Белая мгла / Whiteout (рассказ)

Материал из Warpopedia

wiki.warpfrog.wtf

Лотара Красного Клыка омыл багровый свет, когда десантная капсула понеслась через атмосферу Атрофона. Он свирепо ухмыльнулся остальным членам истребительной команды Караула Смерти, пока их капсула вибрировала и тряслась.

– Огни снаружи изжарили бы нас в мгновение ока, не правда ли? Теперь наши жизни в руках Всеотца.

Ультрадесантник, сержант Кантос, никак не отреагировал на реплику. Сор’хал, Белый Шрам, нахмурился.

– Мы вверяем свои жизни чертовой машине, Фенрис. Только и всего.

Ответ Лотара перекрыл скрежещущий голос Железнорукого, брата Горрвана.

– Я говорил об этом в семи предыдущих случаях, брат Сор’хал. Статистическая вероятность технического сбоя десантной капсулы составляет менее нуля целых семидесяти двух сотых процента. Тебе практически не о чем беспокоиться.

Сор’хал фыркнул.

– Практически, говорит он.

Не обращая внимания на иронию, Горрван продолжил.

– Брат Красный Клык, этот аппарат – устройство Омниссии. Если ты опасаешься за свою сохранность, молись Ему, а не своему Всеотцу.

– Космический Волк ничего не боится! – рявкнул Лотар. – В этих жилах течет горячая фенрисийская кровь! А не то отстойное масло, что досталось вам! – Дерзкий смех Космического Волка замялся, когда он понял, что никто из его братьев не присоединился к нему. Горрван безучастно уставился в пространство, а Сор’хал нахмурился ещё сильнее. Брат Кордус из Гвардии Ворона лишь немного склонил голову и искоса рассматривал Лотара.

– Что? – пробурчал Лотар. – Ни у кого из вас нет чувства юмора?

– Битва – не повод для смеха, брат Красный Клык, – заявил сержант Кантос, – а впереди у нас именно она. И она будет ожесточенной. Братья, три минуты до удара. Готовьтесь.

В тот же миг истребительная команда начала проверять снаряжение, одновременно бормоча благословения машинным духам. Шлемы защелкнулись на своих местах. Нартециум Сор’хала щелкал и жужжал, пока он проверял его функциональность. Кордус потянулся к центральной колонне десантной капсулы, где был примагничен его прыжковый ранец, пальцы скользнули по активационным рунам. Пока они были заняты делом, Кантос пробежался по последним сводкам, повторяя ключевые моменты инструктажа стратегов отделения с типичной для ветерана Ультрадесанта тщательностью.

– Как вам известно, орки из Вааагх! Быдлодава вторглись на Атрофон восемнадцать месяцев назад. Атрофонскую милицию усилили катаканскими джунглевыми бойцами. Однако экстремальные зимние условия на планете действуют против них.

– Хуже того, – продолжил он, – орки применили целый ряд своих суперорудий, что даровало им большое преимущество. Они захватили хребет Ледяной Коготь с помощью ударов гравитационными бомбами, применили сверхтяжелые боевые идолы в битве за Гонориум и пропахали Железные Поля тоннельными экскаваторами.

– Стратеги связывают эти изобретения с орочьим механиком по имени Злобокогать, – вставил Горрван. – Их зонды с авгур-черепами установили его местонахождение среди факторумов полуострова Стракендорф.

– Однако, – продолжил Кантос, – эта информация бесполезна для Астра Милитарум. Восемнадцать часов назад зеленокожие предприняли атаку на стракендорфском фронте. Катаканцы и атрофонцы отступили за реку Стракк, обрушив за собой основные мосты. Это дало защитникам время для перегруппировки своих сил. Однако отрезало их от орков.

– Трусы, – проворчал Сор’хал.

– Всего лишь люди, – спокойно возразил брат Кордус, – но не мы.

Сержант Кантос кивнул:

– Верно. Император благословил нас возможностью дать бой нашему врагу. Судя по сравнительному анализу повышения энергетических сигнатур внутри цитадели-факторума орков, у нас есть около шести часов, пока последнее устройство Злобокогтя не будет завершено. Иначе наша цель, вероятно, присоединится к атаке на стракендорфском фронте.

– Значит, мы убьем его первыми, так ведь?

Сор’хал одарил Лотара сухой усмешкой.

– Первая здравая мысль, которую я от тебя услышал, Фенрис.

Лотар усмехнулся в ответ, обнажив клыки.

В следующий миг электроканделябры десантной капсулы замигали, а из вокс-передатчиков раздался назойливый звон.

– Угроза столкновения! – рявкнул Кантос.

– Это не здания, – проскрипел Сор’хал, стиснув свою удерживающую раму, – мы всё ещё в чистом небе!

– Тогда что...?

Лотар не успел закончить свой вопрос, как капсулу швырнуло вбок с внезапным, ужасным ударом металла о металл. Свет погас, и Лотар почувствовал, как гравитация вжала его в раму, когда капсула бесконтрольно завертелась. Аварийные сигналы гудели и вопили, и Лотар закряхтел от усилий, пытаясь противодействовать силам, сжавшим его словно тиски.

Раздался громоподобный удар, и всё потемнело.

Когда к Лотару вернулось зрение, оно было расплывчатым, свет и тень кружились в вялом, тошнотворном балете. В черепе пульсировала боль. Несколько мгновений дезориентация пыталась утянуть его обратно в беспамятство. Вызывающе зарычав, Лотар заставил свои глаза сфокусироваться. Хронометр в шлеме Космического Волка сообщил ему, что он пробыл без сознания всего несколько минут. А тот факт, что он по-прежнему дышал, – что он ещё жив, несмотря на всё случившееся.

Поморщившись, Лотар сел, и понял, что смотрит в непроглядную метель. Возле него присел Сор’хал, проверяя показания на своем нартециуме.

– Ааа! Фенрис жив. – Белый Шрам встал и протянул руку в перчатке, чтобы помочь Лотару подняться. Когда Сор’хал поднял его на ноги, Космический Волк осмотрел окрестности. Они оба стояли по голень в сугробе, сокрытые тенью разрушенного жилого блока. Густо валил снег, переносимый туда-сюда порывами ветра, температура которого, как предупредили авточувства Лотара, была гораздо ниже нуля. Сквозь пелену Космический Волк увидел вокруг ещё больше скелетообразных развалин. Взорванные жилища нависали над заснеженными улицами, словно призраки.

– Тебя оглушило при аварийной посадке, – сказал Сор’хал. – Капсула упала в эти развалины, и мы вытащили тебя наружу. Проклятая машина успела запустить тормозные двигатели как раз вовремя, чтобы мы не разбились вдребезги. Милостью Императора все мы выбрались целыми, более или менее.

– Произошел тот самый невозможный, с точки зрения Железнорукого, сбой?

Брат Сор’хал покачал головой и развернулся, побежав трусцой по снегу и держа болтер наготове. Лотар последовал за ним, на ходу извлекая собственное оружие.

