял. Придерживайтесь плана. Встретимся там.

– Осс, конец связи, – и канал затих.

Мигом позже Бруно включил свой передатчик.

– Что у вас, Инвар?

– Докладывать не о чем, – прогудел не настолько довольный голос Латуни, – кроме поведения Готина и того, что любая поджидающая нас впереди тварь учует Вельда с другой стороны купола.

Бруно подавил приступ смеха.

– Встретимся у здания, – произнёс он и выключил вокс.

По пути к центру купола звук журчащей по гальке воды выдал присутствие ручья – не широкого и не глубокого (его легко можно было переступить одним шагом). Бруно остановился у кромки воды и восхитился её кристальной чистотой. Дно ручья выстилали аллювиальные наносы, а рыхлую землю вымыло за то время, пока купол оставался нетронутым.

Единственным напоминанием, что когда здесь кто-то жил, было ржавеющее здание.

Присев на корточки, он опустил пальцы в холодный чистый поток, а затем набрал пригоршню воды.

– Осторожно! – выразила недовольство Окалина, пока он пил.

Бруно удовлетворённо выдохнул, наслаждаясь стекающей в горло и приносящей прохладу телу воде. За тридцать три года жизни он ещё не пробовал нечто настолько вкусное.

Он улыбнулся встревоженной Окалине и нахмурившемуся Лудду.

– Ну же, сами попробуйте. Гарантирую – лучше вы нигде не найдёте. Ни за что на свете!

Присев рядом с ручьём, Окалина зачерпнула воду крышкой фляги, а вот Лудд не стал церемониться и, закинув оружие за спину, обеими руками принялся набирать и глотать большие порции освежающей жидкости. Дошло даже до того, что он смыл пыль с лица и усов, явно радуясь возможности снова быть чистым после всех путешествий по Подулью.

Перед тем, как двинуться дальше, трое слили из фляжек переработанную жижу с химическим послевкусием, которую они использовали для питья, и наполнили их драгоценной водой из ручья.

Лишь покончив с этим, отряд Бруно пошёл дальше, а амбот, вставший на привал вместе с остальными, выудил широкие ступни из мягкого суглинка и послушно заковылял вслед за людьми.

***

Густой лес из сизоногих грибов за ручьём сменился россыпью девятиметровых поганок с жёлтыми шляпками, чьи розовые пластинки полнились скоплениями спор. За ними показался берег озера. Над поверхностью воды порхали длинноногие насекомые с переливающимися крыльями, а в глубине Бруно разглядел зелёные густые бороды нитевидных водорослей, что колыхались, взбудораженные движением плодящихся и множащихся обитателей изумрудного озера.

Двинувшись по правому берегу, они добрались до места, где заканчивались поганки и начиналось грязевое болото, раскинувшееся до стены купола. Мигом позже Латунь окриком и взмахом руки обозначил прибытие своей группы на дальнюю опушку грибного леса.

Бруно взглянул налево, чтобы убедиться, не ковыляет ли там Осс среди покрывавших вздымающийся хребет растений, и тут, как по команде, зашевелились саговники, и показался Грокс, что вёл отряд по заросшей платформе – она тянулась от хребта мимо шумного водопада, низвергавшегося из полукруглой трубы, к проржавевшему зданию. Казалось, будто оно повторяет изгиб стены купола.

Бруно, Окалина, Лудд, Латунь, Готин, Вельд и Дробитель переправились через трясину, где посреди чёрной грязи поблёскивали залежи минералов. Они планировали каждый свой шаг и прокладывали маршрут через болото по скоплениям частично утопленной кладки, торчащим трубам и кочкам, пока не выбрались из смердящей топи в папоротниковые джунгли.

Влажные листья хлестали Орлоков по ногам, когда они поднимались к тому, что сейчас казалось не одиноким зданием, но комплексом взаимосвязанных модульных построек.

Оно напоминало фабрику дома Голиаф, где в плавильных и литейных цехах трудились рабочие кланы, вот только интуиция Бруно говорила об обратном, да и сам он едва ли догадывался об его истинном предназначении.

Как и потерянный рай, диковинное строение было цветочками, а ягодками – прибыль, которую, по мнению Бруно, они могли выручить за древнюю технологию, вне всяких сомнений сокрытую внутри него.

