Демоны Меридиана / Daemons of Meridian (статья)

Материал из Warpopedia

wiki.warpfrog.wtf

После битвы за город Синдерак поселение лежало в руинах. Среди разбитых домов, горящих обломков и разбросанных тел находились и останки Братьев Черного Рассвета. Техноеретический культ, издавна обитавший в Большом Кратере, с приходом Великой Тьмы присоединился к толпам мутантов, илотов и монстров, штурмующих стены города. Более хитрый, чем большинство других, их лидер, еретех Царн Киберот, пока над городом бушевала битва, повел своих последователей глубоко под Синдерак по древним туннелям, которые когда-то были ульем Меридиан. С помощью скрап-кодовых амботов Братства культ пробрался в город во время нападения Голиафов на удерживаемое Эшерами поселение. К несчастью для Царна и остальных культистов, миг их триумфа нарушила жестокость противостояния дома Цепей и дома Клинков. На самом деле, большинство членов кланов даже не поняли, что произошло восстание культа илотов: они были слишком заняты перестрелкой друг с другом, чтобы заметить среди себя небольшую группу новоприбывших.

К концу битвы Царн был изломан, истекал кровью и умирал. Пули Эшеров и кулаки Голиафов изувечили его тело, а враждующие клановые банды убили почти всех его последователей. Даже два амбота, принадлежавшие культу, были в плохом состоянии: от одного остались дымящиеся развалины, другой сильно хромал, и из него сочилась жидкость густыми маслянистыми лужами. Именно второй амбот доставил Царна обратно в нижний город и принес смертельно раненого лидера культа в глубины подземного улья Меридиан. На этом история Братьев Черного Рассвета вполне могла бы закончиться гибелью Царна. Однако Царн был искусен в ремесле еретеха и в последние мгновения своей жизни активировал запрограммированные хирургические протоколы в своей мехадендритовой сбруе. При помощи жужжащих пил и режущих лезвий механические руки извлекли мозг Царна из тела, а затем вшили его в открытую черепную полость амбота — объединив мозг ксенозверя и еретеха в единый ужасающий организм.

Потрепанный амбот долго лежал в темноте, бережно держа труп Царна. Затем, подняв голову, он с лязгом поднялся на массивные ноги, руководимый темным разумом. Некоторое время он блуждал по подземным ходам Синдерака, следуя за древними живительными линиями электропередач и запахом мощного источника энергии. В конце концов странствия привели его в огромную камеру под центром города. Когда-то она являлась энерговодом древнего плазменного реактора мертвого улья, да и сейчас она служила жителям города для аналогичной цели — отводить вековую остаточную энергию, все еще хранившуюся в давно забытых тепловых батареях. Огромными металлическими руками существо, которое было и амботом, и Царном, вцепилось в одну из громадных силовых магистралей и жадно припало к ней — энергия текла в слияние робота и еретеха и превращала его в нечто большее, чем прежде. Пока нечестивый союз машины и человека кормился, из теней появились оборванные фигуры, привлеченные шепотом варпа, и склонились перед своим новым хозяином.

Тем временем в руинах города наверху из схватки выбрался чемпион Голиафов Горшив Молотила. После битвы за Синдерак большая часть его банды была изгнана торжествующими Эшерами на север, к руинам Торговых врат, хотя верный отряд Сокрушителей Шива остался на его стороне. Даже Док Шив на время покинула его, оставив свое великое творение лечиться среди остатков сошедшего с рельсов маглев-поезда сразу к западу от Большого кратера.

Изнемогая от ярости, Горшив мечтал отомстить победившему его странному воину — не только ради удовольствия размозжить тому череп, но и чтобы напомнить своим парням, что он все еще сила, с которой стоит считаться. Как только стимуляторщик как следует восстановился и получил новую порцию химикатов для подпитки своих огромных мышц, он отправился обратно к разрушенному поселению на окраине в поисках своей добычи. Имея в своем распоряжении всего несколько Голиафов, Горшив был вынужден пробираться в Синдерак старыми вспомогательными проходами, но даже при этом ему пришлось проломить несколько голов, чтобы его возвращение осталось незамеченным. Образ воина в белом плаще горел в разуме Горшива, и даже его собственная банда не осмеливалась ставить под сомнение жажду мести своего босса, боясь оказаться со сломанными хребтами.

