«Илот» / Heloth (рассказ)

Перевод из WARPFROG

wiki.warpfrog.wtf

++ Цель №70443 «Илот» нейтрализована! Повторяю: цель «Илот» нейтрализована! Первая кровь за нами! Отзывайте звено истребителей. Рулевой, разворачивайте нас. Посмотрим, какая ещё ксенотварь осмелится отведать наших пушек! Артиллерийские расчёты, приступить к…

— Повторите приказ, милорд, повторите приказ.

— Проклятье. Тревога, тревога. Всем вернуться на боевые посты! Прошу разрешения на повторную атаку корабля-улья «Илот». Мы взорвём это дохлое чудище прямо в небе Мирала. ++

++ Расшифровка записей вокс-журнала боевой баржи «Мощь чести» непосредственно перед знаменитой последней обороной бастиона Кос Императора у Гроба Великана на Мирал-Прайм, 992.М41 ++

Корабль-улей. Биообломки. Разрушенная колыбель монстров, подёргивающийся родильный мешок коварного чужацкого ужаса.

№70443 «Илот» был всем из вышеперечисленного и даже больше.

Смрад, исходящий от горящего корабля, обволакивал джунгли; частички вязкого пепла парили в тошнотворном дожде, оседая на грязь и кровавую плёнку рядом с местом его падения. Поверженный в пустоте, корабль, вращаясь, рухнул, словно скопление падающих звезд. Он обрушился на Мирал-Прайм всем своим огромным, тлеющим корпусом, распластавшись по территории, сопоставимой с небольшим городом. Мало что осталось от прежнего ландшафта в том месте, где упал «Илот», и огонь продолжал распространяться.

Казалось, даже мёртвые корабли-ульи тиранидов могли нести разрушение на свои миры-добычи.

Это омрачало мысли брата-ветерана Менеле, пока Вторая рота отступала к своим транспортникам «Носорог». После катастрофических потерь их отступление больше походило на беспорядочное бегство, хотя его уязвлённая гордость никогда бы не позволила открыто это признать.

На дрожащем, качающемся полу десантного отделения «Носорога» умирал капитан Агаит. Его боевая броня была разорвана в области диафрагмы, а стремительная потеря крови не оставляла шансов на спасение. Несмотря на старания апотекария, он корчился и стонал в агонии, проклиная ксеносов и вращая ослепшими глазами на красном, покрытом свежими ожогами лице.

— Они… добрались… до нас… — прохрипел капитан. — Гроб… падёт…

Менеле взглянул на апотекария, но тот лишь угрюмо покачал головой. Он не был членом командного отделения Агаита, поэтому Менеле не смог вспомнить его имя. Хотя сейчас это не имело никакого значения.

Брат Василис присел у дальней стены, крепко сжимая в латных рукавицах порванный штандарт роты. Ткань всё ещё дымилась в том месте, куда попала биокислота во время атаки, погубившей Костиса и Галлагара, и последним приказом Агаита Василису было снова поднять штандарт из грязи.

— Благородные всадники Соты не валяются у ног мерзких тварей, — произнёс капитан за мгновение до того, как одна из них его прикончила.

Именно Менеле отдал приказ к отступлению.

Как и остальные братья роты, он знал каждый стежок этого штандарта, словно он был частью его тела: «Конабос», золотая коса Второй роты поверх тёмной лошади, скачущей по полю из клетчатой мозаики. Никто из них не допустил бы утраты штандарта из-за атаки тиранидов, особенно здесь, на этом недостойном и варварском мире. Косы Императора и так лишились слишком многого.

Внутренний комм-линк «Носорога» ожил:

— Нас обходят ещё два крупных противника, хотят отрезать от юго-востока. Выполняю манёвр уклонения.

Менеле бросил взгляд сквозь бойницу транспорта. Их водитель выжимал из двигателя всё возможное; пылающие деревья и подлесок сливались в одно горящее пятно, окружавшее колонну транспортов, уносящихся прочь от места падения. Позади них «Носорог» третьего отделения был объят пламенем, чёрные с золотым цвета ордена исчезали с корпуса по мере распространения огня, а водитель с трудом поддерживал скорость.

Но даже находясь на значительном расстоянии от Кос, их преследователь сокращал дистанцию.

Чудовище возвышалось над джунглями, его огромные передние лапы проламывались сквозь пылающие деревья с каждым шагом тяжёлой поступи, сваливая и дробя стволы на множество горящих фрагментов. Колоссальный зверь издал оглушающий рёв, достаточный для того, чтобы десантный отсек «Носорога» Менеле содрогнулся, даже несмотря на скрежет протестующего двигателя. Затем он выпустил беспорядочную очередь зарядов биоплазмы прямо по конвою бронетраспортёра.

