Битва за Амару (статья)

Перевод из WARPFROG

wiki.warpfrog.wtf

Смотрящий врагу в лицо познает лишь смерть, слушающий слова врага услышит одну только ложь, но раскрывший суть врага узнает, как его убить.

Из проповедей святого Мардука, стих 12-84

Битва за Амару стала поворотным моментом в истории Орфейской войны и крупнейшим в сегментуме Темпестус сражением по количеству убитых за последнее столетие. С неё же начиналась и операция, впоследствии названная Спасительной кампанией – продолжительное контрнаступление после катастрофической первой стадии Орфейской войны, рассчитанное сдержать и сломить натиск некронов в секторе.

В битве за Амару подтвердились подлинный облик и мощь противника, с которым столкнулся Империум. И потому дальнейшие события описаны значительно подробнее, чем предыдущие, сведения о которых были составлены на основе послебоевых отчётов участвовавших в сражениях подразделений, показаниях немногих очевидцев и записей предсмертных изображений на сетчатке глаз убитых, добытых Ордо Ксенос.

Инквизитор Ха'Васс

3964992.М41

Накануне перед разрушением

Наступление, которое прошло менее чем за сто стандартных дней и затронуло больше половины населённых звёздных систем Орфейского сектора, посеяло панику и страх в невиданных масштабах и унесло миллиарды жизней. Таким образом, захватчики устроили сущий хаос. Любая ожесточённая битва превращалась в отчаянное отступление, которое затем перетекало в беспорядочное бегство. Войска сектора были разгромлены и разобщены, благодаря чему неприятель одерживал одну сокрушительную победу за другой. Ни одной имперской армии не удавалось добиться существенного успеха, кроме как чуть отсрочить или замедлить вражеское продвижение. Затем по необъяснимой причине война прекратилась.

Не представляя, сколько продлится это затишье, в Амару под прямым контролем главнокомандующего сектора, а также генерал-губернатора Калиброна Лаана и его военного совета, поспешно стягивали все доступные войска. Но время текло, а атаки так и не следовало. Растущая паранойя и неуравновешенность Лаана – на тот момент причины которых оставались неизвестны – оказывали огромное влияние на боевые планы и расположение сил, привлечённых к обороне столицы. Подкрепления извне сектора, которые начали прибывать в ответ на призывы губернатора о помощи, по большей части сразу направляли для укрепления Амары. Боевые подразделения с миров скопления Аркантис и восточных областей сектора, пока что незатронутых войной, массово снимали с позиций и также отправляли к Амаре, тем самым ослабляя защиту их родных планет. Это обстоятельство серьёзно подкосило боевой дух жителей и пошатнуло политическую стабильность в тех регионах, что в нескольких случаях привело к откровенному мятежу, который пришлось жёстко подавлять комиссариату. За четверть стандартного года войска, размещённые на Амаре, выросли колоссально: более девятнадцати миллионов имперских гвардейцев и примерно в десять раз превосходящая их армия из резервистов и ополченцев, созданная по особому указу и укомплектованная снаряжением кадийского образца по строжайшим нормам Департаменто Муниторум. Одним из последних военных контингентов, прибывших в систему, и сильнейшим среди формирований Имперской Гвардии была войсковая группа из двух миллионов солдат, набранных из корпусов смерти Крига, во главе которой стоял ветеранский 17-й линейный корпус под командованием маршала Кариса Веннера.

Кроме того, на призыв о помощи ответили несколько орденов Космодесанта, включая Минотавров, авангардные части которых сразу же принялись прочёсывать северный регион Орфейского сектора вместе с ротой капитула Мародёров, пока подразделения Красных Серафимов и ордена Немезиды находились в пути. Армада, собранная на тот момент в космическом пространстве Амары, внушала не меньше: несколько сотен эскортных кораблей и более шестидесяти крейсеров и капитальных кораблей Имперского Военно-Космического Флота, включая семь линкоров первого ранга, четыре боевые баржи космических десантников, а также древнюю и знаменитую «Арику доминус» в качестве флагмана. Редко когда в истории Империума столь ошеломительные силы собирались для обороны всего одной звёздной системы.

Боевая группа Милитарис Темпестус «Спасение»

Развёрнутые в системе Амара подкрепления на момент 0364992.М41

- Капитул Адептус Астартес «Минотавры» – 10 рот

- Капитул Адептус Астартес «Мародёры» – 1 рота

- Корпусы смерти Крига: 17-й и 60-й линейные

- Бронетанковые батальоны Текарна – 7 батальонов

- Йопаллская контрактная гвардия – 4 полка

- Клятвокровы Синд-Зана – 2 легиона

- Некромундская гвардия – 2 полка

Откликнувшиеся/Находящиеся в пути в систему Амары

- Адептус Астартес – контингенты 3-х орденов [подтверждено]

- Имперская Гвардия – 16 полков [подтверждено]

- Легио Викторум (II) Адептус Титаникус – демилегио

- Кадровый состав Ордо Ксенос [засекречено]

- Истребительные команды Караула Смерти [засекречено]

+++ Прилагаемый секретный файл /// Предварительное замечание об Амарском гамбите +++

+++ Доказательство из архивов лорда-инквизитора Хирама Нтшоны +++

+++ После смерти обнародовано на конклаве Эвридики +++

+++ Печать Скармэна Ха'Васса

+++ Инквизитора Ордо Ксенос +++

Только в свете документального подтверждения, добытого конклавом в ходе расследования мотивов действий последнего лорда-инквизитора Хирама Нтшоны, выяснилась некоторая правда о произошедшем в Амаре и гибели Орфейского сектора. На протяжении почти двух столетий Нтшона имел безукоризненный послужной список, и его по праву превозносили как глубокоуважаемого демоноборца. С этим не поспорить. Однако, по всей видимости, придётся согласиться с тем, что в своём последнем испытании достопочтенный муж позволил страху и паранойе возобладать над собой, из-за чего в чудовищном нашествии в Орфейский сектор винил не ксеносов, а злокозненных демонов и еретиков, считая, что это всего лишь преамбула к грядущему вторжению, которое будет ещё страшнее. Из-за такого заблуждения информации крайней важности не придали должного значения, и Нтшона не передал её представителям Ордо Ксенос, которые смогли бы разглядеть её ценность. За ошибку Нтшоны Империуму пришлось заплатить непомерно высокую цену.

Не менее значимо и его влияние на Калиброна Лаана, который постепенно сходил с ума из-за неверных истолкований инквизитора. В начале вторжения в сектор, которое, как мы теперь знаем, организовали некроны, губернатора стали мучить пугающе реальные кошмары. Ему снилось, будто он сидит за большим пиршественным столом в окружении жутких фигур «с масками из кости и позолоты, в украшенных драгоценными камнями золотых и тёмных одеяниях варварских и чужеродных королей и принцесс», как он сам их описывал. Пред ними был расставлен богатый сервиз из больших плоских блюд и тарелок, на которых лежали серая пыль, тлеющие угли, сырое и окровавленное мясо. Во главе стола на громадном троне восседала фигура «ужаснее всех остальных вместе взятых, настолько жуткая, что моё сердце тотчас бы остановилось, если бы я взглянул прямо на неё».

В этой нелицеприятной компании, где Лаан был как в ловушке, его вынудили отведать странного кушанья. В то время как прочие члены двора в злобной тишине внимательно наблюдали за ним, один из участников нечестивого банкета – облачённый в содранную кожу – жадно размазывал кровавые куски плоти по своей страшной маске и выливал на себя графины горячей крови, хотя никоим образом не мог ни есть, ни пить. Когда губернатор уже совсем не мог вытерпеть этот сон, он начинал кричать, чтобы его отпустили, и тогда у него за спиной появлялась тёмная фигура в капюшоне, которая шептала: «Некогда эти миры, на которые вы посягнули, принадлежали нам, и теперь они снова наши. Миры, где мы восстали, уже очищены. По земле миров, где мы когда-то ходили, мы пройдём опять. Как предписывается традициями, вам даётся ровно один цикл бледной звезды, чтобы подготовиться к истреблению. Майнархи идут, и званый обед вновь будет накрыт».

Нтшона интерпретировал эти периодически повторяющиеся сны как ложь демонов, проникающую в спящее сознание Лаана, и как выдуманное предсказание, рассчитанное посеять панику и ввести имперские войска в заблуждение насчёт истинных времени и места ожидаемого нападения. Оглядываясь назад и зная о масштабной угрозе некронов Империуму, которую только сейчас начал полностью осознавать наш орден, можно прийти к выводу, что всё рассказанное Лааном, насколько его разум позволил изложить, по-видимому, произошло в действительности. Если проводить параллели между случаем Лаана и другими, которые описаны инквизиторами Боасом, Стрейкером и Валерией, выходит, что генерал-губернатор, несмотря на подобающие его должности меры безопасности, был тайно похищен некронами, которые обращались с ним как подобает с предводителем противостоящих им сил. Он пережил настолько сильный шок, что его повреждённый рассудок попросту заблокировал воспоминания об этом случае.