– Не сбой, – бросил через плечо Белый Шрам, – Горрван был прав насчет этого. В нас что-то попало, скорее всего орочий самолет. Император тому свидетель – ни один имперский пилот не стал бы летать в этой грязи. – Снег хрустел под их ногами, пока они шли по перекрестку, обходя наполовину погребенные останки «Химеры» и её убитых пассажиров.

– Грязи? – насмешливо произнес Лотар. – Мы на Фенрисе в такую погоду проводили спарринги без брони!

Сор’хал оглянулся на него:

– Раз так, то вам на Фенрисе, должно быть, всем чего-то не хватает.

Зычный смех Лотара поглотила окутывающая всё вокруг пелена снега.

– Ха, напомни как-нибудь дать тебе за это в зубы, лады?

– Попробуй, Фенрис. Хоть Лаэдас и не одолел меня, у тебя есть неплохие шансы.

– Лаэдас?

– Наш бывший сослуживец. Имперский Кулак, которого разорвали на части генокрады, из-за чего мы и наслаждаемся твоим унылым обществом. Мне нравился этот большой ублюдок – всем нам нравился. И он стоил двух таких воинов, как ты.

Ответ Лотара заглушил вой прыжкового ранца, когда брат Кордус приземлился перед ними.

– Сержант находится в соборуме впереди. У нас проблема.

Сор’хал описал рукой полукруг.

– Серьезно? Помимо того, что мы застряли в снежной буре не на той стороне непроходимой реки?

Помолчав секунду, Кордус ответил:

– Да.

После чего развернулся, активировал свой ранец и взлетел в падающий снег.

– И так каждый разговор, – проворчал Сор’хал, двинувшись дальше. Лотар усмехнулся, а затем резко остановился.

– Погоди. Не на той стороне реки?

– Разве я не упомянул об этом? Из-за всей этой дряни в воздухе вокс полетел к чертям – мы едва можем связаться друг с другом, не говоря уже о ком-нибудь полезном. Пошли, Фенрис, у сержанта наверняка будет план.

Они нашли своих братьев в обстрелянных развалинах соборума Императора Блистательного. Разбитые фигуры в витражных стеклах смотрели на них треснувшими и печальными глазами. Через трещины в куполообразной крыше валил снег, скапливаясь в сугробы по всему нефу. В инструктаже истребительной команды было указано, что, хотя орки ещё не пересекли реку, их авиация несколько дней утюжила город. И, кажется, проделала это основательно. Лотар нахмурился, увидев груды опаленных огнем тел, разбросанных по разоренному внутреннему пространству соборума. Многие граждане Атрофона, что собрались в этом месте помолиться о спасении, нашли здесь только смерть, когда упали бомбы. При виде этого печального зрелища Лотар почувствовал, как в его груди поднялся пылкий гнев. Эти люди будут отмщены.

Кантос, Горрван и Кордус стояли в дальнем конце здания, глядя наружу через дыру в восточной стене соборума. Сор’хал и Лотар подошли и встали рядом с ними.

– Хорошо, что ты цел и невредим, брат Красный Клык, – проскрежетал Горрван, его голос эхом разнесся по развалинам.

– Мы, Космические Волки, слеплены из крепкого теста, Железнорукий, – сказал Красный Клык. – Не нужно беспокоиться обо мне, хорошо?

– Я беспокоился не о тебе, – ответил Горрван. – Если твоя неспособность выдерживать столкновения как-то повлияла на тебя, то эта слабость негативно скажется на наших шансах на успех миссии.

Сор’хар фыркнул, но его веселье исчезло, едва он проследил за взглядом сержанта Кантоса.

– Ох ты ж...

Прямо перед ними почерневший от огня город круто обрывался, уходя вниз к берегам реки Стракк. Сквозь неплотный снегопад они разглядели реку, пенящуюся с захватывающей дух яростью, на её поверхности кипели большие белые гребни пены. Дальний берег скрывала мгла, но на инструктаже они узнали, что Стракк более километра в ширину и чрезвычайно быстротечен. Даже космодесантник не выживет при попытке пересечь его. Однако проблема была не в реке.

– Это...? – начал Сор’хал.

– Именно, – включился в разговор Кантос.

– Разве они не...?

– Очевидно, нет.

– Значит, мы должны...?

– Безусловно.

Сор’хал выдохнул.

– Ну, пошли тогда, что ли?

Кантос кивнул.

– Братья, мы выдвигаемся. Держим дистанцию в двадцать шагов, чтобы не терять друг друга из виду, предполагается контакт с врагом, насколько он вообще возможен. Кордус, будь начеку. Горрван, проверь, возможно ли наладить вокс-связь с верховным командованием Атрофона. Они должны знать об этом.

Едва космодесантники выбрались через дыру в стене соборума и перешли на бег, вокруг них закружился снег. Дальше впереди грохотала река, стремительно несясь под неразрушенным пролетом третьего основного моста Стракендорфа.

Мост представлял собой громадный памятник мощи Империума Человека из пластали и железобетона. Он состоял из трех дорог, достаточно широких, чтобы каждая могла вместить три едущих в ряд «Гибельных клинка», и разделенных выступающими бронированными барьерами. Из пенящихся вод Стракка через равные промежутки поднимались башнеобразные поддерживающие колонны, несущие на себе вес моста. Судя по тому, что истребительная команда увидела на своем пути от западного берега до середины моста, каждая опора представляла собой отдельное прочное здание, утыканное проходными люками, засыпанными снегом сигнальными мостиками, лестничными клетками и трапами. Между опор тянулись толстые стальные тросы, ветер между ними распевал холодную панихиду.

Добравшись до середины моста, истребительная команда столкнулась с ещё более внушительным сооружением. Там стояла могучая крепость, бастионная стена из бронированного железобетона, которая соединяла центральные поддерживающие колонны, растянувшись на всю ширину моста. На внушительном фасаде крепости расправила крылья огромная мраморная аквила. Её усеивали тяжелые огневые точки и блоки неактивных прожекторов. В темные туннели у её лап ныряли три дороги, и именно здесь, в чёрной пасти центрального туннеля, Караул Смерти обнаружил заблокированную кодовую дверь, ведущую в основную часть крепости.

Рассудив, что подобное сооружение наверняка может похвастаться защищенными вокс-ретрансляторами и авгурами военного класса, Кантос приказал Горрвану получить допуск. То, что ведущий через Стракк мост уцелел, крайне сильно изменило общую стратегическую картину, и сержант был полон решимости получить доступ к новейшим системам обнаружения, прежде чем его истребительная команда двинется дальше. Оставив Железнорукого работать с кодовым замком, остальная часть отделения разделилась, чтобы изучить окрестности.

Лотар вышел из тьмы в мутный, застывший от снега дневной свет. Он посмотрел на восток, вдоль пролета моста, всматриваясь в кружащийся снег в поисках признаков движения. Над ним маячила громада крепости, с погасшими огнями и молчаливыми, бездействующими орудиями.