– И какой у нас план? – спросил Латунь, разглядывая фасад возвышающегося здания – стену с рыжими от ржавчины трубами, каннелированными металлическими колоннами, высокими арками, украшенными контрфорсами и штампованными по СШК надстройкам.

– Это место – что просящийся в руки спелый плод, так что выгребем оттуда весь археотех, который сможем унести, а затем вернёмся к Квантовой Королеве, перед этим завернув в торговое поселение у Ртутепадов, и вдвойне наваримся на таком плёвом дельце.

– Да и Осс может понести больше остальных, – добавил Вельд.

– Кстати о Гроксе, а где он? – буркнул Готин.

Вельд начал обходить вокруг здания, направляясь к месту встречи с остальными Пылевыми Псами.

– Эй, Осс! – крикнул он. – Где ты, ленивый г…

Но тут резкий хлопок прервал ругательство Вельда, и гангстер упал наземь. По тому, как его голова исчезла в алом облачке крови, костей и мозговых тканей, Бруно понял, что того убили.

Окалина закричала.

– Какого ска… – выругался Готин, прежде чем его срезало вторым выстрелом.

Гангстеры быстро схватились за оружие, и, передёрнув цевья дробовиков и выключив предохранители, Пылевые Псы навели прицелы на ржавую металлическую конструкцию, выискивая след потенциального убийцы.

Бруно в ужасе осознал, насколько уязвимой оказалась их позиция на открытой местности между зданием и папоротниковым лесом, и вопросы о том, кто и почему в них стрелял, отошли на второй план, уступив место мысли о поисках укрытия.

Бруно перевёл взгляд налево, услышав со стороны металлической платформы звук тяжёлых шагов – Грокс пустил свой отряд бегом по последнему пролёту ржавого моста к позициям других Орлоков.

– Осс! – крикнул Бруно, когда тот с остальными побежали в сторону входных арок здания. – В укрытие!

Мордоворот на бегу взвесил в руках клепальную пушку Голиафов и открыл огонь – беспорядочно летящие твердотельные снаряды звонко отскакивали от неподатливых стенок, стёсывая налёт ржавчины с металла.

Бруно не сразу заметил подскакивающий шарик, а лишь когда что-то серебристое промелькнуло в ярком свете люмосфер и приземлилось в считанных шагах от находившегося на мосту Осса.

Граната с глухим хлопком разорвалась, и Грокса поглотила сфера бурлящего пламени и маслянистого дыма, а мигом позже за звуком взрыва последовал громкий всплеск, словно в воду упало нечто тяжёлое.

Когда дым рассеялся, Бруно заметил пропажу Осса, потрясение на лицах Штробы и близнецов, а также рваную дыру в парапете.

– Бежим! – крикнул Бруно и вместе с другими выжившими бросился к нишам и трубам фабрики, где они надеялись найти укрытие.

Близнецы встали как вкопанные.

– Убийца вон там! – бег Бруно прервал окрик Талми.

Его взгляд упал на Штробу.

Когда та пробежала по мосту и ступила на землю, гулко прогремел выстрел, и девушка оступилась и по инерции полетела вперёд, словно ныряя в укрытие, а затем грузно повалилась ничком наземь.

Его захлестнул новый приступ паники – погибло уже четыре человека, а они до сих пор не знали, кто по ним стрелял!

– Удерживайте позиции! – приказал он надрывающимся от эмоций голосом. – Открыть огонь!

Со стабберами и автоганами в руках Пылевые Псы обрушили шквал пуль по фасаду здания, целясь в зияющие оконные проёмы и по открытым входам. Где-то там прятался снайпер, но, кем бы тот ни был, он вскоре пожалеет о том, что связался с Пылевыми Псами Бруно.

Немного погодя им начал вторить пыхтящий бас клепальной пушки. Рискнув оглянуться, Бруно был вознаграждён видом выбравшегося с мелководья Осса – с мстительным оскалом на лице он, весь увешанный водорослями, посылал длинные очереди из трофейного орудия Голиафов.

Барабанившие по зданию выстрелы сминали трубы и перекашивали оконные рамы, пока редеющий стрёкот оружия не умолк окончательно, и в воцарившейся тишине Бруно, наконец, услышал лишь тяжёлое дыхание запыхавшихся соратников и лающий кашель опустевшей клепальной пушки.