Случайно или нет, сосредоточение войск в системе Амары, вызванное паранойей Лаана, стало именно тем, чего хотели некроны – достойным ответом людей на брошенный им вызов умереть как воины.

++ Улатан (Амара IV) ++

++ Леймон (Амара III) ++

++ Амара-Прайм (Амара II) ++

++ Аурик (Амара I) ++

++ Боевая зона Амара-Прайм ++

++ Звёздная система Амара: ссылка – Битва за Амару ++

++ Ссылка: Орфейская Спасительная кампания ++

++ Источник: показания сканирования дальнодействующего ауспика линкора «Арика доминус»; усиление послевоенного когитатора; конклав Ордо Ксенос Эвридики; уровень секретности «Милитарис Омега-пять» ++

++ Вторжение некронов: регион улья Нью-Вассбург

[Распознанная Ордо Ксенос династия: Майнархи

Общие потери: 28 000 000] ++

++ Вторжение некронов на восточном континенте

[Имперские силы уничтожены, абсолютное господство некронов]

++ Индустриальные области Каралсы

[17-й линейный корпус смерти Крига: устойчивое сопротивление]

++ Зона основного штурма: улей Кэллоушин [Эфирные и электромагнитные возмущения. Дальнейшее наблюдение невозможно, потери неизвестны] ++

++ Лабрикская пустошь [Зоны высадки ордена Минотавров. Бесспорный контроль имперских сил] ++

++ Маркованский полуостров [Район сбора Имперской Гвардии: потери составляют 89% – примерно 1 120 000 человек. Погибли при орбитальной бомбардировке] ++

++ Субульи Синарис [Слабое сопротивление, свободное наступление некронов, потери неизвестны] ++

++ Звёздный порт Дьюнерат [Основной орбитальный узловой пункт, полностью подконтролен захватчикам] ++

++ Амара-Прайм ++

++ Ссылка 234/23, местная дата 3976992.М41 ++

++ Оценка обречённости: Омега-12387 и растёт ++

Время шло, а захватчики не давали о себе знать. Укрепление Амары уже не казалось таким уж срочным делом, и чаще стали раздаваться призывы к немедленному действию, но Лаан и его советники оставались всё такими же категоричными. Был введён мораторий на любые попытки проведения контратаки в утраченных регионах сектора Орфей и даже на разведку боем, которая помогла бы узнать, есть ли по ту сторону какие-нибудь выжившие, по-прежнему в одиночку ведущие бой, или проследить за передвижениями противника и узнать его силы. Тёмная завеса укрыла потерянные миры сектора, и Лаан и его доверенные лица, похоже, вовсе не хотели её срывать.

3970992.М41

Чёрный флот

Битва за Амару началась без всяких преамбул или предупреждений; ни один дальнодействующий авгур не заметил приближения некронов, ни один астропат или провидец не смог прозреть их присутствие в течениях Эмпиреев. В 1534202 по местному времени возле Амарской звезды образовался сильный гравитационный прилив, который привёл к тому, что солнце в серии мощных вспышек излило в космос губительные потоки плазмы и радиации. Ярость раненной звезды оказалась настолько сильной, что они достигли даже орбиты Аурика – самой дальней планеты в системе – и в одно мгновение испепелили всё, что находилось на её дневной стороне. Сенсорные сети и ауспики во всей Амарской системе были ослеплены, вокс-траффик полностью рухнул, а неэкранированная аппаратура вышла из строя из-за электромагнитного стона измученной звезды. Вызванные внезапной солнечной бурей смятение и суматоха привели к тому, что никто так и не понял, что противник наконец нанёс давно ожидаемый удар, пока на дальней орбите Амары-Прайм не взорвалась боевая станция «Часовой-4». Воинство некронов в конечном счёте высвободило свой гнев.

Громадная имперская флотилия, патрулировавшая рубежи флотской стоянки у Леймона (Амара III), где, по общему мнению, удобнее всего было перехватывать корабли, проникающие в систему из варпа, незамедлительно включила запасные системы и оптические сюрвейеры, чтобы осмотреть разрушения. К своему ужасу, капитаны увидели армаду неизвестных звездолётов, которые вырисовывались в черноте космоса на фоне пылающих обломков боевой станции. Захватчики перемещались с настолько невообразимой скоростью, что уже в считанные секунды оказались возле Амары-Прайм – не было времени ни на то, чтобы попытаться остановить их, ни даже чтобы послать предупреждение. Противник стоял у самого порога.

Пока имперские корабли пробуждали двигатели от тревожного сна, на что требовалось время, которого у столичной планеты попросту не было, «Арика доминус» и сопровождающие её корабли беспомощно наблюдали, как вокруг Амары вспыхивают точки золотого и изумрудного света там, где серповидные и копьевидные космолёты пришельцев расчищали орбитальные минные поля и уничтожали орудийные платформы. Оборону Амары-Прайм, на возведение которой ушло столько крови, денег и времени, сейчас методично разрушали прямо на глазах. От боевых станций «Часовой-1» и «Часовой-2», каждая из которых обладала огневой мощью целой эскадры крейсеров, остались только пылающие обломки, сияющие в ночном небе Амары-Прайм как жуткие знамения. Столичный мир Орфейского сектора был открыт для атаки.

3971992.М41

Высадка на планету

К тому времени как батареи орбитальной обороны, что защищали города-улья, и шахтные пусковые установки, спрятанные под серыми водами морей, стали в бешеном темпе вести огонь и производить пуски ракет, враг уже вплотную подошёл к Амаре. Тёмные и неестественные грозовые тучи собирались в небе, сверкая молниями, в то время как в тенях меж шпилей ульев, в тоннелях и подземных проходах вспыхивал тусклый зловещий свет. Вокс-эфир тактической сети, по-прежнему утопающей в сильных помехах и треске статики, резко заполнили донесения об атаках из-под земли и с воздуха. В промежутке между ударами молний на просторных церемониальных площадях улья Кэллоушин материализовалась армия призраков из почерневшего железа и двинулась по улицам, убивая всех попадавшихся. Рой из тысяч прожорливых металлических насекомых вырвался из тоннелей под звёздным портом Дьюнерат, поедая всё на своём пути и изнутри разрывая войсковые шаттлы и боевые корабли, стоящие на стапелях.

Блестящие «Гибельные косы» и «Ночные саваны», появившись из штормового неба, обрушились на город Нью-Вассбург, крупнейшую из аркологий Амары-Прайм. Скидываемые бомбардировщиками чёрные герметичные сферы с антиматерией при контакте с целью несли ей забвение и оставляли огромные проломы в шпилях, из-за чего те начинали заваливаться и падать вниз, хороня всех, кто находился внутри. Не дольше протянули и наполовину погруженные под воду комплексы улья Тритонус. Лабиринт из затопленных проходов и подуровней должен был помешать продвижению и запутать любого нападающего, но такая оборона оказалась неэффективной против механической нежити, что пришла за людьми: этим существам не требовалось дышать, и тьма была для них верным союзником. Под натиском мрачных погребальных барок, что поднимались из чёрных вод, неся на борту безмолвные легионы металлических воинов-скелетов, и тварей с руками-ножницами, которые выползали из теней, воздушные колпаки и похожие на кораллы высотные здания Тритонуса вскоре тоже обратились в руины. По водным каналам эхом разносились крики умирающих.

Помимо городов, что составляли основные цели захватчиков, через какое-то время атаке подверглись и военные заставы. Главную из них – полярный бастион Милитарис, опору планетарной обороны – резко взяла в окружение фаланга массивных боевых машин, бесшумно паривших над плавучим льдом. Ни один луч и снаряд, казалось, не мог остановить их, пока они неумолимо приближались, дробя мощные анкерные плиты стегающими сгустками энергии и пуская сейсмические волны, которые разносили гранитную облицовку наружных стен крепости, словно она была из песка. Километровые казармы из сборных блоков на Маркованском полуострове, рассчитанные примерно на миллион гвардейцев, были начисто стёрты с лица земли сверкающими лучами света, которые протянулись с орбиты и не оставили ничего, кроме белого пепла и оплавленного кварца там, где некогда размещалась крупная армия, собранная для войны.

Превосходимые врагом, который, казалось, внезапно оказался повсюду и умел материализовываться прямо из воздуха, защитники Амары, пусть и разрозненные, раз за разом давали отпор. У Кэллоушина смертоносные легионы встретили танки Текарнского 234-го бронетанкового батальона, экипажи машин которого быстро поняли, что на малой дистанции стоит опасаться даже лёгкого вооружения захватчиков. Сознавая, что оставаться на открытой местности будет настоящим самоубийством, командиры батальона отвели технику к широкому пересечению дорог, где они могли рассчитывать поразить противника издалека, и практически перекрыли пространство между жил-шпилями, выстроив танки в шахматном порядке. Впереди – «Леманы Руссы», позади – артиллерийские «Мантикоры» и «Василиски» для обеспечения заградительного огня. Как только показались первые ряды шагающих к ним некронов-воинов, текарнцы обрушили целый град огня, под которым никто не смог бы выжить. Но несмотря на то, что один за другим неживые солдаты взрывались и разлетались на части, на их место вставали новые, а павшие неуклонно ползли по израненной земли и собирали себя заново. Гвардейцы с ужасом смотрели на то, как ярость их огня всего лишь удерживает наступление неприятеля, и не переставали посылать один снаряд за другим, пока дула их орудий не раскалились докрасна от интенсивности стрельбы. Положение было безвыходным, и офицеры понимали, что не продержатся долго, но им так и не выпал шанс узнать, насколько хватит их решимости и боеприпасов против столь непреклонного врага.