Каждое попадание превращалось во взрыв бело-зелёного пламени, что вспыхивал, словно зарница. Большинство зарядов, не причинив ущерба, зарывалось в почву, выбрасывая фонтаны опалённой земли и неестественно сияющих кусков древесины, но Менеле увидел, как один заряд угодил другому транспортнику в левый передний кожух гусеницы. Попадание пришлось вскользь, но что-то внутри механизма раскололось, придав машине бешеное вращение, пока она, наконец, не врезалась в один из выступающих биообломков упавшего «Илота», некоторые из которых были в пять метров толщиной. Мощь инерции сначала задрала вверх корму «Носорога», а затем, с силой молота, ударила машину о землю, и двигатель заглох.

Менеле выругался и ударом кулака захлопнул крышку смотровой щели, прежде чем повернуться к своим братьям:

— Это было девятое отделение. Им серьёзно досталось.

Он бросил взгляд на Агаита, чьи бредовые проклятья сменились приглушённым, почти молитвенным шёпотом — его вялые, окровавленные губы двигались почти беззвучно.

Несколько потрёпанных воинов внутри «Носорога» посмотрели на своего капитана с мрачным принятием неизбежного, личины их шлемов выглядели угрюмо в тусклом освещении десантного отсека. Но Менеле знал — каким бы это ни было удручающим — в том, чтобы оставлять Агаита в таком агонизирующем состоянии, не было ни чести, ни моральных оправданий, и он не мог оставаться в стороне и смотреть как это продолжается.

Он положил руку на наплечник молодого апотекария и уверенно произнёс:

— Даруй ему покой.

Апотекарий оторвал взгляд от пациента. Трон, не прошло и десятка лет, как этот юнец был ещё в скаутах, осознал Менеле. Неужто выживших с Соты осталось столь мало, что этот был лучшим, кого предложили взамен брата Мусида? Тем не менее, старый ветеран оставил эти мысли при себе.

— Даруй ему покой, — повторил он. — Наша миссия по зачистке «Илота» провалилась, и наш брат-капитан уже заплатил за это наивысшую цену. Извлеки из него наследие ордена и покончим с этим.

Никто не произнёс ни слова. «Носорог» дёрнулся и свернул, гусеничные подвески завизжали, набирая скорость.

Апотекарий медленно кивнул. Он достал свой пистолетообразный карнифекс — Менеле сжал зубы от горькой, горькой иронии этого названия — и почтительно приставил его к виску Агаита. При активации, пневматический механизм доставит в череп пациента металлический эвтаназийный стержень, мгновенно и безболезненно завершив страдания. Не было ни капеллана, чтобы провести последние обряды, ни нужных слов, способных облегчить исполнение столь мрачного долга или смягчить боль утраты их благородного боевого брата.

Капитан протянул трясущуюся руку к брату Василису и штандарту роты. Его пальцы схватили то, чего уже не могли видеть ослепшие глаза.

Затем, с громким треском, заставившим Менеле неожиданно для себя вздрогнуть, карнифекс свершил своё предназначение. Рука Агаита упала на пол, и он осел в ожидающие объятья апотекария.

Но почтительную тишину, которая должна была последовать за этим, слишком быстро прервали.

Сокрушительный удар швырнул Менеле и двух других его братьев через весь отсек, а звук двигателя «Носорога» резко повысился, когда гусеницы завращались в воздухе. Менеле рухнул лицом на переборку отсека, почувствовав, как гравитация внутри транспортника смещается по мере того, как машина перекатывалась. Затем он скользнул обратно уже по потолку вместе с мёртвым телом капитана Агаита, придавившим ему ноги своим весом.

Из-за удара чей-то болтер случайно выстрелил. Белоснежная грудная пластина апотекария взорвалась в фонтане крови.

— Все нару… — попытался крикнуть Менеле, когда люк в задней части вмялся внутрь, впустив опустошительное зелёное пламя.

Теперь они горели так же, как и «Илот». Сознание медленно, урывками возвращалось к Менеле. Его конечности отяжелели, но воин почувствовал, как облачённые в броню руки поднимают его.

Трое из них ковыляли прочь от обломков, трое из семи, изначально севших в транспорт. Василис всё ещё нёс штандарт, опираясь на древко как на большой костыль, помогая Менеле подняться по склону. Позади них валялся второй «Носорог», возможно, принадлежащий третьему отделению. Кормовая часть машины была практически полностью уничтожена прямым попаданием, и опалённую землю усеивали куски бронированных тел. Неподалеку послышалась стрельба из болтеров, и Менеле заметил потрёпанных выживших из девятого и шестого отделений, отступающих за остатки линии деревьев. Некоторые держали в руках силовые косы, лезвия были мокрыми от крови тиранидов, так как силовые генераторы оружия отказали, не выдержав такого количества врагов.