– Это Лотар. Я в восточном устье центрального туннеля. Ничего не вижу. – Он подождал несколько секунд, шипение вокса подкреплялось стоном несущегося сквозь туннель ветра.

– Кордус, – раздался в воксе тихий говор Гвардейца Ворона. – Восточный зев левостороннего туннеля. Ауспик показывает какие-то необычные энергетические всплески неподалеку.

– У меня справа то же самое, – раздался грубый голос Сор’хала.

– Поподробней. – Через фоновую статику прорезался четкий тон Кантоса. – Что вы видите, братья?

– Одна сигнатура, около двухсот метров на восток, – сообщил Кордус. – Большая и неизменная, сопоставима с генератором щита или орудийной системой значительных размеров.

– И снова аналогично, – добавил Сор’хал. – Не похоже на орочью, сержант. Слишком устойчива. – Несколько мгновений вокс молчал, после чего вновь раздался голос Кантоса.

– Понял. Оставайтесь на месте, братья. Мы узнаем больше, как только Горрван вскроет эту дверь.

Лотар бросил быстрый взгляд на хронометр шлема, и стиснул зубы от разочарования. Осталось четыре часа и сорок минут. Он проверил свой собственный ауспик, стукнув его о бронированное бедро, когда индикаторная панель осталась раздражающе нейтральной. Устройство замерцало, и на экране появилась прерывистая сигнатура.

– Это Лотар, – передал он по воксу. – Думаю, мой ауспик получил повреждения при крушении. Он только что зафиксировал ещё одну сигнатуру. Хотя её местоположение никак не может быть верным.

– Поясни, – отозвался Кантос.

– Похоже, я стою практически на ней, – ответил Лотар, хмуро посмотрев на мерцающую индикаторную панель. Разозлившись, Космический Волк махнул рукой на поврежденное устройство и ещё раз оглядел мост. Он прищурился и усилил увеличение своего шлема, обнаружив намек на большую, горбатую тень недалеко к востоку. Что-то, что он упустил среди кружащегося снега. Лотар поднял свои болт-пистолет и цепной меч, готовясь к бою, но фигура не двигалась.

Космический Волк, теперь одолеваемый любопытством, решил изучить её. Хрустя снегом под ногами, он потрусил вперед с осторожностью охотника, тотемы из волчьих хвостов трепались на ветру, пока фигура не превратилась в уничтоженную, погребенную под снегом машину.

Продолжая остерегаться возможных врагов, скрывающихся в снегопаде, Лотар подошел к почерневшим обломкам. Это оказался подбитый «Таурокс», лежащий на боку в сугробе, словно труп какого-то убитого зверя. Машину явно уничтожили огнем, заднюю броню его корпуса, похоже, разорвало мощными взрывами. Лотар увидел катаканскую полковую маркировку на выжженном корпусе развалины, и, раскопав вокруг неё снег, обнаружил нескольких её злосчастных пассажиров – почерневших от огня мумий в рваных остатках катаканской униформы. Мёртвых людей сначала скрутило агонией своей смерти, после чего они, в условиях минусовой температуры, промёрзли насквозь. И снова Лотар обнаружил, что его гнев всколыхнулся при виде гордых солдат Императора, столь униженных и оскверненных. Он отвернулся от их скрюченных рук и кричащих, с почерневшей плотью черепов, и поднялся на ноги.

– Кантос, – передал он по воксу, – я кое-что нашел. В сотне шагов к востоку от туннеля. Уничтоженный катаканский «Таурокс» и то, что осталось от его экипажа. Я бы сказал, что он несся сюда на полной скорости, а затем ему в зад прилетело несколько ракет и он загорелся.

– Брат Красный Клык, – ответили ему, – тебе приказали оставаться на месте.

– Да, но потом я увидел это месиво.

– Несомненно, – раздался сухой ответ. – Что ж, раз ты там, какова твоя оценка? – Лотар задумался, его глаза бродили по мрачным и пустым дорогам моста.

– Это не часть эвакуации, – в конце концов ответил он. – Если бы орки дорвались до них, то здесь повсюду были бы обломки машин, а не одного злосчастного «Таурокса». Возможно, отставшие?

– Или саперы? – произнес по воксу Сор’хал. – Попытка взорвать мост? Зеленокожие могли догнать их прежде, чем те успели закончить работу. Они попытались бежать и... ба-бах.

Лотар кивнул, посмотрев на обломки. Возможно. Именно в этот момент вокс прорезал монотонный голос Горрвана.

– Братья, машинные духи приведены к согласию. У нас есть доступ.

– Хорошая работа, брат, – ответил Кантос. – Кордус, оставайся на карауле. Если орки знают о том, что этот мост свободен, они могут уже направляться сюда. Остальным перегруппироваться с братом Горрваном. Мы найдем ответы на свои вопросы внутри.

Через несколько минут бойцы истребительной команды, за исключением Кордуса, стояли вокруг Горрвана в просторном пункте управления цитадели. Кантос и Сор’хал сняли свои шлемы. Железнорукий тем временем опустился на колени и подключился инфокабелем к банкам данных когитатора укрепления. Истребительная команда обнаружила системы крепости отключенными, а люки запертыми, деактивированными гарнизоном при отступлении. Теперь Горрван по одной восстанавливал питание систем; люмен-шары и банки данных, мерцая, возвращались к жизни. Из перчаток Железнорукого к портам когитатора протянулись механодендриты, и каждые несколько секунд он подергивался или издавал бинарный треск.

Сор’хал неприязненно поморщился. Сержант Кантос хлопнул перчаткой по плечевому щитку своего товарища.

– Знаю, брат, ты не доверяешь машинам. Но это необходимо. Мы должны узнать, почему мост не снесли, и можно ли его считать пригодным маршрутом для продвижения.

Лотар остановился и развернулся.

– Продвижения?

– Да, брат. Ты несогласен?

Космический Волк нахмурился, открыл рот чтобы заговорить, и остановился. В него впились льдисто-голубые глаза Кантоса. Парные штифты выслуги сержанта блеснули в полумраке, как-бы напоминая, что он был старше Лотара на много лет.

– Кантос... – начал Лотар.

– Для тебя – брат-сержант. – Голос Кантоса не повысился, но резал, словно боевой нож.

– Брат-сержант. Атрофонцы и катаканцы думают, что этот мост обрушен. Полагаю, они считают, что в безопасности, верно? Но это не так – в их стене щитов[1] большущая дыра.

– ”Стене щитов”, брат Красный Клык?

Лотар раздраженно стукнул перчаткой по инфостеку.

– Ты знаешь, о чем я! Если мы уйдем, что помешает оркам пересечь этот мост и прихлопнуть присевших отдохнуть в снегу солдат Астра Милитарум?

Брат Сор’хал нахмурился.

– Они ещё не пересекли мост, иначе мы были бы уже по уши в зеленокожих. Быть может, это была просто случайность? Группа ксеносов догнала катаканцев, убила их, а затем направила свою ярость куда-нибудь ещё? Это же орки, Фенрис. Ты знаешь, они не сильны в стратегии.