Для доблестных гвардейцев Текарна смерть одновременно явилась и с воздуха, и из-под земли. Согласно показаниям единственного выжившего, рядового Йеона Бака, который нёс службу на транспортирующем снаряды поезде, поначалу никто не заметил угрозы из-за грохота собственных пушек. Первое, что он увидел, указывающее на атаку, – обжигающее копьё огня, как при выстреле из мелтагана, но куда плотнее и длиннее. Оно мгновенно испепелило солдат впереди него и за один проход разрезало пополам погрузочного «Часового», стоявшего неподалёку. Бак говорит, что ему повезло, что в тот момент он с товарищами возвращался без ящиков с боеприпасами, иначе они непременно взорвались бы и он бы тоже погиб. Он описал, как у него над головой прожужжало огромное чёрное пятно, когда он бросился искать укрытие и, посмотрев наверх, в ужасе увидел, как по поверхности башен-шпилей, расположенных вокруг бронеколонны, ползают кошмарно большие насекомообразные роботы. Опознанные Ордо Ксенос как «акантриты», эти машины на тенистых крыльях обрушились на зажатые текарнские войска, рассекая бронетехнику своими режущими лучами, а затем принялись кромсать выживших острыми лапками и окутанными энергией жалами. Паника быстро охватила ряды текарнцев, танки которых из-за слишком близкого расположения друг к другу были стеснены в движении и не могли повернуть свои орудия, не задев друг друга или солдат. Назревала бойня. Текарнские диверсанты, прикомандированные к танковому батальону, попытались контратаковать, используя свои хеллганы и плазмаганы, но в тот же миг из-под земли вырвались громадные и шустрые конструкции, похожие на сороконожек, и захлопнули ловушку. Эти машины для убийства, перемещавшиеся так быстро, что казались размытыми, умели проходить сквозь твёрдую материю, и, пробившись сквозь оставшиеся в строю боевые танки, они быстро завершили резню. Расчленённые тела гвардейцев разлетались во все стороны при их прохождении, и менее чем за двадцать минут 234-й батальон прекратил своё существование. Единственного выжившего, рядового Йеона Бака, забравшегося в коллектор, где его не заметили, позднее казнили по обвинению в трусости перед лицом врага.

Криг

После первоначального наступления прошли всего дни, а Амара-Прайм уже лежала в руинах: каждый её крупный город-улей пал перед натиском некронов, которые не брали пленных и не щадили никого. Тем не менее, сопротивление имперцев ещё далеко не полностью было сломлено, и когда неразбериха, распространившаяся на начальном этапе вторжения, прошла, среди руин и в областях, куда случайно или умышленно не дошли ксеносы, обрушившиеся на весь остальной мир, вскоре были организованы специальные формирования и пункты сбора. В промышленных пустошах Каралсы, растянувшихся на десятки километров к западу от развалин улья Нью-Вассбург, выжидали Кригские корпусы смерти, которые прибыли на Амару последними. Они развернули свои силы в нескольких внеульевых регионах планеты на немалом расстоянии от казарм местных войск. На равнинах Каралсы 17-й линейный корпус Крига занял площадь в сотню квадратных километров со складами и мануфакториями, где должны были разместиться солдаты. Обнаружив, что эти сооружения защищены куда хуже, чем предписывал устав, криговцы решили воспользоваться коммуникационными тоннелями, которые проходили под ними, и дали задание своим инженерам расширить их, чтобы обустроить там склады с боеприпасами и убежища.

Когда начался штурм, предпринятые меры помогли линейному корпусу практически без потерь пережить первую волну атаки. Как только огненная буря стихла, десятки тысяч криговцев с твёрдым намерением отбросить захватчиков вылезли из импровизированных бункеров на поверхность, где стояли дымящиеся руины. Рассеявшись по промышленной равнине, корпус смерти принялся методично прочёсывать территории, уничтожая силы противника, объединяясь с другими группами выживших имперских войск и собирая боеприпасы и броню, где бы ни нашли. В тот момент командование объединёнными силами принял маршал Веннер из корпусов смерти. Он приказал казнить нескольких старших офицеров Орфейской гвардии, которые, по его мнению, не справились со своими обязанностями, и предоставил другим шанс снискать славу на передовой. Вскоре под управлением Веннера оказалось ещё двести тысяч гвардейцев и дюжина сборных эскадрилий истребителей, сформированных из остатков десятка разных разбитых соединений. Ради безопасности воздушные силы распределили на небольшие группы, и в качестве аэродромов для них использовались расчищенные пересечения дорог, предназначенные для проезда крупных гусеничных транспортов.

Дисциплинированные бойцы корпусов смерти, ветераны многих полей битв, в какое теперь превратилась и Амара-Прайм, искали укрытие в разрушенных городских ландшафтах, приспосабливая любые развалины под импровизированный опорный пункт, расставляли снайперов и дозорных среди гор убитых. В последовавшие дни ожесточённых сражений выяснилось, что бронированные тела некронов практически неуязвимы для лазерного огня, а их грозным военным машинам невероятно трудно нанести серьёзный урон даже из самого тяжёлого оружия, имеющегося в арсенале Империума. Однако благодаря собственной решимости сражаться несмотря ни на что, корпусы смерти бились с неумолимым врагом на равных. Они быстро изменили свою тактику, совместив непрямой обстрел дальнобойной артиллерией с навязыванием боя на очень малой дистанции, и тем самым насколько возможно свели на нет преимущества огневой мощи некронов. Такая методика, основанная на стремлении задавить соперника числом и поразительным упорством, приносила свои плоды, но часто обходилась чрезвычайно дорого. Боевые инженеры, за многие поколения приобрётшие большой опыт ведения тоннельных боев, использовали сейсмические детекторы ради защиты своих бункеров и подземных ходов от прожорливых роёв каноптековых скарабеев, и чтобы дать отпор любому вторжению из глубин, в постоянной готовности находились отделения с огнемётами и мелтами.

Маршал Веннер понимал, что подобные успехи в лучшем случае носят временный характер. С учётом того, что на подкрепления рассчитывать не стоит, а некроны владеют большей частью территорий планеты, это было лишь вопросом времени, когда его войска изолируют, окружат и полностью уничтожат, как только их расценят как значительную угрозу. Поэтому вместо того, чтобы бессмысленно сидеть и ждать, пока их всех постепенно не перебьют, Веннер принял решение идти в атаку и принять мученическую смерть в славной битве с врагами Императора. Единственное, что ему требовалось, – подходящая цель. И вскоре ему предоставили её.

Разведгруппы ордена Минотавров, застрявшие на поверхности в ходе атаки, установили, что во тьме руин Нью-Вассбурга появилось некое чужеродное сооружение. Там, где часы назад во все стороны разлетались обломки зданий, сейчас высилась необычная ступенчатая пирамида из чёрно-зелёного камня, испещрённого прожилками пульсирующего изумрудного света, и с бушующего неба раз за разом в её вершину ударяла молния, создавая призрачное сияние. Вокруг располагались меньшие цитадели из того же тёмного камня с установленными на них загадочными орудиями и необычными зубчатыми стенами, от которых к центральной структуре тянулись прямоугольные каналы, заполненные светящимся туманом. Периметр пирамидального комплекса неустанно патрулировали воины некронов, тучи скарабеев и другие каноптековые конструкции, которые тащили трупы и всякие обломки внутрь, чтобы утолить голод пирамиды. И именно против этого оплота врага маршал Веннер выстроил для атаки подконтрольные ему силы, несмотря на шквал донесений от передовых наблюдателей о чужеродных звёздах, видимых через дыру в небе над пирамидой, сквозь которую били столбы изумрудной энергии, поднимающейся с вершины. Выдвинувшись на позиции, каждый солдат штурмовых бригад корпусов смерти молча засел среди пыли и булыжников, ожидая приказа идти в атаку, пока чужеродная молния сверкала на тёмном покрывале ночи. Между развалинами, где расположились корпусы смерти, и линией обороны некронов примерно на километр простиралась ровная и выжженная открытая местность – зона смерти, которую необходимо было пересечь, чтобы добраться до цели. Наконец сигнал был подан; имперские солдаты все как один поднялись и принялись медленно продвигаться, равномерно ускоряя шаг, пока не вышли на растерзанную землю.