– Ага, выкусил! – выбросив отработанное оружие, проворчал Осс и, рассеянно сняв с плеча водоросль, вновь выхватил автоган – по лицу вместе с озёрной водой струилась кровь, а на лбу виднелась рваная рана.

Бруно осмотрел проёмы в фасаде здания, отслеживая движение, которое могло выдать представлявшего для них угрозу стрелка. В висках барабанила кровь, выбрасываемая подстёгиваемым адреналином сердцем.

Раздался ещё один отчётливый хлопок, и у ноги гангстера взмыл фонтанчик грязи.

– В укрытие! – крикнул он соратникам и следом произнёс: – Дробитель, шаг вперёд, активировать гравикулак!

Пылевые Псы попрятались кто куда, а амбот, подчиняясь приказу, сотрясающей поступью зашагал дальше.

Оказавшись перед позициями Орлоков, похожий на жука робот поднял тяжёлую, словно пневмомолот, конечность и направил поток энергии из силового ядра в таинственное устройство на клешне, превратившейся из простого землеройного инструмента в смертоносное оружие дальнего боя.

– Огонь! – крикнул Бруно и нырнул в густые заросли позади него.

Словно мираж в пепельной пустыне, воздух завибрировал и замерцал от непрерывного потока гравитонов, направленного амботом на фабрику, и хотя сами гангстеры не замечали импульсов устройства, они стали свидетелями его разрушительного воздействия.

По мере того, как локализованное гравитационное поле набирало мощность, пульсации гравитонов передали вибрацию конструкции здания, отчего его контуры начали размываться, и вниз поблёскивающим рыжим дождём осыпались обширные участки ржавчины. Но это было только начало.

Беспощадный натиск Дробителя деформировал колонны и перекладины и понемногу начал разрушать сам каркас. Сплетения пронизывающих здание труб сплющились и извергли мощные струи чистой воды, что окатили наблюдавших за этим гангстеров. Бруно выжидал, не торопясь отдавать амботу команду о прекращении облучения.

Усиление действия гравитационного поля породило ужасный скрежет терзаемого металла и заставило землю разверзнуться, и из скрытых цистерн огромными фонтанами выплеснулась вода, а сама фабрика начала обрушиваться под собственным весом.

Скрежет, доносившийся из разваливающейся на части фабрики, напоминал предсмертные крики. Это продолжалось до тех пор, пока не утихли стоны деформирующего стального каркаса и грохот падающих колонн, и остался лишь дребезг измельчённых обломков, собиравшихся среди завалов и детрита, а от строения не осталось ничего, кроме уплощённого холма из грязи и металла.

– Прекратить огонь, – сказал Бруно, и гравикулак Дробителя, охваченного свечением раскалённых внутренних механизмов, тут же отключился, а робот жадно щёлкнул жвалами.

– Вот и всё, – сказал Осс.

И тут после разрушения здания все присутствующие услышали резкий хлопок выстрела – свод черепа громилы-Орлока превратился в кровавое месиво, и Грокс, закатив глаза, опрокинулся вперёд.

В этот миг его мышцы сократились, и палец сжал спусковой крючок автогана. Разрывные пули по широкой дуге пропахали вывернутую землю и оставили кровавую просеку на теле Талми Дамаск.

Когда Осс упал наземь, его оружие тоже испустило дух, а считанные секунды спустя разделённое надвое тело Талми уже лежало окровавленной массой перед уничтоженным зданием.

Клинкер Лудд дал выход панике в виде безумного вопля и, бросившись наутёк, скрылся в густых папоротниковых зарослях.

Бруно быстро повернулся кругом и осмотрел окрестности, отчаянно пытаясь понять, откуда в последний раз открыли огонь. Неужели в этом так называемом «раю» (который, учитывая пятерых погибших и одного сбрендившего от панического страха беглеца, уже таковым не казался) действовало несколько убийц?

Он перевёл взгляд на трёх других Пылевых Псов – Латунь, Окалину и Чали Дамаск – которые были либо слишком глупы, либо слишком упрямы, либо слишком потрясены, чтобы тоже броситься в бега.