– Я знаю, что они делают то, чего ты меньше всего ожидаешь, и когда ты меньше всего этого ожидаешь, – ответил Лотар. – Все, что мы знаем, так это то, что они сознательно оставили себе проход, и прямо сейчас сюда движется весь Вааагх!

Сержант Кантос кивнул.

– Справедливая оценка, брат Лотар. Но у нас есть миссия. Мы ещё даже не добрались до своей цели, а время не на нашей стороне.

– Но мы не можем...

– Мы можем, – перебил сержант, – и мы должны. Я не больше тебя хочу оставлять брешь в имперской обороне. Но наша цель стоит на первом месте.

– Кроме того, – продолжил Сор’хал, – как мы снесем мост? Скажи-ка мне, Фенрис. Стреляя по нему из болтеров, пока он не рухнет? Так мы застрянем здесь надолго.

– Именем Всеотца! Я и не говорю, что мы будем сносить что-либо! Я говорю, что мы будем удерживать этот проклятый мост, как подобает настоящим воинам.

– Удерживать его? – скептически произнес Кантос. – Как? Пятью боевыми братьями? Безрассудная глупость.

– Скорее героизм, – сердито возразил Лотар. – Подумай о славе!

Глаза сержанта Кантоса вспыхнули гневом.

– Мы здесь не ради славы, брат Красный Клык. Мы здесь за тем, чтобы завершить нашу миссию. Если ты не в состоянии понять эту разницу, я отправлю тебя обратно на Фенрис, где ты сможешь проводить сколько угодно времени в бесполезной охоте за славой.

Лотар грубо и гневно зарычал. Сержант Кантос стоял на месте, вперив холодный взгляд в Космического Волка. Молчание нарушил скрежет голоса Горрвана.

– Сержант. Брат Красный Клык, возможно, прав. – Кантос переместил свой взор с Лотара на Горрвана.

– Объясни.

– Я обследовал машинных духов и журналы данных. Когда солдаты крепостного гарнизона отступали, они действительно оставили команду катаканских саперов, чтобы те позаботились о самом мосте. Думаю, мы можем со всей уверенностью предположить, что им это не удалось. Однако их, похоже, прервали в самый последний момент.

– Энергетические сигнатуры! – воскликнул Лотар. – Они установили заряды, но не успели взорвать мост?

– Полагаю, это так, – кивнул Горрван. – Я загрузил данные с ауспика нашего отделения. Ссылаясь на записанную в журналы схему подрыва катаканцев, я могу предположить, что недалеко к востоку отсюда установлены две очень большие плазменные бомбы, а также ещё одна в опорных балках под крепостью. Кроме того, хоть метеорологические условия и становятся всё более и более неблагоприятными, показания ауспика дальнего действия говорят о резком увеличении перемещений на восточном берегу реки.

– В таком случае, это могло быть сделано сознательно, – мрачно кивнул Кантос. – Орки оставили себе путь для наступления, и теперь собираются воспользоваться им.

– А в этой проклятой Троном погоде никто ничего и не понял, – сказал Сор’хал. – Но тогда они, несомненно, направятся сюда?

И, словно призванный словами Сор’хала, в воксе затрещал голос Кордуса.

– Вражеские перемещения на востоке. Разрозненная пехота и легкая техника пересекают мост и движутся к нашей позиции. Численость неясна.

Сор’хал переглянулся с Кантосом.

– Сержант? – На мгновение Кантос пристально уставился куда-то вдаль. Лотар втянул в себя воздух, собираясь что-то сказать, но Сор’хал жестом велел ему молчать.

– Очень хорошо, – произнес Кантос. – Полагаю, брат Горрван, мы всё ещё отрезаны от атрофонского верховного командования? – Железнорукий кивнул.

– Верно. В настоящее время связь по воксу дальнего действия невозможна.

– Тогда мы должны сами с этим разобраться. Случайный налет зеленокожих на имперские позиции был бы тревожным, но приемлимым риском. Но этот не случаен. Империуму будет мало проку с того, что мы ликвидируем свою цель ценой всего военного потенциала Атрофона.

– Значит, мы сражаемся? – с нетерпением спросил Лотар.

– Да, брат Красный Клык. Мы сражаемся. Но не ради славы, и не словно на каком-нибудь жалком последнем рубеже. Нам все ещё необходимо выполнить миссию. Горрван?

– Да, сержант?

– Плазменные заряды. Насколько сложно нам будет пробудить их машинных духов? – На мгновение Горрван зашелся бинарным треском. От Кордуса пришли три настойчивых щелчка по воксу. ”Ситуация срочная, жду приказаний”.

– Осуществимо, – проскрежетал Горрван. – Судя по журналам данных, зарядам требуются лишь заключительные ритуалы взведения, чтобы синхронизировать их инфопотоки с этим набором когитаторов.

– Хорошо. Что насчет эвакуации? Мы должны быть на восточном берегу, когда этот мост обрушится.

– Чуть ниже уровня дорожного покрытия через пролетное строение моста проходят ремонтные и дренажные трубы, – после небольшой паузы ответил Горрван. – Достаточно большие, чтобы мы смогли преодолеть их бегом от начала и до восточного берега. Некоторые системы по-прежнему активны, сержант. Не могу обещать, что трубы будут полностью доступны, или что враг не найдет способ попасть в них. Однако, по моим расчетам, они с семидесятишестипроцентной вероятностью обеспечат нам приемлимый и свободный от противника путь отступления, как только заряды будут взведены.

– Им придется, – рявкнул Кантос, надевая свой шлем. – Горрван, останься здесь, обеспечь нам оперативный контроль и направляй нас во время ритуалов взведения. И в первую очередь запусти сервиторные орудия на восточной стороне. Сор’хал, Красный Клык, вы со мной. Нам стоит поторопиться и взвести эти заряды.

– Сержант, я возьму на себя бомбу под цитаделью, – передал по воксу Кордус, – я смогу добраться до неё быстрее, чем кто-либо из вас.

– Согласен, – ответил Кантос. – Как только все заряды будут установлены, мы отступим сюда. Это должно заманить орков на орудия цитадели, и пока их умы будут полностью заняты этой проблемой, мы ускользнем через трубы прежде, чем заряды взорвутся.

Сор’хал кивнул.

– Ни моста, ни орков. Блестяще. Именем Хана, братья, давайте приступим к исполнению нашей задачи!

Космодесантники вновь оказались во мраке центрального туннеля, руна кодового замка двери позади них сменила цвет с зеленого на красный. Теперь этот проход сможет разблокировать только Горрван из центральной командной комнаты. Кантос и его братья добежали до восточного зева туннеля, где они на секунду пригнулись, держа оружие наготове.

Лотар не сводил глаз с моста, отметив, что погода стремительно ухудшалась. Разбитый «Таурокс» и его убитый груз уже скрылись из виду среди поднятого ветром снега. Он слышал фырканье и рычание двигателей, но врага пока не видел.

– За мной, – сказал в вокс Кантос, – Лотар слева, Сор’хал справа.