Тут же на стенах цитаделей материализовались изогнутые дуги сторожевых пилонов, и орудия стали наводиться на наступающую армию. Издалека было отчётливо видно, как вдоль необычных парапетных стен некронов вспыхивают энергетические дуги. Затем началась бойня. Завывающие изумрудные лучи проделывали в строе людей целые просеки, тесла-пушки выплёвывали молнии, которые обращали в пепел всё, к чему прикасались. В первые же минуты погибли сотни бойцов, но ряды корпусов смерти всё равно не дрогнули. Гвардейцы продолжили наступать. Из глубин руин, оставленных позади, заговорили их собственные орудия. Артиллерийские разведчики невозмутимо определили расстояние и расположение тяжёлых орудий некронов и передали координаты для их уничтожения. Веннер приказал не жалеть боеприпасы и задействовать все имеющиеся пушки, и «Василиски» и «Преторы» корпусов смерти, следуя указаниям главнокомандующего, ответили яростной бомбардировкой, отправив тонны снарядов в воздух, которые гибельным дождём обрушились на цели.

В тот же миг пирамиду и её меньшие строения накрыл пламенный покров. Сотни снарядов ударили по чужеродному комплексу, и на мгновение пирамида замерцала, словно мираж на горизонте, а потом снова стала реальной. Один из её внешних обелисков взорвался на части в потоке дуговой молнии. Вскоре, как только обстрел возобновился, огромные куски чёрной кладки были вырваны из сооружения, и зловещий свист пронёсся по полю боя, хорошо слышимый даже при грохоте взрывов. Некроны незамедлительно обратили взор к небу и перенаправили огонь, чтобы сбивать вражеские снаряды в воздухе, прежде чем они успеют поразить цель. Благодаря этому переключению внимания солдаты корпусов смерти продолжили наступление, а танковые роты Веннера, до этого стоявшие недвижимо, с рёвом появились из развалин и на полном ходу устремились к крепости сквозь строй гвардейцев. Когда имперские войска приблизились уже на несколько сотен метров, земля перед цитаделями неожиданно разверзлась, и на людей хлынул поток смертоносных каноптековых конструкций. Громадные могильные охотники, поднимаясь на всю длину своего сегментированного тела, врезались в ряды противника, в то время как сотни маленьких скарабеев бросались на солдат, сдирая мясо с костей. Гвардейцы ответили штыками и лазганами, огнемётами и осколочными гранатами. Пока корпусы смерти, словно бурное течение, растекались вокруг этих машин для убийства, танковые соединения подошли на достаточную для стрельбы дистанцию и открыли огонь из боевых пушек по рядам шаркающих некронов-воинов, которые начали появляться из цитаделей.

Твёрдо намерившись лишить крепость её защиты, эскадрон плазменных танков «Махарий-Омега» на левом фланге обрушивал мощный поток шаровых сгустков, похожих на солнца в миниатюре, в сторону оборонительных пилонов, не думая о перегреве орудий. В это же время на правом фланге тягачи «Кентавр», чтобы как можно ближе к врагу развернуть квадропушки, упорно продвигались сквозь бурю гаусс-огня, которая десятками превращала их в дымящиеся груды железа. Тысячи машин были уничтожены, но остальным все-таки удалось прорваться, и тогда настоящий град снарядов полился на чёрную пирамиду, которая тут же начала трескаться и рушиться; повалил густой дым и актинические молнии заиграли на её расколотой поверхности.

Отдельные роты, оставленные позади линии фронта для защиты артиллерийских позиций, вдруг обнаружили, что находятся в окружении и ведут отчаянный бой, пытаясь удержать скрюченных тварей с ножами вместо пальцев, которые пришли за ними из теней. Одновременно с этим в небе появились некронские истребители, готовые нести забвение, после чего тьму пронзили имперские эскадрильи «Молний» и «Мстителей», отправившиеся на перехват смертоносных «Ночных кос». Несмотря на то, что они уступали в числе, пилоты храбро направили свои машины в самое сердце вражеских порядков, вверив души Императору, поскольку понимали, что настало время для финальной битвы.

Жребий был брошен, и чаша весов в битве находилась в равновесии. Деваться было некуда. Десятки тысяч уже лежали мёртвыми на опустошённой равнине, расстилавшейся перед ним, но Веннер без колебаний отдал приказ выдвигаться второму атакующему эшелону, высоко воздев свой меч и лично возглавив наступление через убийственную зону. Корпусы смерти накрыли всё поле боя живой волной стали и огня, сокрушили и повергли оставшихся каноптековых охотников, что преградили им путь, а рассеянных скарабеев втоптали в грязь. Криговцы добрались до внешних цитаделей пирамидального комплекса как раз в тот момент, когда их артобстрел наконец начал ослабевать, но для некронов было уже слишком поздно – враг подошёл к ним вплотную; солдаты человечества подобно муравьям роились по фортификациям чужаков. Воины некронов, оказавшиеся в окружении, попали под мощный перекрёстный огонь: механических созданий оттесняли и уничтожали одно за другим, и там, где замертво падал один человек, на его место тут же вставал десяток других. Инженеры повсюду закладывали вышибные заряды, а внутрь энергетических каналов и трещин в камне закидывали мелта-бомбы. Мощнейший взрыв испарил чёрную пирамиду, ослепив всех вокруг на расстоянии пяти километров, и оставил пепельно-белый кратер выжженной земли, чётко видимый даже кораблям на орбите этого охваченного войной мира.

И хотя в других местах имперские защитники имели определённый успех, если не отбрасывая захватчиков, то хотя бы удерживая их, нашествие некронов прошло убийственно эффективно. Все три крупнейших города-улья лежали в руинах, главный планетарный космопорт был захвачен, а ключевые оборонительные сооружения обращены в пыль. Потери пылающей Амары-Прайм исчислялись миллиардами человеческих жизней.

НЕКРОНСКИЕ АРТИЛЛЕРИЙСКИЕ КОНСТРУКЦИИ КЛАССА «ПИЛОН»

В качестве основного вида тяжёлой стационарной артиллерии некроны используют ряд автономных конструкций, невероятно прочных и универсальных, энергооружие которых обладает достаточной огневой мощью, чтобы свалить титана с огромного расстояния. Принцип действия этих комплексов вооружения слишком сложен для понимания Адептус Механикус, и отчёты о развёртывании пилонов на поле боя посредством телепортационных устройств остаются неподтверждёнными в Ордо Ксенос.

1. Гаусс-пилон

2. Сторожевой пилон

3977992.М41

Минотавр и жнец

С отправкой на поверхность смертоносного груза и началом завоевания мира флот некронов вернулся в межпланетное пространство и оставил Амару-Прайм, затянутую чёрными грозовыми тучами, на фоне которых чётко виднелись яркие полосы от космических обломков, попавших в атмосферу при отлёте вражеской армады. Выстроившиеся против неё имперские звездолёты сейчас на всех парах шли уступом в направлении внутренних планет системы. Заметив перемещение сил противника, капитаны стали сыпать проклятиями, поскольку посчитали, что захватчики решили сбежать, столкнувшись с таким чудовищным скоплением кораблей ВКФ, и тем самым не оставят шанса отомстить за несчётные миллионы людей на поверхности, гибель которых не удалось предотвратить. Но они ошиблись. Развернувшиеся с высокомерным изяществом некронские корабли образовали боевой порядок в виде идеального полумесяца и, взяв прямой курс в самое сердце имперской флотилии, внезапно развив запредельную скорость. На такое ускорение не был способен ни один корабль людей.

На мостике «Арики доминус» – линкора типа «Апокалипсис» – гросс-адмирал Георг Карью, кавалер Орфейского линейного флота, с растущим беспокойством наблюдал через голосферу за стремительно приближающимся неприятелем. И хотя он остро желал отомстить за потери, понесённые его флотом за последние месяцы, и осквернение мира, который он обещал защищать, адмирал не позволил бы гневу возобладать над собой, в отличие от многих офицеров под его командованием. Невообразимой огневой мощи в его распоряжении более чем хватило бы для разрушения целых миров благодаря одной только грубой силе; и, как он полагал, противнику было об этом хорошо известно. Теперь, когда судовые ауспики починили, Карью смог установить, что его армада имеет куда больший тоннаж (по имперским стандартам) и по числу кораблей более чем в четыре раза превосходит чёрную флотилию некронов, преимущественно состоящую из судов, которые можно было отнести к классу эскортных. Крупных космолётов, опознанных как «жатвенные корабли» благодаря предоставленным ему данным Ордо Ксенос, насчитывалось около двадцати, а одиннадцати мощнейшим имперским кораблям по классу соответствовали два вражеских левиафана, которые составляли центр серповидного построения. Каждый из этих гигантских «кораблей-гробниц» достигал свыше пятнадцати километров в поперечнике и был увенчан непонятными сооружениями, похожими на пирамиды, при сканировании которых приборы выдавали неясные энергетические показания, озадачившие и встревожившие старшего магоса. Имперские стратеги дали этим громадам названия «Солнцеубийца» и «Мёртвая рука» и обозначили их, как первоочередные цели. Это было самое крупное скопление некронских кораблей из всех задокументированных, и потому Карью требовалось дать должный отпор. Переговорив со зловещим магистром Астерионом Мóлоком, адмирал поставил во второй эшелон чуть позади основных сил армады флотскую группу ордена Минотавров, во главе которой шёл неуклюжий и древний десантный корабль «Деделос крата», сопровождаемый дюжиной ударных крейсеров. По замыслу он должен был либо нанести сокрушительный удар, после того как передовые части вступят в бой, либо выйти на перехват любой группы прорыва на тот случай, если противник вознамерится пробиться сквозь строй, а не ввязываться в сражение. Остальным силам он отдал приказ сохранять боевой порядок и под страхом смерти запретил открывать огонь без команды. И хотя капитаны многих эсминцев и крейсеров, жаждущие ринуться в бой, были этим разочарованы, они прекрасно понимали, что корабельные комиссары, несомненно, лишат их жизни, если они вздумают не подчиниться.