– Клинкер Лудд был прав! Нужно валить отсюда! – крикнул он им. У него подскочил пульс, а сердце бешено стучалось о грудную клетку.

Все они пребывали в состоянии шока: по щекам Окалины текли немые слёзы, кожа Латуни приобрела серый восковый оттенок, а Чали с осунувшимся лицом просто уставилась на него, словно после смерти Талми что-то оборвалось внутри неё.

Не дожидаясь, последуют они за ним или нет, Бруно бросился вдогонку за Луддом, умоляя древних духов-хранителей купола оставить ему жизнь, а за ним последовал Дробитель, так как был запрограммирован, если не поступало иных указаний, держаться в пяти метрах рядом с владельцем.

Влажные листья хлестали его по лицу и телу, пока он бежал по густому подлеску, подстёгиваемый пронзительным гулом, который, как ему казалось, преследовал его по всему папоротниковому лесу.

Навязчивый страх, что в любой миг ему выстрелят в голову или сердце высокоскоростной пулей, выдавил из Бруно плаксивый стон. Затем папоротники сменились смердящим болотом, и он побежал, расплёскивая чёрную грязь, пока жёсткие камыши хлестали его по ляжкам.

Тут за спиной раздался чей-то окрик.

– Босс, подождите! – мигом позже последовал встревоженный голос Окалины.

Но он не остановился.

– Бруно, постой, пожалуйста! – закричала Окалина.

Бруно перекосило от её ломающегося от душевной боли голоса, и он повернулся к ней лишь на опушке грибного леса.

Дробитель резко застыл позади него. Чуть поодаль стояла Окалина и взглядом молила о помощи – в нескольких шагах от неё Чали, выбиваясь из сил, пыталась выбраться из засасывающей её трясины.

– Мы не можем её бросить! – крикнула Окалина.

А вот Инвар Латунь считал иначе: старый Орлок не протянул бы так долго в Подулье, не имей он инстинкт самосохранения размером с тепловой сток. Активно работая ногами, он рванул через болото, разминулся с Чали и обогнал Окалину.

И тут Бруно вновь услышал ужасный гул, и где-то неподалёку грянул выстрел, эхом отразившийся от изогнутых стен купола.

Латунь вскрикнул и, хватаясь за голень, повалился в топь. Оружие рявкнуло во второй раз, и Орлок, упав навзничь, больше не шевелился.

Издав очередной жалкий испуганный стон, Бруно развернулся и побежал в сторону маячащей впереди серой грибной поросли. Он слышал, как Окалина посылает ему вслед ругательства и отчаянно умоляет Чали взять её за руку, чтобы она могла помочь ей выбраться из болота.

И вот он вновь бежал среди высоких поганок с жёлтыми шапками, а воздух полнился пьянящими гнилостными запахами разлагающейся растительной массы и грибных спор.

Он слышал скрип гидроприводов ковыляющего следом Дробителя, когда где-то вдалеке раздался крик, но кому он принадлежал – Окалине или Чали – Бруно сказать не мог.

Накатывающие слёзы щипали глаза, но он бежал, трясущимися руками пытаясь перезарядить автопистолет, вот только Орлок израсходовал последнюю обойму во время нападения на его банду у фабричного комплекса.

Девятиметровые поганки сменились грибами с рыжими шляпками и серыми ножками, а чуть дальше показался журчащий ручей – его кристально чистые воды покраснели от крови лежащего ничком человека, коим оказался Клинкер Лудд.

Если Бруно не ошибался, после входа в купол прошло чуть меньше часа, а из Пылевых Псов в живых остались только он да Дробитель.

Увязая в мягкой почве грибного леса, Бруно, наконец, выбрался из-под тенистого полога к подножию склона, где ему в глаза ударило яркое сияние висящих наверху гудящих люмосфер. Поднимаясь к выкопанному роботом туннелю по насыпи из железных шлаков, он оглянулся, чтобы удостовериться, что амбот всё ещё следует за ним – и да, неуклюжая землеройная машина с горящими на свету жёлтыми и чёрными шевронами шла напролом сквозь толстоногие грибы.

Биение сердца в груди Бруно не унималось, но не столько из-за трепетного желания убраться из этого заколдованного места, сколько от ощущения сбегающей от охотника жертвы. Ему ничто не угрожает, пока рядом есть всемогущий и неуязвимый Дробитель.