Три космодесантника, сдерживаемые визжащими порывами ледяного ветра, двинулись по мосту короткими перебежками. Пока они бежали, их ботинки хрустели на снегу, а звуки моторов и грубые ревущие голоса становились всё громче и громче.

– Вы менее чем в ста метрах от зарядов, – передал по воксу Горрван. – Там их, кажется, два, по одному с каждой стороны моста.

Именно в этот момент из кружащегося снега показался первый противник. Орки были громадными тварями, такими же высокими, как сами космодесантники, и гораздо шире. Несмотря на собачий холод, они были одеты в лохмотья и лоскутную броню, оставлявшие большую часть их зеленой плоти открытой. Как только из бури показались громадные силуэты, Лотар признательно оскалился.

– Контакт слева, – зарычал он, и, подняв болт-пистолет, прострелил первой твари лицо. Голова орка взорвалась влажными брызгами. Позади него его товарищи взревели в гневе, но Лотар уже бежал вперед. Несколько грубых пуль с воем отскочили от его брони в ливне искр, а затем он оказался посреди зеленокожих с воющим цепным мечом. Первый его удар снес голову зеленокожего с плеч. Второй разломал рукоять топора из металлолома и разорвал держащую его руку. Орочий тесак лязгнул о плечевой щиток Лотара, отколов кусок керамита и заставив Космического Волка опуститься на одно колено. Тот в ответ вонзил свой цепной меч в брюхо орка и удовлетворенно зарычал, когда внутренности чужака забрызгали снег красным.

Космодесантника окружило ещё больше орков, металлическая дубина с треском ударила в грудь Лотара, с достаточной силой, чтобы проломить находящийся под ней чёрный панцирь. Космический Волк зарычал, почувствовав кровь во рту.

Загремели болтеры, когда к Лотару присоединились его братья. Кантос и Сор’хал расстреливали зеленокожих с искусной ловкостью, дульные вспышки их оружия освещали сугробы прерывистыми бликами. За считанные секунды от орков осталось лишь искромсанное мясо, лужи ксеносской крови исходили паром, стремительно остывая и замерзая.

– ...ко опознать. Свяжитесь со мной по воксу, ког... жите заряды.

Кантос остановился, прижав руку к боку своего шлема.

– Повтори, брат Горрван. Связь время от времени прерывается. – В воксе свистела статика.

– Нам стоит поторопиться, – пробормотал Сор’хал, вглядываясь в кружащийся снег. – Это была лишь первая горстка. Звуки боя привлекут остальных ублюдков.

Лотар крутанул свой цепной меч.

– Пусть приходят. «Зуб бури» жаждет крови!

– Атмосферн... омехи усилив... сержант, – раздался в воксе голос Горрвана. – Повто... каждый заряд установлен на основ... опорной колонны, их будет легко опозн... Свяжитесь со мной по воксу, когда... обнаружите заряды.

– Принято, – ответил Кантос. – Сор’хал, на тебе левая сторона моста. Брат Красный Клык, на тебе правая. Я останусь в центре и буду отвлекать их внимание, пока вы завершаете ритуалы. Идите.

Два брата Караула Смерти кивнули, развернулись, и скрылись в снегу. Кантос остался на месте, стоя в одиночестве посреди истерзанных трупов орков. Рев двигателей сделался громче, и стремительно приближался. Кантос поднял свою комбимелту и стал ждать.

Брат Кордус запустил свой прыжковый ранец, взлетев со стойки. Вокруг него хлестал снег, пока он летел по воздуху, авточувства накладывали на его видение траектории и отображение каркаса конструкции моста. Долгое время он плыл сквозь белое ничто, жестокий ветер пытался сбить его с курса, пока его ботинки не лязгнули о другую стойку. Он стоял на кадильном рее, резко выступавшем из нижней части моста. Далеко внизу пенилась и ревела река. Гвардеец Ворона спокойно просчитал свой следующий шаг, не обращая внимания на завывающий вокруг него ветер, а затем вновь запустил двигатели прыжкового ранца. Во время полета он слушал по воксу болтовню своих братьев. Сор’хал и Красный Клык уже почти добрались до своих зарядов, а Кантос занимался очередной волной зеленокожих. Кордус не сомневался, что все они – даже новичок – справятся со своими задачами. Он же, тем временем, позаботится о собственной.

Прыгнув, Кордус оказался внизу, в тени железобетонной громады моста. Здесь, внизу, обширная секция стоек, балок и тросов помогала поддерживать цитадель, чтобы её под собственным весом не утянуло в неистовство Стракка. Он приземлился на длинную, широкую балку и остановился, устанавливая местоположение энергетической сигнатуры плазменного заряда. Из-за хлещущего снега и теней видимость у Гвардейца Ворона упала, в лучшем случае, до нескольких метров; теперь его глазами станут авточувства шлема.

Размышления Кордуса прервала пуля, с воем ударившись в балку слева от него. Ещё одна лязгнула о его шлем, после чего они понеслись вокруг него подобно струям дождя. Повинуясь въевшейся в него выучке, Кордус активировал прыжковый ранец и выполнил извивающийся, уклоняющийся прыжок в сторону от опасности. Он пересек сводчатое пространство между двумя реями, а затем резко отключил двигатели, рухнув вниз словно камень. Кордус пролетел несколько метров и ухватился за край нижней платформы, когда та показалась из мрака. Резко подтянувшись в тень, он стал ждать, слушая размеренный стук парных сердец и неизменный, голодный рев реки далеко внизу. Стрельба загрохотала сильнее, а затем иссякла. Его противники потеряли его. К счастью.

Прочесывая авточувствами мрак, Кордус увидел врага в образе мерцающих тепловых сигнатур. Карабкающиеся вдоль тросов и балок существа оказались не орками. Они были куда более мелкими, долговязыми созданиями, при подъеме отчаянно цеплявшимися за все, что только можно. Прямиком к плазменному заряду направлялась целая толпа гретчинов. Отсюда он смог видеть показатели мощности бомбы, и удостовериться в том, что она расположена близко к опорной колонне, непосредственно под основной массой цитадели. Место это находилось недалеко. Одним плавным движением Кордус подтянулся. Затем Гвардеец Ворона присел, зажал в руке осколочную гранату, и извлек свой болт-пистолет. Ему нужно действовать быстро.

Лотар почти добрался до плазменного заряда, и уже мог разглядеть через снег его пульсирующий зеленый свет, когда орки нанесли удар. Космодесантника спас лишь неожиданный вой его инстинктов. Лотар бросился в сторону, и над его головой пронеслась изрыгающая дым ракета. Снаряд вошел в штопор, врезался в мост и взорвался. Космический Волк упал на землю, перекатился, и вскочил с поднятым болт-пистолетом. Снег вокруг него разлетелся в стороны, когда толпа орков вырвалась из укрытия. Их облачение покрывал раздражающий глаз серый с красным узор, который, как понял Лотар, представлял собой камуфляж, у многих на коже или снаряжении был грубо намалеван символ в виде скрещенных топоров.