Прежде чем были даны или выполнены новые указания, флот некронов пугающе быстро пересёк отделявшее его от имперской армады пустое пространство и вошёл в зону максимальной дальности действия орудий. Тем не менее первой заговорила артиллерия ВКФ. Пусковые шахты многочисленных эсминцев, фрегатов и крейсеров выплюнули сотни торпед, которые на столбах огня устремились к чёрному флоту. Некронов, видимо, это нисколько не испугало: по мере приближения торпед они не предприняли ни одной попытки сменить курс или уклониться, и даже когда до них оставались десятки тысяч километров, грозные военные звездолёты ксеносов не стали маневрировать или открывать заградительный огонь.

Как только торпеды вошли в зону поражения, на мостике «Арики доминус» все затаили дыхание. Там, где на голосфере мигали синие иконки, отмечая прохождение снарядов, внезапно ярко вспыхнули красные аварийные знаки и затем просто исчезли. Десятки торпед в одно мгновение перестали функционировать – непонятным образом их вывели из строя и остановили, причём имперские приборы слежения даже не засекли никакого источника излучения. Другие самоуничтожились или сильно ушли с траектории. Те немногие, что не сменили курс, либо пронеслись в никуда мимо некронских кораблей, которые увернулись от них с презрительной лёгкостью, либо безвредно выпустили свою атомную злобу на чёрные обшивки громадных кораблей-гробниц, не причинив хоть какого-либо вреда ввиду своей немногочисленности. Звездолёты некронов, которые были чернее самой тьмы холодной пустоты, неумолимо приближались.

Через считанные мгновения две армады подошли на расстояние действия лэнс-изучателей, и тогда некроны открыли стрельбу. На мостиках имперских кораблей тут же завыли сирены, когда ауспики засекли, как в их направлении на скорости, близкой к световой, движутся массивные сгустки гравитационного искажения, но работающие на пределе своих возможностей машинные духи и когитаторы слишком поздно распознали, что это – фрагменты мёртвых звёзд. Несущие забвение заряды ударили в пустотные щиты, разойдясь яркими актиническими линиями, и с грубой простотой разорвали корабли на части: и большие, и малые суда вспыхнули и в одно мгновение перестали существовать. Стоящий параллельно «Арике доминус» линкор «Рихтенбэк», служивший Империуму со времён Великого крестового похода, получил попадание в центральную часть и взорвался, омыв флагман огнём и обломками и сотрясши его. Несмотря на царившую вокруг неразбериху, Карью отдал приказ всем кораблям флота встать бортом и стрелять по готовности. И уже скоро пространство меж двух флотилий заполнил ослепительный шторм смертоносных лучей и плазменных шаров, высокоскоростных снарядов макропушек и ревущих ракет, на что некроны ответили со всей яростью, разрядами изумрудного и янтарного света раскалывая корпусы и сметая палубы. Когда две армады сошлись вплотную и рассеялись, безжалостно уничтожая друг друга, Карью с ужасом стал наблюдать, как на голосфере в некоем подобии упорядоченности отображаются детали битвы. Список потерь шёл на малопонятных рунах Механикус, которые мелькали так быстро, что их можно было рассчитывать прочитать, только имея специальную глазную аугментику. Согласно представляемым данным, потери противника были совсем невелики, в то время как уже четверть имперских кораблей была уничтожена или серьёзно повреждена. Неописуемый ужас обуял адмирала, когда он увидел, как тормозят и разворачиваются пролетевшие сквозь строй некронские звездолёты, заходя имперским кораблям с тыла. В это было невозможно поверить, однако всё это происходило на самом деле и прямо у него на глазах.

Второй заход оказался ещё убийственнее первого. Имперские корабли, застигнутые врасплох непредвиденной атакой сзади, где из-за вспышек их собственных двигателей создавалась мёртвая зона, стали лёгкой добычей, и десятки погибли, прежде чем остальные осознали, откуда исходит угроза, или услышали экстренный приказ Карью рассеяться. Линкор типа «Воздаяние», названный «Талисманом милосердия», был разделён пополам гаусс-лучами «Солнцеубийцы», в то время как тяжёлый крейсер «Мендикатус» безжалостно расстреляла группа некронских рейдеров, словно загнанное и раненное животное, попавшееся хищникам. Боевой порядок флота нарушился; корабли то и дело вспыхивали и взрывались во тьме сродни звёздам. Выжившие тщетно вели батарейный огонь во все стороны или выпускали истребители и бомбардировщики, которые часто попадали под бортовые залпы союзников. «Арика доминус», насколько могла, приблизилась к жатвенному кораблю и дала по нему бортовой залп, отчего чёрный корпус зарябил, словно вода, и в конце концов сдался под давлением яростной энергии, изливаемой на него. Корабль-пожинатель взорвался со вспышкой бледно-зелёного пламени, не оставив после себя ничего, кроме оглушительного триумфального рёва, пронёсшегося по флагманскому мостику. Однако ликование было недолгим, поскольку почтенный линкор сотрясся вновь, когда вдоль него пронеслись три некронских рейдера. Пустотные щиты упали, и некронские «Панихиды», обрушившие град ударов от кормы до носа, вырвали батарею лэнс-излучателя и устроили пожар в главном машинном отделении. Будучи не в состоянии вернуть управление, «Арика доминус» беспомощно вращалась в пустоте, а за ней тянулся след из трупов её экипажа и кристаллизовавшегося воздуха.

Корабли некронов слетались к месту резни, словно падальщики на пиршество. Два громадных корабля-гробницы величаво и победно плыли в самой гуще сражения, уничтожая всё рядом с собой. Пилоты и экипажи меньших звездолётов, которым не повезло оказаться возле этих левиафанов, сходили с ума от страха или с ужасом осознавали, что их собственные корабли, у которых полностью вытянули энергию, стали для них холодной могилой. И именно в эту кровавую схватку стремглав бросился флот ордена Минотавров.

Наблюдая за ходом сражения через голосферу, Астерион Мóлок, угрюмый магистр Минотавров, быстро понял, что пытаться соперничать с некронами в огневой мощи, манёвренности и дальности стрельбы равносильно самоубийству, и потому отдал приказ на сближение для всеобщего абордажа. Своей целью он избрал «Мёртвую руку», которая, как выделил машинный дух десантного корабля, первой покинула орбиту израненной Амары и первой открыла огонь по имперской флотилии. Мóлок нутром чуял, что это флагман чужаков, где сидит их главнокомандующий, а значит – требовалось уничтожить именно его. Приняв боевой порядок для атаки в виде бычьей головы, где «Деделос крата» выступал в качестве крепкого черепа, три боевые баржи составляли челюсть, а восемь ударных крейсеров образовывали рога, флот Минотавров на всех парах летел в самую гущу битвы, не открывая огонь до последнего момента. Когда военные корабли ордена наконец высвободили ад из своих бомбардировочных пушек и плазменных батарей, они сделали это так небрежно, что вместе с некронскими рейдерами под обстрел попали и повреждённые имперские корабли, преградившие путь к «Мёртвой руке». Два жатвенных корабля некронов развернулись и открыли огонь по приближающимся звездолётам Космодесанта. Боевая баржа «Дочь бурь», гордость капитула Плакальщиков, отнятая у них в Бадабской войне в качестве трофея, разлетелась на части – вся её передняя часть испарилась в перекрёстном огне некронов. Однако натиск Минотавров не ослабел, даже когда заговорили орудия самой «Мёртвой руки», которые раскололи левый борт «Феделитас лямбда» и отправили в пропасть забвения три ударных крейсера. С максимально близкого расстояния флот Минотавров выпустил из стартовых отсеков абордажные торпеды, транспортно-боевые корабли и штурмовые тараны «Цест». Все вместе они врезались в «Мёртвую руку» и её эскорт, в то время как их корабли-носители не переставали безжалостно палить по цели в надежде проделать в обшивке брешь, которой могли бы воспользоваться абордажники.