Пробираясь сквозь тьму в дремлющие туннели под городом, Горшив и его Сокрушители крались среди лачуг и мастерских в поисках чемпиона в плаще и его последователей. Те немногие караульные Эшеры и Орлоки, которым не повезло встретиться с ними, быстро пожалели об этом, и вскоре Горшив оказался в пещерной камере под центральным рынком, откуда вышли повстанцы Кредо, внезапно напавшие на Голиафов во время боя. Горшив надеялся найти что-нибудь, что привело бы его к врагу, но вместо этого его взору предстало странное зрелище.

Там, среди обломков от предыдущих битв, оборванная паства собралась вокруг некоего громадного металлического монстра. Горшив был знаком с автоматонами и понял, что раньше это был какой-то амбот — но измененный тревожным и отталкивающим образом. Если прежде это была почти полностью роботизированная машина с мозгом зверя, то теперь она выглядела как живое существо. Из его тела лезли органические наросты и придатки, а сквозь щели в бронированном корпусе пробивался яростный зеленый свет.

Пока Горшив рассматривал это чудовище, в зал вошли бойцы Эшеров, нацелившие свое оружие на адское создание. Прихожане, еще мгновение назад гнувшие спины и распевавшие молитвы своему механическому владыке, встали, готовя собственное вооружение. На кратчайший миг Горшив задумался, не скрыться ли снова в тени, оставив обе стороны драться, но его ярость нужно было утолить — а его банде нужно было увидеть, как их босс сломает несколько костей.

Царн рассматривал мясных тварей, круживших вокруг его последователей, и просчитывал свой ответ. Древняя энергия улья, слитая со скверной варпа, пульсировала в его теле, ныне перестроенном темным интеллектом, который приводил в движение его механическую оболочку. Пока машинные мысли кувыркались по подпрограммам и протоколам реагирования, его взгляд оценил угрозу, которую представляли для него враги из плоти: минимальная. Поднявшись на шипящих сервоприводах, Царн протянул вперед одну из своих разросшихся лап. Там, где раньше торчало дуло мелты, Эшерам предстала ухмыляющаяся морда демона, пасть которого выпустила в их ряды поток варп-огня. Грохочущими шагами Царн прошел сквозь своих последователей — те илоты, которые не успели достаточно быстро убраться с дороги, были раздавлены механическими ногами. Практически не фиксируя своими сенсорами стрекот автоматического оружия и шипение лазерных выстрелов между культистами и их врагами, он бесчинствовал среди дома Клинков. Хрупкие человеческие тела подбрасывало в воздух, давило железными когтями или испепеляло зеленым пламенем, и Эшеры быстро отступили перед ревущим механическим кошмаром.

Царн почувствовал, что его тянет назад, к крану с живительной энергией, и в это время из толпы тел вокруг его ног возникла массивная фигура. Секунду спустя последовал сильный удар в плечо — настолько сильный, что Царна отбросило на дюжину шагов назад, а по его телу прошла ударная волна. Сенсоры сфокусировались на нападавшем — тепловые слои и кинетические рецепторы отобразили колышущуюся гору мышц, которая двигалась с подстегиваемой химикатами скоростью.

Горшив вновь бросился на металлическое чудовище, с оглушительным звоном ударив по его груди своими молотами. Тварь опять отшатнулась, но на этот раз оправилась быстрее и рванулась в бой. Прежде чем она успела попасть в цель, на Горшива кинулся вопящий культист, помешавший атаке амбота. Угодив между молотами Голиафа и когтями машины-демона, несчастный илот взорвался дождем плоти и крови, обдав Горшива и амбота человеческими останками. На мгновение Голиаф ослеп от крови и внутренностей и отступил на шаг, чтобы восстановить зрение, а тем временем амбот направил на него свой огнемет. Лишь благодаря выбросу боевых стимуляторов пламя варпа не окутало Горшива, однако нескольким другим бойцам повезло меньше – шатающиеся столбы зеленого огня скрылись во мраке. Тварь с ужасающей быстротой развила атаку: ржавые когти подхватили Горшива и швырнули через всю камеру, как детскую игрушку.