А сразу за ними, среди почерневших деревьев, шли ксеносы.

В тени усеянных лезвиями гигантов, преследовавших воинов Кос, сновали, выли и охотились их меньшие собратья, тираниды-воины. Их кошмарные, многообразные силуэты проступали на фоне пламени. Ещё один оглушающий рёв биотитана сотряс пылающие джунгли, в этот раз намного ближе к космодесантникам, подхваченный улюлюкающими криками приближающихся сородичей монстра.

«Почему их так много? Ведь корабль-улей мёртв…»

Его организм уже был разогнан до предела от сверхчеловеческих гормонов и боевых стимуляторов, впрыснутых системами доспеха. Менеле заставил себя встать без посторонней помощи и оценить ситуацию.

Затем он достал цепной меч и открыл тактический вокс-канал:

— Ко мне, братья. Мы будем сражаться, как единое целое.

В ответ посыпался ворох подтверждений, поскольку командная структура на уровне отделений давно потеряла всякий смысл. Менеле насчитал менее тридцати идентификационных откликов на дисплее своего визора. Брат Василис стоял позади него, спокойный и уверенный, уперев штандарт в землю и позволив полотнищу развеваться на огненном ветру.

— А вот и они, — пробормотал воин, доставая собственный меч свободной рукой.

Тираниды рванули вперёд, хватая самых медленных из отступавших космодесантников, невзирая на импровизированный защитный кордон, сформированный частью воинов. Менеле зарычал и сделал несколько широких взмахов мечом:

— Перегруппироваться! Построение «Ромфей», в две шеренги… огонь по готовности!

Первые ксеносы рухнули, сражённые громом разрывного болтерного огня, их жилистые тела катились по усеянной пеплом грязи. Оторванные конечности и брызги яркого ихора взметнулись в воздухе.

Но твари продолжали наступать.

Устремившись вперёд, Менеле сделал несколько прицельных выстрелов из болт-пистолета, уложив трёх гаунтов прежде, чем они достигли первой линии обороны.

— Держать строй! – рявкнул он, наклонившись, чтобы подобрать упавшую косу и затем бросить её одному из безоружных братьев. — Приготовиться к рукопашной!

Пока болт-снаряды свистели над их головами, первая шеренга Кос готовилась к бою. Менеле тоже занял место в строю, устремив полный ненависти взгляд на атакующих ксеносов, сокращавших расстояние между ними.

Тираниды их захлестнули, словно живая волна из лезвий.

Несмотря на смертоносные, отточенные удары секирами, цепными мечами и косами, воины Второй роты могли бы с таким же успехом попытаться изрубить клинками великие океаны Соты. Менеле рубил снова и снова, но всё же почувствовал, как брат справа от него пал под атакой ксеносов, затем — брат слева. Менеле повернулся и выстрелил в упор в распахнутую, усеянную клыками пасть тиранида, затем бросил взгляд назад, на вторую линию обороны.

Это миг невнимательности чуть не стоил ему головы. В буквальном смысле слова.

Шипастая клешня пронеслась над его плечом, врезавшись в нагрудник. Космодесантник согнулся от удара, глубоко вонзив цепной меч в верхнее плечо ревущего тиранида-воина, но сила атаки монстра свалила его с ног, а передняя конечность попала по визору шлема. Керамит и пласталь разорвало чудовищной силой удара, и шлем, закреплённый только подвижным шейным уплотнителем, болезненно провернулся на голове.

Он рухнул, придавленный раненым зверем, зрение искажала внезапная потеря половины лицевой пластины шлема. Он интенсивно заморгал открывшимся в пробоине правым глазом, пытаясь стряхнуть дезориентирующий остаточный эффект повреждённых авточувств.

И понял, что смотрит прямо в холодные, хищные глаза своего врага.

Он рефлекторно вонзил цепной меч в брюхо монстру и включил мотор, одинаково легко прорубаясь сквозь хитиновый экзоскелет и мягкие ткани. От этого зверь забился в конвульсиях, забрызгав кровью броню Менеле и грязь под ними. Тиранид колотил космодесантника своими дёргающимися, дрожащими конечностями. Наконец, воину удалось выхватить болт-пистолет и отстрелить верхнюю часть рогатого черепа твари.

Первая шеренга рассеялась в полудюжине меньших рукопашных схваток, но вторая продолжала держать оборону. Его братья беспорядочно отстреливали толпу ксеносов или сражались с ними, клинком против когтя, в ранних лучах рассвета. Он поднялся на ноги и разрубил какую-то мерзкую крылатую тварь, спикировавшую прямо на него, и на мгновение воин позволил себе понадеяться, что у остатков Второй роты есть шанс продержаться до того, как магистр ордена Форкира сможет отправить…

Над воинами нависла тень. Тень тиранидского биотитана. Его рёв почти сбил Менеле с ног.