Дюжине штурмовиков удалось пробить корпус флагманского корабля некронов, который внутри оказался настоящим склепом с затхлым воздухом, тёмными коридорами и чёрными гробами чужаков. Всюду ползали злобные искусственные скарабеи, машины-призраки проходили сквозь стены и нападали на незваных гостей, словно антитела, атакующие вирусные клетки, которые вторглись в живой организм. Минотавры безжалостно и неумолимо пробивали себе путь, сражаясь и проливая кровь буквально за каждый пройденный дюйм. За каждым новым поворотом их поджидали очередные противники, набрасывавшиеся из тьмы. Один за другим космодесантники падали замертво в почерневшей и сожжённой гаусс-лучами броне, с проткнутыми и разорванными когтями призраков телами, пока в итоге не осталось всего одно отделение. Члены терминаторского отделения Ихталиона, израненные и окровавленные, в конечном счёте добрались до громадной центральной камеры корабля-гробницы, холодного и гнетущего помещения примерно километр в поперечнике, которое находилось под чёрной пирамидой, венчавшей звездолёт. Среди промозглой дымки и загадочных кругов из обелисков в самом центре рядов шепчущих саркофагов, от которых исходило загробное свечение, стояло громадное возвышение, откуда взирал ужасающий владыка некронов в развевающемся плаще из абсолютной тьмы. Это было последнее, что увидели воины отделения Ихталиона, прежде чем из теней появилась фаланга преторианцев и зарубила их за такое дерзкое вмешательство. Однако этого было достаточно – сигнал был отправлен.

Чуть ли не врезаясь в корабль-гробницу, «Деделос крата», тяжело повреждённый и с множеством пробоин в толстой обшивке, в упор открыл огонь из бомбардировочной пушки. Залп макроснарядами, данный по цели, которую предоставило отделение Ихталиона, пробил корпус «Мёртвой руки», отчего в усыпальнице произошла разгерметизация, и воздух со свистом стал улетучиваться в космос. Словно раненное животное, «Мёртвая рука» огрызнулась, выстрелив из серповидной надстройки громадной дугой. Молния ударила реликвийный «Деделос крата» с такой силой, что он завертелся. Тем не менее враг понёс нужный урон: бесшовная оболочка корабля-гробницы – непроницаемая для ауспиков и приборов целенаведения – была пробита, и в тот же миг на борту флагмана космических десантников включилась древняя телепортационная установка и перенесла смертоносный груз.

Как только прошла ударная волна от телепортационного перехода, внутри пирамиды посреди уносящего воздух ветра оказались Астерион Мóлок и тридцать его телохранителей-ветеранов в терминаторских доспехах вместе с двумя дредноутами типа «Контемптор». Увидев предводителя некронского воинства, магистр без лишних слов, воинского приветствия, вызова на поединок или иных предисловий вознёс своё Чёрное копье и выпустил из него лазерный луч по зловещей фигуре на вершине похожего на трон возвышения. Золотисто-белый луч, достаточно мощный, чтобы пробить броню линейного танка, ударил в плечо машинного создания и отбросил назад, чем вызвал у того лишь жуткое шипение, но не от боли, а от гнева за нанесённое оскорбление. Вдруг прямо из холодного воздуха в протянутой скелетной руке некрона-владыки материализовался громадный блестящий секач из тусклого обсидиана. Спрыгнув с постамента, некрон с громоподобным стуком приземлился и тут же разрубил первого попавшегося ему на пути терминатора мощным ударом наотмашь, словно на воине и вовсе не было хвалёного доспеха.

Так завязался бой, и уже спустя мгновение во всем громадном зале бушевало сражение: звук стрекочущих штурмболтеров и ревущей штурмовой пушки утекал вместе с воздухом в открытый космос над головой. Затем из тьмы вышли преторианцы и стражи гробницы – бронированные гиганты вдвое выше простого человека, в позолоченных и проржавевших посмертных масках, которые сияли золотым и алым блеском от дульных вспышек оружия космодесантников. В руках некроны держали таинственные посохи, окружённые призрачным пламенем, которое обращало врагов в пепел, или большие секущие клинки вместе с длинными сегментированными щитами, отражавшими выстрелы. Минотавры оказались в затруднительном положении – вокруг них постепенно сжималось кольцо вражеских воинов, которых насчитывалось вдвое больше и которые к тому же собирались заново при уничтожении или заменялись другими из их числа приходящих из тьмы. Неистовствующий Мóлок неустанно сражал всех воинов-машин перед собой: с холодной яростью он отбивал вражеские удары щитом, а Чёрным копьём без устали колол и рубил бронированные туловища или отсекал механические конечности.

Тёмный владыка прорезал сквозь строй Минотавров путь к их магистру, оставляя за собой кровавую просеку из убитых терминаторов, пока вдруг корабль-гробницу не сотряс новый удар, и она не начала дико крениться, чему засопротивлялась искусственная гравитация. Неожиданно некрона-владыку бесцеремонно поставили на колени, когда над ним угрожающе вырос старейший Герион. Дредноут «Контемптор» поднял для удара мощный кулак, вокруг которого в безвоздушном помещении беззвучно играли смертельные электрические разряды. Тяжёлый кулак встретился с клинком косы, отчего предплечье дредноута взорвалось, и во все стороны разлетелись осколки. Корабль-гробница по-прежнему продолжал крениться, и огромная бронированная нога Гериона заскользила и потеряла опору. Владыка легко оттолкнулся от пола и набросился на старейшего, стремительно нанося сплеча двуручные удары громадным клинком, который выбивал из раненного дредноута осколки керамита и снопы искр. «Контемптор» упал. Привод коленного сочленения был перебит, омерзительная кровь и серебристая амниотическая жидкость вытекала из трещин в броне. В тот миг, когда владыка встал на поверженного оппонента и замахнулся для финального удара, Чёрное копьё настигло его. Мóлок вонзил древнее оружие в спину некрону так, что оно вышло точно из нагрудника с символом анха, объятое тусклым пламенем и янтарной молнией. Поражённый владыка забился в конвульсиях. Его посмертная маска откинулась назад, будто он заходился в беззвучном крике.

При помощи грозового щита Астерион Мóлок с силой столкнул тёмного владыку с клинка своего копья как раз тогда, когда корабль-гробница опять задрожал от новых попаданий. Вокруг дыры в своде камеры усыпальницы играли белые языки плазменного пламени. Благодаря воинскому инстинкту, приобретённому за время тысяч сражений, Мóлок отреагировал раньше, чем заметил косу, обрушивающуюся на него сверху, и поднял грозовой щит точно в тот момент, когда опустился клинок владыки, тем самым заблокировав удар, который несомненно рассёк бы ему голову надвое. Под свирепыми повторяющимися ударами сверкающего клинка некрона щит вскоре раскололся на части. Мир снова перевернулся, и противники разошлись. Мóлок почувствовал клокочущую ледяную ненависть в алых глазах бессмертного создания, когда полусломанная скелетообразная машина отступила во тьму. Самого же магистра Минотавров, словно в вихре, утянуло в космос вместе с трупами его воинов.

Тьма замерцала, когда сломанная «Мёртвая рука», заслоняя звёзды, развернулась и стала с ускорением удаляться, оставив за собой пылающий остов боевой баржи «Феделитас лямбда». Пред самой гибелью корабль пошёл на таран «Мёртвой руки» и нанёс ей немалые повреждения, вынудив колоссальный звездолёт ретироваться. С отлётом корабля своего повелителя чёрная армада, едва ли побеждённая, вышла из боя, оставив после себя только смерть и огонь. Неожиданно «Солнцеубийца» и дюжина сопровождающих рейдеров отделились от основной массы флота и приземлились на ночной стороне Аурика, дневную часть которого вскоре охватили тёмные бури и пульсация сверхъестественного излучения.

Другая группа выстоявших сражение некронских кораблей вместе с раненной «Мёртвой рукой» попросту бесследно испарилась с авгуров всех имперских военных кораблей, у которых они ещё работали; в один момент приборы регистрировали перемещение противников, а уже в следующий их резко не стало. Воинство некронов, если уж не победить, то по крайней мере удалось сдержать, однако для большинства выживших это была в лучшем случае пиррова победа. Линейный флот Орфея прекратил своё существование – в строю насчитывалось менее десяти процентов от изначального числа кораблей, причём каждый из них имел полученные в битве множественные шрамы. Что же до остальной части армады, от неё остались только громадные дугообразные скопления горящих каркасов и кружащих обломков, что походило на погребальный костёр для некогда славных защитников сектора, видимый во всей звёздной системе.

Амара-Прайм, хотя и избавилась от основной армии вторжения, всё ещё пылала и теперь стала могилой для миллиардов; заработанные здесь победы достались по самой страшной цене. Все выжившие имперские силы как можно скорее эвакуировали из развалин и отвели для перегруппировки к внешним мирам – Леймону и Каламе. Остатки же гражданского населения с прискорбием оставили на произвол судьбы.