Он посмотрел на громадную машину, когда та начала взбираться по изрезанному склону, и вид его мощного стана в керамитовой броне внушал такую же уверенность, как и вес автопистолета в руке.

Вдруг тональность гула амбота резко усилилась, и его тяжёлые плечи опали, а мощные землеройные клешни безвольно повисли.

– Какого…

Он неожиданно замедлил ход, словно впадая в спячку, и остановился, а испещрявшие корпус огоньки окончательно потухли.

Хруст щебня под ногами заставил Бруно повернуться к входу в туннель.

Из мрака показался чей-то силуэт.

Он был строен и высок и носил длиннополый плащ, что развевался вокруг ног незнакомца, вышедшего из прорытого амбота прохода, а отбрасываемая широкополой шляпой тень скрывала большую часть лица.

В набедренной кобуре, судя по всему, покоился двенадцатизарядный стаб-пистолет, у рукояти которого зависла затянутая в перчатку рука, готовая быстро выхватить его. В другой он держал тонкое устройство в чёрном пластековом корпусе.

От шока у Бруно перехватило дыхание, и он грохнулся на колени перед незнакомцем, выронив пистолет из влажной ладони.

Широким шагом человек подошёл к жалко барахтающемуся в грязи Бруно и носком ботинка непринуждённо оттолкнул оружие в сторону.

Бруно беспомощно взглянул на частично закрытое шляпой лицо и заметил щетину на решительном подбородке и суровый взор сощуренных глаз.

– А вот и последний, – растягивая слова, произнёс незнакомец, и осознание жестокой реальности забрезжило, словно холодное бледное солнце над Пепельными пустошами.

Этот человек был ответственен за гибель Пылевых Псов Бруно. Каким-то образом он перебил их одного за другим и загнал Бруно к входу в купол, даже не выбившись из сил. Даже не вспотев!

Орлок вновь услышал гул – позади него между высящимися поганками показался сервочереп. Он остановился, паря над землёй, в четырёх метрах от его позиции и навёл на него прицел прикрученного сбоку компактного автопистолета.

– Кто нанял тебя? – выбранился Бруно, пред лицом смерти найдя в себе смелость противиться судьбе. – Задиры?

– Я пытался попасть сюда с тех пор, как узнал, что агенты Квантовой Королевы ищут это место, – не обращая внимания на его вопрос, сказал незнакомец.

– Что? – воскликнул Бруно.

– Не «что?», а «почему?». А затем являешься ты со своим амботом, прокладываешь сюда путь, и я получаю ответ – ей нужен главный приз.

Страх Бруно сменился замешательством, и он в полном недоумении воззрился на охотника за головами.

– Тот комплекс зданий, который твой землеройный робот модели «Лютер» сравнял с землёй. Ты, я вижу, не в курсе, что это, иначе бы не был так скор на расправу.

Замешательство Бруно свернулось внутри твёрдым холодным комком.

– Это была очистная станция, – продолжил неизвестный. – Бесценная. А как иначе объяснить наличие здесь чистой воды и воздуха?

Бруно стало мутить.

– Конечно, теперь, когда станции нет, этому раю недолго осталось, и купол Л–Один–Шесть–Джи ей уже ни к чему, такие дела.

На суровом лице мужчины возникла мрачная ухмылка.

– Как говорится – «трофеи достаются победителю».

Он невозмутимо спустился по склону, где на полпути застыл Дробитель.

Со стороны Бруно казалось, будто незнакомец просто поднял руку, и амбот, жужжа сервомоторами и расслабляя углеволоконные мышцы, вновь включился и выпрямился в полный рост перед тем, как перейти в режим ожидания.

– Сигнал принят, – механические ротовые органы Дробителя зашевелились подобно жвалам, но их движения не согласовывались с неестественными автоматизированными речевыми шаблонами. – Режим готовности. Жду указаний.

Ошарашенный Бруно с ужасом взирал, как у него отобрали его механического телохранителя, и шок быстро сменился беспримесным гневом.

Автопистолет лежал в считанных метрах от него. Он пополз на четвереньках по грязи и схватил его, а затем, наведя на охотника за головами, нажал на спусковой крючок.