– Умри, мразь, – прорычал Космический Волк, выстрелив и сбив с ног орка, сжимавшего дымящуюся ракетницу. Следующий зеленокожий взревел и выстрелил по Лотару в упор, расколов его броню и заставив отшатнуться назад. Космический Волк яростно взвыл и рванулся вперед, вонзив свой цепной меч в лицо орка. Во все стороны полетели кровь и сломанные зубы, в то время как следующие два выстрела Лотара вырвали куски плоти из другого нападавшего. Орк продолжил двигаться, несмотря на воронки от болтов в туловище, и Лотар получил оглушительный удар по шлему, в уголках его экрана замерцали желтые предупреждающие руны. Крутанувшись, Космический Волк описал своим клинком дугу и снес голову своему упорному противнику. Когда этот последний орк пал, фонтанируя кровью из обрубка шеи, у остальных напавших на Лотара сдали нервы, и они бежали. Его инстинкты лаяли на него, требуя погони, но ему нужно было завершить миссию. Поэтому он припал на одно колено возле гудящего корпуса плазменного заряда и непонимающе уставился на провода и кабели, вывалившиеся из его внутренностей.

– Горрван, я у бомбы. Что, во имя Всеотца, мне делать теперь?

На несколько мгновений воцарилась тишина, после чего где-то позади космодесантника раздались звуки стрельбы. Кантос сражался с орками. Приглушенный болтерный огонь стучал в воздухе, перекликаясь со звериными кличами зеленокожих. Лотар свирепо усмехнулся, услышав, как что-то взорвалось с хриплым гулом. Судя по звукам, Кантос действительно хорошо дерётся. Для Ультрадесантника, подумал он. Внезапно через порывистую статику прорвался голос Горрвана.

– ...рат Красный Клык... найди панель с ...терней Механикус. Она ... ожена на верхней пол... устро...

Мгновение Лотар стоял в недоумении. Затем его глаза обнаружили панель.

– Нашел.

– Оче... рошо. Напой треть... кант... Омнисс... наж... красную руну воз... пане...

Лотар нахмурился. Вокруг него завывал ветер, усиливаясь с каждой секундой. Особенно сильный порыв сорвал с находящегося наверху сигнального мостика горстку сосулек, бросив их вниз и разбив о бронированные плечи космодесантника.

– ...я обстоятельств... думаю, мы можем обойтись без пения. Просто нажми на красную руну, брат Красный Кл...

Лотар хмыкнул и стукнул кулаком по мигающей красной руне. Пыхнув фимиамом, панель скользнула в сторону, открывая гнездо проводов и переключателей. Посреди них расположилось устройство, которое Лотар сразу же узнал. Мелта-бомба. Вторичный заряд, установленный, по-видимому, для жесткого пресечения попытки взлома. Едва панель открылась, рунический экран на передней части малого заряда начал обратный отсчет.

– Задница Фенрира, – выругался Лотар. – Горрван, здесь бомба. Ещё одна, и я не нравлюсь её машинному духу! Что теперь?

– Уф, – пришел ответ Горрвана.

– Уф? Что мне делать? – прорычал Лотар. Несколько долгих, мучительных секунд единственным ответом была шипящая и свистящая в воксе статика. Парные сердца Лотара глухо стучали, каждый нерв кричал ему рвать отсюда когти, но он должен был исполнить свой долг.

– Горрван? Горрван! Клянусь Всеотцом, металлический ублюдок, если ты мне сейчас же не скажешь, что делать, эта штука снесет мне голову!

Наконец, Горрван ответил, своим по-прежнему невыносимо невозмутимым голосом.

– Успокойс... Брат, я помо... тебе. От верхушки мелта-заряда должн... тр... провода, так?

Лотар начал лихорадочно искать их, пот катился по его шее, пока руны продолжали приближаться к нулю.

– Нет... да! Я вижу их. Что дальше?

– ...рошо. Оторви... сный и синий. Оста... зеленый.

Всунув свои толстые, бронированные пальцы во внутренние механизмы бомы, Лотар осторожно схватил провода и, пробормотав молитву, выдернул их. Ещё секунду рунический счетчик вел свой обратный отсчет, а затем моргнул и погас.

Только сейчас осознав, что все это время не дышал, Лотар резко выдохнул.

– Брат Ло... ар, ты ещ... ив?

Лотар издал невеселый смешок.

– Жив, Горрван. Жив. За мной должок, брат.

– Всегда по... уйста, брат Красный Кл... но ты мне ничего н... олжен. Потеря тебя, вместе с... плазменным зарядом, неблагоприятно б... казалась на наших шансах на... спех мисси... Теперь... панели, ты види... переключатели?

– Да.

– ...лкни третий... итая о... левого...

Лотар выругался, когда сигнал окончательно скатился в рев статики. С опаской смотря на огромную, пульсирующую бомбу, Лотар посчитал переключатели от самого левого и положил палец на третий.

– Надеюсь, это он, брат, – пробормотал он. – Не хотелось бы ещё одного технического сбоя, верно? – Вздрогнув, Лотар щелкнул переключателем.

В это же самое время Кордус, который отслеживал инструкции Горрвана Лотару, щелкнул своим собственным переключателем и пристрелил ещё двоих гретчинов. Вокруг платформы лежали уже целые кучи мерзких существ, разорваных на части болтами и осколочными гранатами. Остальные попрятались за стойками и реями, предпочитая поливать Кордуса огнем с безопасного расстояния. Он истекал кровью из нескольких поверхностных ран, его броня представляла собой месиво из царапин от пуль, но, когда руна заряда сменила свой цвет с красного на зеленый, он понял, что выполнил свою задачу.

– Заряд взведен, Горрван, – передал он по воксу. – Возвращаюсь. – Вокруг Гвардейца Ворона визжал ветер, его лютость увеличивалась с каждой секундой. Он увидел, как нескольких гретчинов сорвало с ближайшего сигнального мостика и они скрылись в буре, пронзительно вопя от ужаса.

Собравшись, Кордус разбежался и прыгнул в вихрь, прыжковый ранец ревел, пронося его мимо кучки зеленокожих во тьму. Он приземлился с лязгом металла о металл, занял устойчивое положение, и прыгнул ещё раз, и ещё раз. Авточувства уведомили его о том, что скорость ветра и температура становятся непригодными для полета. Буря льда облупляла и царапала его броню. Однако ему осталось сделать всего каких-то пару прыжков, чтобы добраться до поверхности моста.

В этот момент вокс в его ухе закашлялся статикой, перемешанной с неровным, искаженным голосом Кантоса.

– ...ратья, если кто-нибудь и вас... слышит это... ершите миссию... не могу... удержать...