Битва за Амару завершилась.

ЛОРД АСТЕРИОН МÓЛОК

Магистр ордена Минотавров

Астерион Мóлок, главнокомандующий космодесантников в битве за Амару, стал мрачной легендой задолго до ужасов Орфейской войны. Считаемый собратьями жестоким, безжалостным и неумолимым, Астерион сделал своё имя синонимом бойни и разрушений во славу Императора, отметившись на десятках полей сражений 41-го тысячелетия. Его фигура обросла слухами о паранойи и жестокости, свидетелями которых иногда становились другие слуги Золотого Трона. Поэтому к моменту Орфейской войны для многих в имперской военной иерархии Астерион Мóлок стал персонификацией всего ордена Минотавров. Их репутация защитников Империума от чужаков и выродков контрастировала со славой грозных палачей инакомыслящих и блудных космодесантников, чем обеспечила Минотаврам место в имперских мифах задолго до эпической битвы за Амару.

О характере и истории Астериона Мóлока посторонним наблюдателям известно немного даже в рядах Инквизиции и армии, кроме самых высокопоставленных служителей, и эти истории, как и всё, что касается Минотавров, окутаны тайнами, слухами и противоречиями. Единственное, в чём не стоит сомневаться, так это в том, что Астерион – грозный воин, лично убивший нескольких магистров орденов отступников Адептус Астартес, а также множество военных вождей орков, пиратских принцев ксеносов и чемпионов Тёмных богов.

В бушевавшей в системе Амары пустотной битве он лично возглавил отчаянный штурм командного склепа на борту корабля-гробницы «Мёртвая рука», где встретил в бою и серьёзно повредил владыку некронов, которым, по мнению учёных Ордо Ксенос, был не кто иной, как Кутлах, полководец Майнархов. В той схватке Мóлок получил тяжёлое ранение и был выброшен в открытый космос, где позднее его подобрали уцелевшие корабли. Известно, что изначально его какое-то время считали погибшим. За последние пять веков произошло минимум шесть подобных инцидентов, о которых знают в Империуме, когда магистр считался убитым, но потом появлялся. С учётом замкнутости Минотавров и того уровня кибернетической модернизации, которого, как известно, достиг их магистр, у некоторых возникло страшное подозрение, что Астерион Мóлок – это не один человек. Будто бы за века под его маской скрывались совершенно разные космодесантники, каждый из которых наследовал не только имя и облачение, как кое-кто полагает, но и, что отдаёт богохульством, энграммы с его личностью и воспоминаниями. Другие расценивают подобные рассуждения, как вздорные обвинения в использовании запретной технологии, призванные запятнать имя ордена, и без того нажившего себе многих врагов в политической и военной сферах Империума.

1.    Мастеровой терминаторский доспех

Обычно Мóлок одевает на войну сильно модифицированный оружейником комплекс тактического дредноутского доспеха, предположительно основанный на модели «Тартар» – реликвийном образце, разработанном в конце Великого крестового похода. «Тартар» отличается лёгкостью и обтекаемой формой, но при этом не теряет феноменальной прочности.

2.    Геральдический грозовой щит

И без того грозную защиту Мóлока усиливает грозовой щит, генерирующий энергетическое поле, которое способно рассеять импульс от сокрушительного кинетического удара или электромагнитный разряд. Щит украшен геральдическими знаками ордена Минотавров, в том числе часто используемыми ими древними терранскими гелакскими глифами. Однако напрямую они не переводятся на высокий или низкий готик, как можно было бы ожидать, и, вероятно, несут тайный смысл, понятный лишь этому скрытному ордену.

3.    Чёрное копьё

Чёрное копьё – воистину смертоносное реликтовое оружие неизвестного производства, во многом схожее со священными алебардами Адептус Кустодес. Грозное силовое копьё в руках Мóлока может пробить даже терминаторский доспех. Кроме того, оно также включает в себя однозарядное лазерное оружие, достаточно мощное, чтобы при необходимости его можно было эффективно использовать против танков.

БРОНЕТЕХНИКА КАПИТУЛА МИНОТАВРОВ

Внизу: марсианская модель тяжёлого штурмового танка «Спартанец»

Танк «Таратус», приставленный к избавительной группе, действовавшей в скоплении Аркантис. «Спартанец» – весьма вместительная десантная машина и по совместительству настоящая реликвия времён Великого крестового похода. Её используют для доставки на поле боя отделений терминаторов и других элитных групп штурмовиков. «Спартанец» в состоянии выстоять под ожесточённым огнём, который уничтожил бы большинство других видов бронетехники.

Справа: вариация командной машины «Дамокл» Тип IIIc «Сцилла»

Была приписана к тактической группе Амары-Прайм и уничтожена при контрнаступлении возле улья Нью-Вассбург. «Дамокл» оснащён широкоохватным ауспиком и коммуникационным оборудованием. Используется для координации поисково-истребительных операций и орбитальных штурмов.

Светские, военные и экклезиархальные лорды Наисвятейшего и Праведнейшего Империума Человечества, ознакомьтесь и подчинитесь:

Срочным постановлением заседателей Палаты Мори, входящей в Ордо Ксенос, на котором стоит подпись и печать Представителя Инквизиции в Совете Верховных лордов Терры, объявляется о вступлении в силу Эдикта Империалис (далее называемого Орфейским декретом), который должен безукоснительно соблюдаться.

Согласно акту об отсоединении, в сегментуме Темпестус больше нет сектора Орфей: все предусмотренные для него права, размер десятины и наименования отныне недействительны. Его история должна быть занесена в секретный архив и забыта всеми, кроме тех, чей долг – нести бремя правды и хранить бдительность.

Касательно имперских сил, что сейчас сражаются за оставшиеся в их руках владения вышеуказанного сектора, с благоволения Императора им даруется мученическая смерть. Пусть их благородное противостояние длится долго и как можно сильнее обескровит врагов человечества, и пусть их души обретут заслуженный покой в загробном мире. Этим декретом предписывается установить кордон между сектором, ранее известным как Орфей, чьи звёзды запрещается посещать под страхом смерти, и сектором Эвридика. Под прямым надзором и руководством Ордо Ксенос дозволяется учредить миры-крепости и аванпосты для несения бдительного караула.

Добавление первое:

Капитул Адептус Астартес, известный как Минотавры, и оставшиеся боевые корабли Орфейского линейного флота обязаны провести зачистку перечисленных здесь миров посредством Экстерминатуса непосредственно после переоборудования и пополнения боекомплекта для выполнения этой единственной задачи и исполнения тягостного долга, дабы стереть с лица местных планет все признаки жизни и обратить в руины любые реликвии и значимые для ксеносов сооружения и тем самым не позволить укрепиться врагам в грядущие времена.

Добавление второе:

Мир-кузницу Майр надлежит оставить и очистить, а все производственные мощности перенести в колонию на планете Джиргат. Система, где она находится, вместе со всем населением передаётся в руки Адептус Механикус в качестве компенсации за понесённый ущерб.

Да свершится так.

Именем Трона Терры

0266999.М41

На момент 995.М41 положение дел в Орфейской войне можно назвать безвыходным: имперские силы в Амаре и Гидрогасте отрезаны, а текущий коэффициент боевых потерь среди войск, удерживающих оборону в скоплении Аркантис достиг 60%, причём каких-либо заметных успехов или хотя бы надежды на улучшение ситуации не предвидится. Система Кемариум и несколько удалённых миров полностью во власти Губительных Сил, и, согласно результатам дальнего сканирования, армии Хаоса сейчас ведут ожесточённую войну на несколько фронтов с силами вторжения некронов в Анклаве Кемариума. К сожалению, о ходе этого конфликта ничего неизвестно.

Некроны начали разведку боем на Майре и Амрафеле; вероятность последующего полномасштабного вторжения расценивается как стопроцентная. Все эти факторы в совокупности с растущими потерями имперского ВКФ, что вызывает фатальное ослабление остатков флота боевой группы «Спасение» и Орфейского линейного флота, привели Синод Милитарис Темпестус к следующему заключению – сектор Орфей не представляется возможным спасти без задействования сил полноценного крестового похода, собрать который не получится по меньшей мере ближайшие тридцать – пятьдесят лет.

Рекомендация: отправить на Священную Терру ходатайство для приведения в действие протокола «Экстерминатус», параллельно провести в секторе Эвридика перегруппировку имеющихся сил Имперской Гвардии и ради достижения данной стратегической задачи не отправлять требуемые подкрепления.

Император защищает!

Амара

Амарская система когда-то была главным оплотом и столицей Орфейского сектора, но теперь её миры-ульи и крепости лежат в руинах. Мощное наступление некронов сокрушило оборону системы и разбило сконцентрированные здесь армии, но так до конца и не смогло завершить завоевание из-за мощного сопротивления. Именно здесь продвижение Майнархов удалось остановить, хотя бы на время. Битва по-прежнему продолжается среди развалин и не захороненных тел. Амара остаётся важнейшим полем битвы и притягивает к себе армии, словно пламя – мотыльков.