Исполин открыл огонь по позициям Кос из своего огромного, мясистого биоорудия. Биоплазма прожигала насквозь как бронированных космических десантников, так и тела меньших тиранидов-воинов, разбрасывая их в стороны, словно насекомых. Менеле увидел, как на месте испепелило брата Василиса — в какой-то момент он всё ещё стоял там, а в следующий миг его уже не было. Изорванный и обугленный штандарт роты снова рухнул.

Оторопевший и опустошённый, Менеле стал прорываться к нему. Всадники Соты никогда не падут. Вторая рота никогда не падёт.

Все ещё обмениваясь огнём и яростью с ксеносами, выжившие выдвинулись его прикрыть. Подошёл ещё один биотитан, возвышаясь над деревьями позади. Чудовище заревело на своего собрата, словно они были двумя фантинскими быками, соперничающими за территорию на равнинах.

Менеле упал на колени в грязь, схватив древко стяга и снова поставив его вертикально. Один из воинов, в опалённой плазменным огнём броне, поспешил на помощь брату.

Затем ожила дальняя вокс-связь:

— …доложите… обстановку… Вторая рота…

Сбитый с толку, Менеле простёр свой взор над битвой в сторону восходящего солнца Мирала. С момента начала атаки на «Илот», они не получали сообщений из бастиона у Гроба Великана. Но, тем не менее, в передатчике снова раздался голос, в этот раз более чётко:

— Приближающиеся войска ордена, доложите ситуацию. Скажите, как вам помочь.

Он повернулся к боевым братьям:

— Это «Гроб», должно быть, они нас видят!

Он нажал на бусину передатчика на своём изломанном шлеме и постарался доложить максимально разборчиво:

— «Гроб», мы окружены. Титаны нейтрализовали нашу воздушную поддержку и меньше чем за час уничтожили колонну. Джунгли уже кишат свежевылупившимися тиранидами, выбравшимися из обломков «Илота».

— Сколько из вас осталось в живых? Вы сможете добраться до внешних стен?

Менеле взглянул на наступающую орду и лица своих братьев, сражающихся с монстрами.

Они были истощены. Измотаны.

— Маловероятно. Нас осталось…

Возвышаясь над ними, два биотитана бросались друг на друга, клацая зубами длиной с меч, и земля сотрясалась от их поступи. Менеле стал криком звать отставших воинов, всё ещё атакующих меньших тиранидов вдоль покрытых грязью склонов. Они могли быть раздавлены этими колоссальными чудовищами, которые, похоже, совсем позабыли о битве:

— Назад! Назад, братья!

Он вернулся к рапорту так быстро, как только смог:

— Осталось менее двух отделений. Они нас жёстко потрепали. Капитан погиб, но мы перегруппировались у штандарта роты. «Гроб», я не думаю, что мы сможем куда-либо уйти.

Все это осознавали — у них ничего не осталось. Ничего, способного поразить биотитан с близкого расстояния. Ни опустошителя, ни тяжёлой техники огневой поддержки.

Но бастион у Гроба Великана в полной мере обладал подобным тяжёлым вооружением, и сейчас они были в пределах видимости. Менеле надеялся, что ему не придётся это объяснять, кто бы сейчас ни находился на другом конце линии вокс-связи. Возникла долгая пауза:

— Вторая рота, удерживайте позиции.

— Вас понял. За Соту, брат.

— Так точно. За Соту.

Менеле прервал связь и поднял свой цепной меч высоко над головой:

— Вторая рота — удерживать позицию! Пусть ксенотвари подойдут поближе и насладятся славой нашего благородного знамени!

Косы Императора прекрасно знали, что означает подобный приказ. Они быстро отступили, стараясь максимально эффективно использовать оставшиеся боеприпасы. Они выкрикивали древние боевые гимны Соты и прощальные слова своим павшим братьям. Множество бронированных перчаток сомкнулось на древке стяга, и они продолжали все вместе держать его, даже когда тираниды стали разрывать их на части.

Оглушающий гром артиллерийских ударов поглотил их песни и предсмертные крики. Изорванный штандарт Второй роты трепетал от ударных волн, расходящихся от каждого колоссального взрыва. Менеле и его боевые братья были едины до самого конца в своём сопротивлении ксеносам, с каждой крупицей оставшейся в них жизни, измеряемой даже не в секундах, но в раздробленных, промелькнувших мгновениях тотального уничтожения.

А тёмная лошадь Конабос продолжала стоять, навеки гордая, на клетчатом поле стяга.

Книга загружена из Warpopedia - Гильдии Переводчиков Warhammer & Warhammer 40,000
wiki.warpfrog.wtf