Кордус уделял мало внимания проявлению эмоций, но он сражался вместе с Кантосом на десятках полей боя, и мог поклясться в том, что услышал в голосе сержанта боль и непокорность. Гвардейца Ворона охватила безрассудная настойчивость, и он прыгнул с разбега, перед тем как вновь запустить свой прыжковый ранец. Отягощенные накопившимся льдом двигатели на мгновение тяжело вспыхнули, зашипели, а затем выключились. Космодесантник в отчаянии потянулся к ближайшей стойке, едва ухватившись за замерзший металл. Чёрные глаза Кордуса, скрытые за его лицевой пластиной, расширились в ужасе, когда его пальцы соскользнули с ледяной изморози, и он молча полетел к ревущей внизу реке.

Сор’хал пробирался сквозь снег. Позади него в метели скрылся взведенный плазменный заряд. Впереди, даже через шум ветра, он смог услышать рев и стрельбу. Снег разошелся, и Белый Шрам выругался. Кантос стоял на коленях в снегу, из прорехи в его броне обильно лилась кровь. Рядом пылали обломки ветхого орочьего транспорта, а также несколько взорванных мотоциклов. Вокруг героического Ультрадесантника лежали целые груды орков, но ещё больше по-прежнему окружали его. Сор’хал ускорился, на ходу доставая из ножен свой силовой меч. Огромный, закованный в броню орк с рычащим цепным тесаком навис над сержантом, его лицо расплылось в отвратительной ухмылке. После чего он занес свое оружие для смертельного удара.

– Кантос!

Тесак устремился вниз, и столкнулся с цепным мечом в считанных дюймах над головой Кантоса. Полетели искры, и огромный орк негодующе взревел. Лотар Красный Клык рванулся вперед, оттесняя зеленокожего серией молниеносных ударов. Орк ударил Космического Волка в лицо, смяв его лицевую пластину и разбив один окуляр. Оправившись от атаки, Лотар сделал выпад вверх, затем рубанул вниз и отрубил своему противнику ногу. Орочий лидер рухнул как подкошенный, только чтобы вонзить свои клыки в бедро Красного Клыка. Кровь забила струей, когда под огромным давлением челюстей орка разорвался керамит. Ревя от боли, Космический Волк вбил свой жужжащий клинок в глазницу орка, отчего голова последнего с отрадной стремительностью разлетелась на части. К этому моменту Сор’хал успел добраться до своих братьев, пронзив мечом одного орка и послав болты в ещё нескольких.

– Подними сержанта, – передал по воксу Лотар, отбивая удар вихрезубого топора. Сор’хал кивнул, и в тот же миг покачнулся от удара ещё одного огромного, бронированного орка, врезавшегося ему в плечо. Белый Шрам и зеленокожий обменялись злобным шквалом ударов, и Сор’хал взревел от боли, когда его соперник сумел пробить своим ржавым клинком бронированные кабели, защищавшие диафрагму космодесантника. Из раны хлынула кровь и орк победоносно заревел, глубже вдавливая клинок. Его глаза расширились, когда Сор’хал рявкнул собственное проклятие. Апотекарий несколько раз впечатал свой бронированный кулак в лицо нападающего, пока у того не сломалась кость и не брызнула кровь. Пока его противник отчаянно пытался увернуться от ударов, Сор’хал прижал свой нартециум вверх, под челюсть зеленокожего. Завыли сверла, расщепители брони вгрызлись в кость и сухожилия, и Белый Шрам неуклюже вырвал челюсть орка.

Забрызганный кровью зеленокожего, Сор’хал отпиннул в снег своего давящегося жидкостью и умирающего противника. После чего вырвал клинок зверя из своего живота и с презрением отшвырнул его прочь.

– Ты жив, брат? – Сор’хал ответил на вопрос Лотара болезненным кивком, после чего просунул плечо под руку Кантоса и поднял сержанта на ноги. Генетически усиленный метаболизм Сор’хала уже активизировался, свертывая поток льющей из раны крови и начиная исцелять катастрофический урон, который трижды бы убил обычного человека. Однако Кантос был изранен ещё сильнее. Кровь, образуя нити, капала из разбитой вокс-решетки и медленно вытекала из десятка ужасных разрывов в броне. Он заворчал от боли, но все-таки сумел встать на ноги.

– Лотар, – прорычал Сор’хал. – Мы должны отступить, сейчас же!

Космический Волк вырвал цепной меч из горла орка, после чего вернулся к своим братьям.

– Согласен. Их тут как крюкоусиков у кракена, да?

Бойцы Караула Смерти, стреляя на ходу, начали отступать по мосту. Враги были повсюду, но воющая снежная буря тормозила орков сильнее, чем космодесантников. Хотя свирепая стойкость зеленокожих и сделала их всех устойчивыми к холоду, ксеносам всё равно приходилось затрачивать усилия на каждый шаг. Тогда как у Караула Смерти были усиливающие их конечности сервомоторы, и гироскопические стабилизаторы, удерживающие их в вертикальном положении. Тем не менее, все трое с трудом продвигались вперед и проклинали невероятное упорство орков, когда из снега вырос силуэт цитадели.

– Горрван, – произнес в вокс Сор’хал. – Прикрытие было бы очень кстати!

– ...елаю что могу, брат Сор’хал. Буря негативно влияет на работу авгуров наведения сервит... орудий. Я не могу рисковать, запуская их сейчас. Они могут попасть в вас.

– Потрясающе, – сплюнул Сор’хал, выстрелив в ещё одного появившегося из метели орка. Тот принял выстрел на плечо и пошатнулся, когда из раны разлетелись кровь и мясо, после чего вызывающе взревел и снова бросился в атаку. Сор’хал выругался и выстрелил ему прямо в лицо, отправив обезглавленное тело обратно в снег. Сержант Кантос активировал свой вокс.

– Брат Кордус? – выдохнул он. – Где ты? Нам нужно идти... – Ответом ему было молчание, и Сор’хал выругался опять, когда его болтер щелкнул вхолостую. В него и Кантоса врезался орк, отчего все они повалились в снег. Шлем Сор’хала ударился о железобетон, когда зеленокожий приземлился на него. Чужак впечатал большой зеленый кулак в его лицевую пластину, разбивая керамит и пуская кровь.

Лотар тем временем боролся с постоянно растущим численным перевесом противника. Он попытался добраться до своих упавших братьев, но несколько огромных орков разом набросились на него. Он смял череп первому своему сопернику и пристрелил следующего, но третий сумел вонзить свой клинок ему в плечо. Взвыв от боли, Лотар боднул зеленокожего головой, но был тут же сбит с ног разорвавшимся рядом орочьим снарядом.

– Сор’хал, – прокряхтел он, пытаясь ползти к апотекарию. Он видел, как напавший на Белого Шрама орк нанес ещё один оглушающий удар. А затем в него, словно молния, врезалась чёрная фигура. Ревя двигателями, Кордус сбил зеленокожего со своего брата, сломав ему шею при падении и остановке. Встав на ноги, Гвардеец Ворона выпустил залп снарядов, пристрелив пару зеленокожих в масках, прежде чем они смогли выстрелить из своих громоздких огнеметов.

– Благодарю, брат, – передал в вокс Сор’хал. – Я уж думал, мне конец.