Но прозвучали лишь резкие щелчки ударно-спускового механизма.

Бруно тихо выругался – конечно же, там не было патронов. Пока он бежал по грибному лесу, то замешкался и не перезарядил его.

Двигательное устройство вооружённого сервочерепа с пронзительным свистом, больше напоминавшим шипение, включилось, и дрон приготовился нейтрализовать угрозу.

Но охотник за головами развернулся и смерил Бруно усталым хмурым взглядом.

– Отбой, – отдал он команду сервочерепу.

– Да кто ты такой? – пробормотал главарь ныне несуществующих Пылевых Псов. Лишившись отряда, теперь он был гангстером-одиночкой, обычным Орлоком из дома Железа.

– Баш на баш, – с неизменным выражением лица ответил охотник за головами. – Имя в обмен на имя.

– Я… меня зовут Бруно, – простонал он.

– Да не твоё! – резко прервал его охотник за головами. – На кого ты работаешь… Трусишка Бруно?

***

– И что ты ему сказал? – потребовала ответа фигура, сидящая на резном троне.

– Ничего! – заверил её Бруно. – Я ничего не выдал, клянусь вам!

Квантовая Королева промолчала, и тончайший  покров повисшей тишины рассёк её следующий вопрос:

– И кто же это был?

– Крид, – ответил измотанный Орлок. Он чувствовал себя, как выжатый лимон, его дёсны изнывали от боли, а колени окоченели. – Он назвался Натаном Кридом.

Крикс Фалл тревожно перемялся с ноги на ногу, подавляя природный инстинкт «бей или беги».

– Не лги мне! – закричала Квантовая Королева, отчего Бруно подскочил на месте, не в силах вынести всё это – он был взвинчен не хуже проповедника Искупителей.

– Я не лгу! – возразил Бруно, собрав во рту комок сворачивающейся крови и сплюнув его на пол. – Так он представился мне.

– Ну, конечно! – набросился на него гильдеец. – И ты надеешься, что мы поверим, будто ты не раскрыл нужную ему информацию, а он сказал тебе своё имя и отправил на все четыре стороны?

Бруно побледнел.

– Вот так и рождается правда – такая же очевидная, как и сломанный нос на твоём уродливом лице. Ты должен был поделиться с ним чем-то, иначе он бы так просто не раскрыл своё имя.

У Бруно болело всё тело. У него затекли пальцы рук и ног, рот полнился болью, губы опухли, а сам он желал прекратить свои страдания.

– Хорошо, я назвал имя, единственное, что мог ему предложить, – Бруно перевёл взгляд с гильдейца на его агента и указал на неловко стоящего у трона человека в маске. – Твоё, Крикс Фалл.

Бруно почувствовал, как в комнате слегка разрядилась напряжённая атмосфера, а сама Квантовая Королева слегка расслабила плечи.

Крикс Фалл поднял руку в перчатке, в которой он держал пистолет-игольщик.

– Значит, наша сделка аннулирована, – сказал он, плотнее обхватывая пальцем спусковой крючок. – Твои услуги нам больше не нужны.

И он не промахнулся.

***

– Он станет искать тебя, – равнодушно взирая на труп гангстера, сказала Квантовая Королева.

– При всём моём уважении, миледи, будут искать нас обоих, – уточнил её верный помощник. – Да и кто может обвинять Крида после того, что мы с ним сделали?

– Он ни о чём не знает! – прошипела Королева. – Не обо всём, по крайней мере.

– Неважно, – тяжко вздохнув, сказал Крикс Фалл. – По его мнению, мы сущие злодеи.

– Тогда нужно быть готовыми защищать себя, – сказала Королева твёрдым, как сталь, голосом. – И я считаю, что лучшая защита – это нападение.

Крикс Фалл выдержал ледяной взор своей хозяйки.

– Я хочу, чтобы ты объявил награду.

– Благодарю вас, госпожа, – тяжело сглотнул Крикс Фалл, почувствовав, как во рту пересохло. – И сколько же?

– Тысяча кредитов, – ответила Квантовая Королева. – Мне нужна голова Натана Крида!

Книга загружена из Warpopedia - Гильдии Переводчиков Warhammer & Warhammer 40,000
wiki.warpfrog.wtf