Скопление Аркантис

Мирам скопления Аркантис ещё только предстоит в полной мере прочувствовать все ужасы войны; их защищали долгие годы, и они ещё даже не успели познать что такое истощение земли от горнодобычи или перенасыщенность поверхности планеты городами-ульями. Несмотря на это, они вдруг оказались на передовой войны с династией Майнархов. Мирные жители местных колониальных планет по большей части не были готовы к тому ужасу, что обрушился на них, когда некронские полчища наконец добрались до них. Когда подошло время атаковать, некроны избрали хитрый и кошмарный способ обратить бывших защитников покорённых миров против их же товарищей, организовав ряд внезапных нападений, которые привели к разрушительным последствиям. Они прибегли к использованию ходячих мертвецов – отвратительных марионеток из плоти, созданных из сшитых вместе останков трупов имперцев и управляемых мозговыми скарабеями. Однако если людям удастся за короткий срок укрепить миры скопления и удержать их в своих руках, тогда эти богатые ресурсами планеты получится превратить в крупные центры противостояния противнику.

Гидрогаст

Гидрогаст – необычный мир и один из важнейших для выживания людского населения сектора Орфей, однако его вряд ли можно назвать гостеприимным. На этой большой планете, сравнимой по размеру с газовыми гигантами и зажатой между гравитационными полями сразу трёх солнц, беспрестанно бушуют воды океанов, достигающих сотен километров в глубину. Суша есть только в полярных областях, где находятся материки, большую часть которых занимают болота и топи. Там же стоят имперские агрокомплексы, добывающие дары океанов и осуществляющие поставки продовольствия голодным массам отдалённых миров. Поселения людей здесь ограничиваются укреплёнными аванпостами, которые часто бывают изолированы друг друга на долгое время из-за сильных муссонов.

Когда передовые войска некронов нанесли здесь первый неожиданный удар, они поднялись из глубин чёрных зловонных болот прямо во время мощного шторма. И хотя Гидрогаст находится вдалеке от линии фронта, его потеря нанесёт непоправимый ущерб положению Империума в войне, поскольку большие поставки продовольственных ресурсов, которые он отправляет на фронт, имеют огромную значимость.

Фамирид

Фамирид – это пустынный мёртвый мир, где ни одному имперскому поселению так никогда и не удалось пустить корни, несмотря на найденные на поверхности ценные изотопы, которые всегда с большим трудом добывали местные старатели. С момента наступления некронов Фамирид стал служить куда более великой цели, и оценка прошедших событий позволила Империуму иначе взглянуть на этот древний мир. Когда из песков поднялись странные мегалиты и обелиски, авгуры засекли волны непонятной и таинственной энергии, исходящие с поверхности в космос, в то время как в небе появилось неестественное сияние.

Вокруг древних и мёртвых руин Фамирида в Орфейском секторе давно ходило множество мрачных мифов и зловещих легенд, и немало экспедиций, отправлявшихся сюда разрабатывать месторождения, постигли неудача и катастрофа. Только с приближением вторжения некронов открылась правда о том, что спит под песками. Чтобы помешать намерениям некронов активировать стазисные гробницы под землёй, Империум отправил оперативно-тактическую группу, которая должна отыскать и уничтожить древние энергоузлы в засыпанном песком доисторическом комплексе, среди старателей давно известном как Дворец с привидениями.

Пустотная война

Орфейская война идёт не только в нескольких крупных системах вроде Амары или Гидрогаста, но и в десятках аванпостов и колоний на разных планетах. В космосе идёт непрерывная борьба между военными кораблями за оспариваемые области.

Они хотят свергнуть нас, уничтожить и поработить! Эти злобные бездушные создания, эти чудовищные творения чужеродной ненависти! Но разве они не знают, кто мы, братья мои? Мы – избранники Императора, отпрыски Терры. Мы составляем единое государство, и нас не счесть. Мы есть сама война, и мы несём смерть всем, кто противостоит нам. Как представители гордого человечества, мы обязаны показать нашим невежественным врагам, на что мы способны.

Лорд-инквизитор Эдрик Мантел из Ордо Ксенос в обращении к Военному совету перед началом Орфейской Спасительной кампании

Услышьте нас... внемлите нам... внемлите... бог-труп не спасёт вас, жнецы явятся за вами. Как летний урожай, пожнут вас, кровь ваша проливается понапрасну, равнодушные повелители бросили вас... Мы... мы – ваша единственная надежда... осените себя... произнесите нужные слова и мы придём за вами... чтобы спасти... чтобы сделать бессмертными... примите... нас... только позовите и мы... придём...

Фрагмент передачи, которой присвоен 3-й уровень моральной угрозы. Распространяется во множестве систем в пределах 1/vx/сек, кордон Кемариума

ВОИНЫ НЕКРОНСКИХ ФАЛАНГ ОРФЕЙСКОЙ ВОЙНЫ

Во многих зонах конфликта было замечено огромное количество ксеносолдат некронов (особенно из числа принадлежащих к классу так называемых «воинов»), на непримечательных металлических телах которых выделялась лишь ограниченная иконография, в общем смысле обычно отождествляемая со всей расой некронов. Эти войска зачастую взаимодействуют в битве с другими видами некронов, что отличаются по форме и одеяниям, которые могут однозначно ассоциироваться с определённым регионом космоса (и, следовательно, скорее всего, выступают в качестве территориального обозначения) или относится к определённой династической группе, как установлено Ордо Ксенос. Остаётся неизвестным, есть ли хоть какие-нибудь родственные связи между этими безымянными пехотинцами, имеют ли они подчинённый социальный ранг по отношению к своим сородичам или же они вассалы некоей высшей, невиданной силы, чья власть простирается за рамки простого территориального или династического разделения.

Данную пиктограмму, находимую по всему известному космосу, соотносят с ксеновидом, обозначенным как «некроны». Учёные Ордо Ксенос посредством гипотетического перевода установили значение этого символа как «анх» или «глиф Безмолвного Царя». Точный смысл и значимость данного эпитета неизвестны.

++ Тессерактовый ковчег ++//

// Обозначение, данное Ордо Ксенос некронской военной машине Омега-12//3Z/нуль</

Сообщается об аномальной военной машине/Подтверждено в зоне военных действий Амары

Эту боевую машину можно классифицировать как мобильный носитель артиллерийского вооружения/осадную боевую единицу с неизвестными огневой мощью и методом функционирования.

Анализ, проведённый с помощью ауспиков и когитаторов, показал вероятность того, что мощность составляет [доступ запрещён], а по данным Империума и Адептус Механикус это считается невозможным. [ошибка запроса] Главное орудие излучает гравитационную и электромагнитную волну, создавая энергетические разряды уровня опасности Терминус.

Ковчег демонстрирует исключительную прочность с максимальной сопротивляемостью выстрелам из энергетического и огнестрельного оружия. Эта особенность приписывается неевклидовой функции некронской технологии материалопроизводства в сочетании с гравитационным искажением терадиновой величины, которое излучает техника.

Тактический совет: вести издалека насыщенный артиллерийский обстрел, наносить авиаудар или уничтожать на средней дистанции с помощью сверхтяжёлых орудий. Если приходится ввязаться в ближний бой, уровень смертности среди наступательных войск, скорее всего, окажется сверхвысоким и победа не гарантирована, независимо от стратегического преимущества.

>> Осторожно – чрезвычайная опасность! <<

Каноптековая конструкция. Обозначение Ордо Ксенос: акантрит

Хотя данный вид уже ранее упоминался в неподтверждённых докладах из разных других регионов, в Орфейской войне эти легкоузнаваемые и уникальные боевые машины использовались особенно широко. Они способны на длительные перелёты благодаря антигравитационным устройствам и действуют в группе на манер роя хищных насекомых. Их главное вооружение – высокомощный тепловой резак малой дальности, применяемый как для уничтожения бронетехники и пехоты, так и для методичного и стремительного разбора бункеров и фортификаций. В сочетании с размером и скоростью акантритов это орудие делает их приоритетной целью для имперских войск.

Каноптековая конструкция. Обозначение Ордо Ксенос: могильный охотник

Каноптековый могильный охотник, похожий на огромное механическое членистоногое, входит в число самых сильных боевых конструкций, встречавшихся Империуму. Он обладает большой прочностью и силой, умеет проходить сквозь твёрдую материю и перемещается с огромной скоростью. Всё это делает его грозным противником, против которого бесполезны обычные средства обороны. Хотя в предыдущих столкновениях эти машины ограничивались ролью стражей огромных гробничных строений некронов, во время вторжения на Амару сообщалось, что они действовали в больших количествах как ударные войска.

++ Пикт-снимок /// глубокая авгурация /// проникновение в систему Эпир

Книга загружена из Warpopedia - Гильдии Переводчиков Warhammer & Warhammer 40,000
wiki.warpfrog.wtf