– Что случилось? – спросил Лотар, нетвердой походкой подойдя к ним. Кордус хладнокровно прострелил горло ещё одному появившемуся в поле зрения орку

– Эта буря, – ответил Гвардеец Ворона. – Упал. Залез. Сейчас не время для долгих объяснений.

– Согласен, – вмешался Горрван, – вам надо уходить. Авгур показывает, что по мосту движется множество орочьих танков.

– Так впусти нас, брат!

– Ответ отрицательный, брат Красный Клык. Примерно в пяти метрах слева от вас под снегом есть трубопроводный люк. Войдете там, так будет быстрее. Я закончу устанавливать таймер и догоню вас.

– Понял, – проскрежетал Кантос. – Открывай огонь из орудий, когда мы скроемся.

На их авточувствах вспыхнула руна, когда Горрван отметил своим братьям маршрут для отхода. Пока Кордус вел заградительный огонь, а Сор’хал занимался ранами Кантоса, Лотар быстро раскопал и поднял тяжелый люк. Ниже пролегал темный туннель, и фенрисиец поморщился.

– Как будто сползаешь по глотке тролля, – пробормотал он. После чего громко спросил, – Кто первый?

– Иди, – приказал Кантос, – Сор’хал и я за тобой. Кордус, в арьергарде. – Лотар кивнул и прыгнул в отверстие. Перед этим он увидел, как Кордус ведет огонь, пока Сор’хал помогает Кантосу подняться. Они – эти трое и Горрван – его стая, подумал он с неожиданным приливом гордости. Он слышал, как его братья приземлились позади, как захлопнулся люк, а затем – внезапный рев сервиторных орудий, открывших, наконец, огонь. Туннель затрясло, и с каждым мощным толчком с потолка сыпалась пыль.

– Двадцать минут, – раздался в воксе голос Горрвана. – Быстрее, братья.

Через несколько минут Лотар выбрался из выхода туннеля посреди руин, окружавших мост на восточном берегу. Место было выжжено огнем, но могло предоставить укрытие, и в нем не было орков. Он слышал, как они кричат снаружи, голоса переходили в боевые кличи. Буря ослабевала, вдалеке гремели сервиторные орудия цитадели, пока орки растекались по мосту и попадали под их огонь.

За ним появился Сор’хал, всё ещё поддерживающий Кантоса, а через мгновение из затененного туннеля выбежал Кордус.

– Горрван? – спросил Кантос. Лотар покачал головой.

– Брат Горрван, – произнес в вокс Кантос. – Твое местоположение?

– Оперативный центр цитадели, сержант, – пришел ответ. Сор’хал выругался. Кантос прикрыл глаза. Лотар же ринулся назад к выходу из туннеля, но Кордус перехватил его.

– Именем Всеотца, Горрван, чем ты думаешь? – выкрикнул Лотар.

– Всё дело в буре, братья. Удаленный подрыв невозможен, пока она бушует.

– Значит, ты остался, чтобы сделать это вручную. – Голос сержанта Кантоса звучал устало.

– Подтверждаю. Метеорологический прогноз указал, когда буря стихнет. Я только передал эти данные вашим шлемным хронометрам.

– Тогда уходи сейчас же! – поторопил его Сор’хал.

– Ответ отрицательный, брат. Пять сервиторных орудий опустели. – На мгновение слова Горрвана прервал порывистый рев его болтера. – Зеленокожие пробились в восточное крыло, а некоторые уже добрались и до этой комнаты. Если я уйду, подрыв может и не произойти. Логика предписывает мне остаться. – На мгновение воцарилась тишина, после чего Кантос вновь открыл вокс-канал.

– Твоя жертва не будет забыта, брат Горрван. Твой орден будет извещен о ней.

– Благодарю, сержант. По моим подсчетам, у вас всё ещё есть восьмидесятидвухпроцентный шанс на успех миссии. Прошу вас доказать мою правоту.

– Мы убьем его для тебя, брат, – проворчал Лотар. – Клянусь Клыком.

– И снова, брат Лотар, благод...

А затем над снегами Атрофона взошло новое солнце, когда взорвались плазменные заряды. Чудовищная вспышка света, за которой последовал оглушительный рев, становившийся всё громче и громче. От моста прокатилась взрывная волна, жестоко раскачивая руины и разбрасывая вокруг них щебень. Все как один, космодесантники были сбиты с ног, земля под их ногами яростно сотрясалась. В небо поднялся громадный шар огня, вокруг него дождем сыпались обломки. Братья по истребительной команде вцепились в вибрирующую землю, когда их убежище развалилось на части и обрушилось на них подобно лавине. Взрывы тем временем продолжались, им сопутствовал монолитный рев моста, низвергающегося в Стракк.

И, наконец, всё закончилось.

Спустя некоторое время щебень на восточном берегу Стракка зашевелился. Напряженно стеная, окровавленные и помятые выжившие братья Караула Смерти подняли с себя упавшую кладку, выбираясь в задымленный дневной свет. Повсюду лежали почерневшие орочьи трупы, многих из них раздавило кусками железобетона или металлолома. Тут и там по-прежнему горели пылающие обломки, а среди снега обильно кружился пепел. Лотар уставился на устроенное ими разорение.

– Впечатляет... – выдохнул он.

Пролет моста ещё поднимался с восточного берега, но почти сразу же обрывался. Большая его часть испарилась или была поглощена голодным Стракком. Теперь с противоположных берегов торчали два огрызка моста, оборвавшиеся тросы покачивались и скрипели на ветру.

– Ни один орк не выжил, – отметил Сор’хал. Кантос, чьи раны уже затянулись, подошел к нему, кривясь от боли.

Лотар на мгновение опустил свой взор.

– Нашему брату даруют место в пиршественном зале Всеотца, верно?

Кантос мрачно кивнул.

– Воистину. Это разделит выживших, но теперь имперские линии обороны в безопасности. Горрван был бы рад этому, храни его Омниссия.

Кордус проверил двигатели своего прыжкового ранца, и удовлетворенно кивнул, когда они вновь стабильно запустились.

– Горрван бы, скорее всего, прочел нам лекцию о неэффективности стояния на месте и пустой болтовни.

Лотар усмехнулся.

– Ты прав. Идем, братья, нам нужно убить орка, и управиться с этим всего лишь за четыре часа.

– И снискать себе немного славы? – с кривой ухмылкой спросил Кантос.

– Нет, сержант, – ответил Лотар, обнажая клыки, – не славы. Возмездия.

Кантос кивнул.

– Значит, возмездия. Братья, ради Горрвана.

Наполненные новой решимостью, братья Караула Смерти двинулись в снег, направляясь к окраинам района факторума. Где-то там, впереди, находилась их добыча. Падающие хлопья снега замели их следы, когда они исчезли в белизне.

↑ Основное боевое построение викингов. Воины стояли в шеренге плечом к плечу, держа щиты так, что те соприкасались и даже частично перекрывали друг друга.

Книга загружена из Warpopedia - Гильдии Переводчиков Warhammer & Warhammer 40,000
wiki.warpfrog.wtf