Экзоскелет Царна лязгал и содрогался там, куда пришлись удары горы мускулов. Его тело не реагировало должным образом, и двигаться было трудно. Программы анализа результатов мгновенно пронеслись в голове Царна, и, выбрав курс действий, он оторвал поврежденные бронированные пластины, чтобы дать свободу конечностям. Хотя шальные выстрелы все еще с искрами и визгом отскакивали от Царна и проносились рядом, трехсторонняя битва между мясными тварями не представляла для него никакого интереса. Надвигаясь со свирепой неотвратимостью, он приближался к тому месту, куда упала его добыча – сжимавшиеся и разжимавшиеся когти пощелкивали в предвкушении убийства.

Когда машина хаоса оказалась близко, Горшив вырвался из кучи обломков и бросился на амбота, ударив молотами по деформированной голове. В ливне искр и осколков машина опрокинулась назад, рухнув на землю со звуком, похожим на обвал купола. Даже не думая о победе, Горшив ринулся в бой, все еще продолжавшийся между Эшерами, илотами и Голиафами. Его молоты были готовы расколоть новые черепа.

Машинный разум Царна поплыл во тьме... затем включились резервные системы, заработали альтернативные источники энергии, и метр за метром амбот со скрежетом потащился обратно к крану питания. Протянув когтистую руку, Царн вцепился в живительную энергию и сразу же почувствовал, как его тело начинает восстанавливаться.

Горшив проламывал своими молотами череп очередного илота, когда увидел, что амбот поднимается, и в его оптике снова горит огонь. К его отвращению, пластины преобразились, прикрыв обнаженные внутренние механизмы, и монстр тяжеловесно двинулся в гущу схватки. Горшив снова повернулся лицом к нему, с вызовом стукнув бойками двух своих молотов, Крушение и Гибель. Тварь развернулась к нему лицом, и как раз в этот момент раскаленный плазменный заряд ударил ее в бок и снова отправил наземь. Придя в ярость, Горшив набросился на Эшера, виновного в этом. Пока воительница боролась со своим перегревшимся оружием, молоты Голиафа повергли ее на землю окровавленной грудой.

И вновь Царн пил целебную энергию, и вновь чувствовал, как его тело восстанавливается. Молотобоец снова атаковал — хотя и медленнее, чем раньше. Оптика оценки угрозы сфокусировалась на инъекторах, которые мясная тварь носила на спине и шее — химические нюхачи определили, что это стимуляторы и боевые сыворотки. Когда живая гора переусердствовала с атакой, Царн тыльной стороной руки ударил по инъекторам — вырвав их из плоти и разбив на куски. Массивное создание замедлилось еще больше, и Царн вонзил когти в его тело, прижав к земле.

Тело Царна уже почти полностью восстановилось, и в своей машинной жадности он присосался к энергоотводу, на мгновение забыв об отбивающейся мясной твари у своих ног. Сенсоры отметили, что существо достает оружие свободной рукой — другая была прижата окровавленными когтями к земле. Пистолет, уровень угрозы: ноль. Царн наклонился пониже, чтобы убить.

Горшив, тело которого покрывали порезы и кровь, усмехнулся сквозь окровавленные зубы. Подняв свой стаббер, он нацелил его не в голову амботу, а на пульсирующий энерговод позади того. Пуля с треском вонзилась в канал, а через секунду слепяще полыхнула энергия. Не лежи Горшив на земле, его бы охватило пламя — те немногие бойцы, которые все еще были на ногах и сражались, в судорогах и конвульсиях рухнули на пол, когда в них врезались энергетические разряды. Амбот содрогнулся и умер, с грохотом упав наземь — наконец-то затихнув. Горшив устало поднялся на ноги и оглядел разрушения вокруг себя. «Опять последним остался на ногах», — подумал он, медленно и слабо улыбнувшись.

Танцуя по древним силовым магистралям улья, Царн рассматривал существо через древние системы безопасности, закрепленные по периметру купола – а потом потерял интерес и умчался в эфир в поисках новой формы...

Книга загружена из Warpopedia - Гильдии Переводчиков Warhammer & Warhammer 40,000
wiki.warpfrog.wtf